Мама, я не хочу быть Злодеем (СИ) - Король Александра (книги онлайн полные версии .TXT, .FB2) 📗

— Кэтрин, это «вы» режет мне слух, — мягко, но настойчиво поправил он. — Давай, как раньше — просто Эйб. Тем более… — он слегка понизил голос, и он стал чуть хрипловатым, — я слышал, ты недавно развелась. Должно быть, сейчас тебе… непросто?

От его близости от чего-то стало не по себе.

Девять лет назад Кэтрин была юной дебютанткой. Балы, приёмы… И, видимо, нечто, связавшее её с этим человеком в прошлом. Возможно, он знал что-то. Может был свидетелем неких событий? Искушение выведать информацию было огромным.

— Мы справляемся, — ответила я уклончиво, не собираясь раскрывать наше истинное, плачевное положение. — Но ты прав… одной обеспечивать достойную жизнь сыну — задача не из лёгких.

— У тебя… сын? — его брови чуть приподнялись от искреннего удивления. — Почему я ничего не слышал? Разве Аркелл не должен был позаботиться о наследнике?

Вопрос был задан в рамках приличий, но суть его была ясна: почему муж не забрал ребёнка?

Я молилась, чтобы мой бывший супруг не пустил в свет историю о «чужом» сыне. Позор мог стать клеймом на всю жизнь.

— Всё согласованно, — произнесла я давая понять, что тема закрыта.

Он на секунду задержал на мне взгляд, но, будучи аристократом, не стал настаивать.

— Если ты говоришь «всё хорошо», значит, так оно и есть, — заключил он с лёгким кивком. — Что ж, я предлагаю вам отправиться с нами. Придётся, конечно, потесниться — по двое на лошадь, но, полагаю, это лучше, чем томиться здесь в ожидании помощи.

Я взвесила предложение. До города и вправду было недалеко. Тесное путешествие не казалось такой уж высокой ценой за скорость.

Согласие я дала легко. О том, насколько я ошибалась, мне предстояло еще узнать.

Глава 30

— Кевин, иди сюда, — позвала я, обернувшись к дилижансу.

Сын появился из-за спины Бена — тот уже успел спустить его на землю и теперь стоял рядом, напряжённо вглядываясь в группу незнакомцев.

Кевин подошёл не сразу. Сперва поправил съехавшую лямку рюкзака, одёрнул куртку, провёл ладонью по волосам, пытаясь пригладить вечно торчащий вихор.

— Познакомься, это…

Я запнулась. Как его представить? Эйб? Господин? Мистер?

— Эйбрахам, — пришёл он на помощь и, к моему искреннему изумлению, опустился на корточки перед Кевином. Теперь их глаза были на одном уровне. — Эйбрахам Киркланд. Для друзей — просто Эйб. А ты, я полагаю, тот самый отважный путешественник, который сопровождает свою маму в такой дальней дороге?

Кевин настороженно всмотрелся в его лицо. Я видела, как он сканирует незнакомца своим детским, но уже удивительно цепким взглядом. Но Эйбрахам выдержал этот осмотр с терпеливой улыбкой, не отводя глаз, не пытаясь подкупить фальшивой лаской.

— Кевин, — коротко представился сын. Помолчал секунду, и вдруг выпалил: — Мы с мамой едем в Бармар. Учиться.

Я внутренне вздохнула. Ну вот, опять. Всё всем рассказывает. Никакой осторожности.

— Учиться это похвально, — Эйбрахам улыбнулся. В улыбке не было ни лукавства, ни хитрости, ни той дежурной вежливости, какой аристократы одаривают чужих детей. Только тёплое, ровное одобрение. — А чему именно?

— Магии, — просто ответил Кевин.

Эйбрахам задержал на нём взгляд на секунду дольше. Я не могла понять, что именно он там высматривает, но что-то в его лице неуловимо изменилось — черты смягчились, взгляд из оценивающего стал почти… задумчивым? Словно он увидел нечто, чего не ожидал, но чему, кажется, обрадовался.

— Бармар — лучшее место для этого, — сказал он спокойно. — Лучшее во всём королевстве.

Он поднялся, но не отошёл. Взгляд скользнул по фигуре сына, задержался на его руках, сжимающих лямки рюкзака, на его позе — всё ещё напряжённой, но уже не такой зажатой, как минуту назад. И тут я проследила за взглядом сына — и всё поняла.

Кевин смотрел на лошадей.

