Рыцарь и его дамы (СИ) - Зубков Алексей Вячеславович (книга регистрации txt, fb2) 📗
— Оп! — после очередного взгляда в магоскоп Ламар поднял руку, — Впереди что-то есть. За углом, но очень близко.
— Это человек? — спросил Деленгар.
— Нет, — уверенно ответил Ламар, — По ауре это что-то новенькое. Там нет оттенка Пустоши, но это и не человек.
— Разрешите? — попросил Руфус.
Ламар передал ему трубку.
— Это подземный кровопиец, — уверенно сказал маг, внимательно посмотрев.
— Городская легенда? — удивился Ламар.- Откуда они возьмут под землей достаточно крови?
— Не такая уж и легенда, — ответил Руфус, — Принято считать, что подземные кровопийцы просто секта убийц. Сначала думали, что это один убийца, но люди столько не живут, сколько совершаются подобные преступления. Потом стали говорить, что у них банда. Но в преступном мире про них никто не слышал. В том смысле, что эти никогда не были своими по ту сторону закона. Сошлись на том, что кровопийцы это тайное общество, живущее в подземельях Мильвесса. Власти назначили цену за голову. Пару раз даже выплачивали награду, но за мертвых. Они на вид как люди, только голова не совсем человеческая и когти вместо ногтей. Такие широкие и плоские, чтобы рыть землю. И тело очень быстро разлагается после смерти.
— Я хочу такую тварюшку, — безапелляционно заявила Кааппе, — Идем!
— Сначала паук, — твердо ответил Адемар.
— Кровопиец уже перед нами.
Коридоры в подземелье не такие уж длинные, и не надо быть особенным, чтобы заметить светильники и факелы. Или услышать большой отряд.
— Почему он не уходит? — спросил Деленгар.
— Еще спроси, почему он висит, — ответил Ламар, снова взглянув в магоскоп.
Перекресток коридоров древние строители оформили круглой камерой под сводом. Похоже, здесь когда-то таскали габаритные предметы. В полу журчал водой неглубокий желоб. Хорошо, что давно не было дождей, подумал Адемар. Он плохо разбирался в подземных делах, но логика подсказывала, что вода скорее потечет сверху вниз, чем наоборот, поэтому в непогоду мокрого должно прибывать. Ходить по щиколотку или даже колено в сточной жиже — удовольствие невеликое. И так, вероятно, придется отдать обувь слугам.
Коридор направо оказался заплетенным тонкой паутиной, уже не сигнальной, а настоящей. Тенета были не белыми, как ожидал Весмон, а полупрозрачными, вроде стекла, при свете видно, в темноте нет. Кровопиец, наверное, шел по своим делам, влип и задергался.
— Ну и морда у него, — наморщив нос, произнес Деленгар.
Да уж. Вроде человек человеком. Две руки, две ноги, одна голова. Платье из обычной материи, хорошей, кстати, не домоткань, и вроде подогнано по фигуре. Короткие штаны и рубашка навыпуск, но обуви нет. Поверх рубашки пояс с сумочками. Разумное существо, не тупая тварь. Но уши торчком, кожа белая, волос на голове нет, а челюсти выдвинуты вперед, и клыки торчат изо рта. Глаза вроде черные, или это зрачки так расширены. Открывает пасть и издает какие-то резкие высокие звуки на грани слышимости. Руки тоже нечеловеческие. Пальцы толще, длиннее и с когтями. Судя по когтям, действительно не хищник, а норный житель, много копающий землю. В общем, создание неприятное со всех сторон, однако после диких земель и зверинца Кааппе — не впечатляет. Просто человекоподобный уродец.
— Сюда паук сам придет на живца, — сказал Адемар, — Сидим, ждем.
Создание задергалось и запищало сильнее.
— Я хочу кровопийца, — решительно сказала Кааппе, — Поэтому отцепляем его от паутины и вяжем, чтобы доставить ко мне. Паука пока нет, мы все равно ничем не заняты.
Она подошла к паутине и громко сказала:
— Приглашаю тебя пожить у меня. Гарантирую жизнь, еду и безопасность. И это предложение, от которого нельзя отказаться.
Кровопиец замотал головой, как бы все же отказываясь.
— Или хочешь, чтобы тебя съел паук? — удивилась Кааппе.
Собеседник опять энергично замотал головой.
