Меня всё ещё зовут Гудвин (СИ) - Корнев Павел Николаевич (читать книги онлайн полностью без сокращений .TXT, .FB2) 📗
Я расслышал что-то о пересменке и решил, что мы с визитом сюда определённо припозднились, но присоединяться к разговору не стал и вместо этого огляделся.
Узкий проезд тянулся между глухими бетонными заборами с колючей проволокой поверху, да ещё с нашей стороны наличествовали высоченные откатные ворота, крылечко, дверь и зарешёченное окошко караулки. С другой стороны — та же картина, только без ворот и крыльца. И ни огонька нигде: единственный фонарь горел над проходной.
Спор и не думал утихать, закралось подозрение, что придётся уезжать отсюда несолоно хлебавши, но тут на крыльцо выставили деревянный ящик, и Арам окликнул меня:
— Гудвин!
Я подошёл, поднял ящик и прикинул, что тот весит никак не больше пятнадцати-двадцати килограммов и нет никакой причины, по которой кладовщик не мог бы подсобить джинну и погрузить товар в салон автомобиля.
Или это сторож, и ему на улицу выходить нельзя?
Переднее пассажирское сиденье я откинул заранее, Арам же предусмотрительно застелил задний диванчик брезентом, поэтому сейчас только и оставалось, что протиснуться в слишком узкую дверцу с ящиком и уместить его, сдвинув как можно дальше от себя.
Попутно я разглядел синевшие на досках штампы, но служебная маркировка мне ни о чём не сказала, а вот приглушённое бульканье навело на кое-какие нехорошие подозрения, и я решил по возвращении в ДК потолковать с джинном по душам. Пока же от выяснения с ним отношений воздержался, поскольку сейчас ситуация к тому нисколько не располагала, ещё и как-то разом сделалось не по себе.
— Поехали уже! — загрузив в автомобиль последний пятый ящик, поторопил я Арама, который вновь заспорил со своим так и не показавшимся мне на глаза собеседником.
Джинн что-то резко бросил напоследок и в сердцах захлопнул железную дверь, но та не шибанула о косяк и не лязгнула — её придержали изнутри и прикрыли аккуратно и плавно. Арам сбежал с крыльца и поспешил к машине.
— Всё уже! — сказал он мне. — Уезжаем!
Тут-то в тёмном проезде и мелькнул луч карманного фонарика! Он скользнул по забору, метнулся к нам и пропал, растворившись в свете закреплённого на стене караулки фонаря, а следом послышался нервный оклик:
— Стой, стрелять буду!
И вот эта самая нервозность ясно дала понять, что нас не пугают, а непременно пальнут и вполне возможно — сразу на поражение, а не в воздух. Я незамедлительно скользнул под прикрытие автомобиля, а мой синекожий спутник прыгнул к его распахнутой дверце, и — хлопнуло-стукнуло! Джинн сдавленно выругался, но присутствия духа не потерял, влез за руль и завёл двигатель. Я наставил руку на лампу и резко стиснул пальцы, нить накаливания тотчас вспыхнула в несколько раз сильней должного, после чего мигнула и перегорела. Нас укрыла темнота.
Миг спустя Арам утопил педаль газа в пол, но гоночным болидом его малолитражка не была, и я не только подался в сторону, чтобы не угодить под колёса, но и сумел втиснуться в распахнутую дверцу начавшего набирать ход автомобиля. Извернулся там и вжался в кресло в ожидании повторного выстрела — тот не заставил себя ждать, но на сей раз сторож пальнул наугад, и пуля прошла стороной, а прежде чем он вновь перезарядил ружьё, перепуганный до полусмерти джинн повернул в первый попавшийся боковой проезд.
Я едва успел захлопнуть открывавшуюся против хода движения дверцу, иначе при слишком уж размашистом манёвре её бы точно вырвало из петель, а так автомобиль лишь зацепился за что-то передним правым крылом. Послышался скрежет сминаемого металла, но — проскочили. Правда, мимолётное облегчение тут же сменилось опасением, что Арам завезёт нас в тупик, только — нет: повернули-повернули-повернули и выехали на нормальную дорогу, помчались прочь!
— Не гони так! — прикрикнул я на Арама два квартала спустя. — Не гони и поворачивай!
Но уж лучше б сидел молча и не вмешивался: из джинна будто разом воздух выпустили, и автомобиль начало бросать из стороны в сторону, а после мы и вовсе потеряли скорость, съехали на обочину и остановились.