Крупный вороной жеребец, на котором приехал Эйбрахам, нетерпеливо перебирал ногами, встряхивал густой гривой, бил копытом. Красивый, сильный, диковатый — и Кевин не мог оторвать от него взгляда. В его глазах плескалось детское восхищение, которое не спутаешь ни с чем. Я не видела у него такого выражения уже много месяцев. А может быть и никогда.

— Ты когда-нибудь катался верхом? — спросил Эйбрахам негромко.

Кевин мотнул головой. Слишком быстро. Слишком резко.

— Отец не разрешал, — буркнул он и тут же прикусил губу, словно проговорился о чём-то постыдном.

Эйбрахам не стал переспрашивать. Не уточнил, почему отец не разрешал. Он просто посмотрел на меня — коротко, без слов. Но я поняла. Он спрашивал разрешения. Не как аристократ, а как… как просто взрослый человек, который видит чужого ребёнка и хочет его порадовать.

— Хочешь прокатиться со мной? — спросил он, снова обращаясь к Кевину. — До города. В седле веселее, чем в душной кибитке.

Кевин замер.

Медленно, очень медленно он перевёл взгляд с жеребца на меня. В его глазах плескалось столько надежды, что у меня сжалось сердце.

— Мам? — выдохнул он.

Он никогда не катался. Аркелл не позволял ему даже близко подходить к конюшне, считая это «неподобающим занятием для наследника». Теперь-то понятно: он просто не хотел, чтобы видели сына. Не хотел признавать. Не хотел, чтобы кто-то догадался, что этот светловолосый мальчик с глазами цвета утреннего неба — не его.

— Можно, — кивнула я.

Кевин просиял. Так, как умеют сиять только дети, когда им дают то, о чём они даже боялись просить.

Эйбрахам коротко улыбнулся и, не тратя слов попусту, легко подхватил его под мышки и усадил в седло.

— Держись вот здесь, — показал Эйбрахам. — Не бойся, упасть не дам.

— Я не боюсь, — выдохнул Кевин.

Всю дорогу я ехала с Торном. Бен держался чуть позади, настороженный, молчаливый, и я кожей чувствовала его неодобрение, но не оборачивалась.

Ветер уносил слова. Я то и дело ловила себя на том, что вслушиваюсь до рези в ушах, но до меня долетали лишь обрывки — смех Кевина, звонкий, счастливый; низкий, бархатистый голос Эйбрахама; паузы, заполненные мерным цокотом копыт.

Я не слышала ни слова из их разговора. Но я видела, как расслабились плечи моего сына. Как он всё смелее перебирает поводья и как запрокидывает голову, ловя лицом прохладный, пахнущий полынью воздух.

Ему хорошо. Этого достаточно.

К тому времени, как впереди замаячили остроконечные крыши небольшого перевалочного городка, я почти успокоилась.

Мы спешились у постоялого двора. Эйбрахам легко, будто Кевин весил не больше пушинки, снял его с седла, поставил на землю — и задержал ладонь на его плече. Словно проверял, крепко ли тот стоит на ногах.

— Ну как, понравилось?

— Очень! — выпалил Кевин. Глаза его горели, щёки раскраснелись от ветра и счастья. — Мам, когда я вырасту — у меня обязательно будет такой же! Я сам буду за ним ухаживать, и чистить, и кормить, и…

Он запнулся, спохватившись, посмотрел на меня с лёгкой тенью вины: не слишком ли много он хочет?

— Обязательно, — мягко сказала я. — Обязательно будет.

Он заулыбался — широко, открыто, забыв о своей недавней обиде на меня, о той стене, что выросла между нами после всей этой истории с Бродонсом. Я погладила его по голове, и он не отстранился.

— Давай присядем, — раздался за моей спиной спокойный голос Эйбрахама. — Хочу обсудить с тобой ваши планы.

Мы сидели в углу общей залы, за отдельным столом. Кевина я отправила с Беном — перекусить и отдохнуть перед дорогой. Эйбрахам ждал, пока я сделаю глоток обжигающего травяного чая, и только потом заговорил.

— Вы направляетесь в Бармар. У меня дом в Калигрофе. Я предлагаю вам отправиться туда вместе со мной.

Я молчала, обдумывая его предложение.

— На дилижансе добираться ещё дня три, — продолжал он ровно, без нажима, без той настойчивости, которой я так боялась. — Это утомительно, особенно для ребёнка. Я планировал лететь на воздушном змее. Мы будем в Калигрофе к вечеру.

— Ты и так нас выручил, — сказала я. — Я не могу пользоваться твоей добротой.