— Ты меня понимаешь? — логичный вопрос, чтобы понять, он сейчас отказывался или имел в виду что-то свое.
Кивнул. Понимает. Логично. Уши и мозги у него есть.
— Тебя спасать?
Кивнул.
— Приступайте. Не укусит.
— Паука не ждем? — уточнил Адемар.
— Он и так придет, — ответил Руфус, — Ловушка сработала, он должен уже бежать сюда.
Тина ойкнула. Корбо, судя по выражению лица, был не согласен, однако промолчал.
— Я заряжусь, да? — спросила арбалетчица.
— Давай, — сказал Адемар.
Двое парней с ведрами сняли крышки, обмакнули кисти в ведра и принялись «красить» паутину.
— Экстракт для свертывания клея, — пояснил Руфус, — Мы так хорошо подготовили ткацкую мастерскую, а этой твари что-то не понравилось.
— Ты все понимаешь, но не говоришь по-нашему? — Кааппе продолжала расспросы.
Кивнул.
— А писать умеешь?
Отказ, согласие и попытка кивнуть за спину.
— Не понимаю! — надула губы Кааппе.
— Умеет кто-то другой? — предположил Адемар.
Согласие.
— Кто взял бумагу и карандаш? — спросила Кааппе, обернувшись к своим.
Из ее воинства не взял никто, а из приглашенных специалистов только Корбо.
— К вашим услугам, прекрасная госпожа, — он двумя руками протянул маленькую церу с красивой резьбой на крышке и деревянный стилус.
— Благодарю, — Кааппе столь впечатлилась исполнительной предусмотрительностью адемаровского секретаря, что снизошла до благосклонного ответа.
Вряд ли она сказала бы так привычному слуге, но аристократы ценят подачу. Не мятый клочок трижды скобленого пергамента и тупой грифель, а простой, но достойный письменный набор, преподнесенный по-благородному.
«Маляры» тем временем промазали паутину сверху донизу, и пленник смог встать на ноги. Мокрые кисти аккуратно проходили по краю прилегания паутины, а отлеплял ее кровопиец уже сам. Кааппе что-то быстро выводила стилусом на белом воске церы.
Первым паука учуял шаман. Он передал светильник одному из парней, хлопнул в ладоши, громко сообщил:
— Однако, идет. Большая бяка идет.
— Откуда? — спросила Кааппе.
— Вот он! — вскрикнула Тина, хотя никого в пределах видимости еще не наблюдалось.
— Не стрелять! — сразу рявкнул Адемар.
— Руку назад! — добавил Корбо. — Убрала с рычага!
Тина отодвинула ладонь назад по длинному прикладу и медленно опустила оружие.
Ламар поглядел в свою волшебную трубку, сильно изменился в лице и молча убрал приспособление в поясную сумку, никому не предложив глянуть. Адемар не столько услышал, сколько почувствовал приближение чего-то большого. Оставшийся на стене лоскут паутины вздрогнул, как от ветра.
— Нинья! — крикнула Кааппе. — Помогай!
Девушки ловко разогнали отряд в две примерно равные части на два коридора, правый и уходящий «вперед». Тварь, судя по всему, шла из левого коридора, если считать тот, по которому пришел отряд, центральным, а тот, где в ловушку попался кропопиец, правым.
Кровопиец сам схватил кисть из оставленного ведра и намочил кусок паутины, который все еще держался на его правой руке и правой ноге. Кааппе, видимо, поняла, что сейчас, в преддверии схватки, не время принуждать создание к чему-либо. Она лишь сунула бывшему узнику паутины исписанную церу в поясную сумку.
— Ой! — не выдержала Тина. — Простите, господин, — добавила она, когда поняла, что больше никто ничего не сказал.
Теперь звук слышали все. Комбинация волочения чего-то массивного и тяжелого с топотом сразу многих ног, а также странные всхлипы, тяжкое дыхание, хлюпанье. И время от времени отдельный шум ударов, будто невидимое создание не вписывалось в поворот и задевало угол. Стучало при этом так, будто кирпичи вылетали из кладки.
— Корбо, что обычно говорят в таких случаях на Пустошах? — спросил Адемар, гордясь, что голос почти не дрожит.
— Разное, господин, — секретарь тоже старался держать марку и почти успешно.
— Молятся?
— Редко. В основном ободряют друг друга сальными шутками на сортирную тему.
— Сейчас нам жо… седалища то надерут? — предположил Адемар.