— Ну что ещё? — зло выдал я. — Бензин кончился, ля⁈
Арам ничего не ответил и прижал руку к левому боку, а когда отнял от него ладонь, в свете уличного фонаря я разглядел пятнавшую его пальцы кровь.
— Твою ж мать! — выругался я и спросил: — Сильно зацепило?
Джинн и тут промолчал: не иначе все его силы — и моральные, и физические — ушли на стремительное бегство. Я распахнул дверцу и выбрался наружу, чтобы сразу же сунуться обратно и по возможности аккуратно перетянуть Арама с водительского на пассажирское сиденье.
— Рану зажми! — зарычал на него. — Есть в багажнике какая ветошь?
Джинн меня словно не услышал, и я наседать на него не стал, решив, что в шоковом состоянии барыга проблем доставит много меньше, нежели если вдруг начнёт биться в истерике.
Багажник у малолитражки оказался крохотным, изрядную его часть занимал бензобак, но тряпка там всё же отыскалась. Скомкал её и засунул джинну под пиджак, наложив поверх пулевого отверстия, а после ухватил Арама за руку и рыкнул:
— Прижимай!
Сам захлопнул дверцу, обежал автомобиль и каким-то чудом, не иначе от испуга в размерах уменьшившись, сумел втиснуться за руль. Попытался тронуться с места, и движок немедленно заглох, ладно хоть ещё вновь завести его не составило никакого труда, а дальше я совладал со сцеплением и плавно-плавно нажал своей лапищей на педаль газа, после чего машина хоть и дёрнулась, но всё же покатила вдоль обочины.
Поначалу я просто приноравливался к управлению, затем обратился к джинну:
— Арам, мы где вообще?
К этому времени тот немного очухался, вот и начал подсказывать дорогу, но в итоге приехали мы куда-то совсем не туда.
— Что за дела⁈ — разозлился я, когда Арам велел остановиться на парковке возле ограды какого-то парка. — Это больница, по-твоему?
— Нельзя… — слабым голосом попросил джинн. — Нельзя мне в больницу…
С этим утверждением было не поспорить, я съехал с дороги, огляделся и счёл место достаточно уединённым, чтобы не опасаться появления случайных свидетелей, но вот милицейский патруль, если вдруг поедет мимо, нашим автомобилем непременно заинтересуется. Вляпался, ля!
Я сдал вплотную к кустам, выбрался из-за руля и почти сразу в отсвете уличного фонаря углядел на водительской дверце тёмную точку пулевого отверстия — совсем небольшую, как если бы оставил её двадцать второй калибр. Вот только звук выстрела был несказанно солидней, поэтому оставалось лишь гадать, из какой такой берданки подстрелили Арама. Впрочем — не до того!
Обежав автомобиль, я распахнул пассажирскую дверцу и придержал попытавшегося выбраться наружу джинна:
— Куда лезешь? Сиди, ля!
Света катастрофически не хватало, но, когда отнял от раны скомканную тряпку, всё же сумел разглядеть, что кровь сочится из той не так уж и сильно. А вот что натворила пуля внутри, без полноценного обследования было не сказать.
Какие там органы в левом подреберье? Почка? Селезёнка? Просто кишки?
Просто, ля!
— Нельзя мне в больницу, Гудвин, — сипло выдохнул Арам. — Сто бутылок коньяка по двадцать рублей каждая — чуешь, чем пахнет? Это хищение в крупном размере, а сверху ещё и незаконный оборот алкоголя припаяют. Повезёт, если нам всего по пять лет дадут.
— Нам? — рыкнул я. — Да ты охренел, синий!
Арам скрипнул зубами от боли, скривился и поправился:
— Хорошо! Ты на подхвате был, тебе меньше присудят.
— Так я не был на подхвате!
— Думаешь, поверят? И даже если так, всё равно условку назначат. Вылетишь с работы, на обогатительную фабрику переведут.
Я припомнил, как совсем недавно сам стращал островного орка, и захотелось джинна удавить. Вместо этого уточнил:
— Так не было документов на отпуск товара?
— По бумагам всё тип-топ, — уверил меня Арам. — На складе никакой недостачи не будет.
Я без малого рассвирепел:
— И чего ты тогда меня лечишь? Коньяк сгрузим, а мало ли что мы в складах делать могли? Стрелять начали — вот и удрали. Ты удрал, меня там даже близко не было! Никакого тебе сговора, никакой группы лиц. Будешь держать язык за зубами — месяцок промурыжат в тюремной больнице и выпустят.