Меня всё ещё зовут Гудвин (СИ) - Корнев Павел Николаевич (читать книги онлайн полностью без сокращений .TXT, .FB2) 📗
Таёжный орк кивнул:
— Каждый день как штык: и в зал ходит, и тренировки по карате не пропускает. Вот и с ремонтом нам подсобил. — Он вздохнул и указал на побросанные вдоль стены доски и тому подобный хлам: — С чем сложно, так это с мусором. Директор требует территорию в порядок привести, а битва за урожай в самом разгаре, к кому ни обратись — нет машин. И ведь всего ничего вывезти осталось, за одну ходку можно управиться!
Я приметил торчавшие из половиц ржавые гвозди, гнутые и не очень, но помочь с утилизацией мусора не вызвался, поскольку Витя Бабаев если и не вылетел с работы, то левачить на какое-то время совершенно точно бросил, а больше мне обратиться было не к кому.
Борис не дождался от меня никакого внятного ответа, а может, и не ждал ничего такого вовсе, похлопал в ладоши:
— Перекур окончен!
Все потянулись обратно в корпус, на улице задержался только Эд.
— Удачно скатался, получается? — уточнил островной орк, когда мы остались наедине.
— Ага! — подтвердил я. — Разрулил проблемку.
— А что там было вообще?
Запираться я не стал, рассказал напарнику о сути претензий ко мне со стороны правоохранительных органов.
— Вот же суки! — выругался в сердцах тот.
— Суки, — согласился я, хоть и не понял, кого именно припечатал орк крепким словцом: ментов или бомбардиров.
— И что делать собираешься? — спросил Эд.
— Ходить да оглядываться. Какие тут ещё могут быть варианты?
— Этот тоже так себе, — поморщился островной орк и махнул рукой. — Ладно! Если помощь нужна будет, обращайся.
— Погоди, — придержал я его. — Передай Яну, что за мной должок. Очень он меня выручил.
На этом мы с напарником распрощались, и я потопал к трамвайной остановке через пустой и какой-то очень уж хмурый сквер. Глянул мельком на шахматные столы и подумал, что надо бы вернуться к решению этюдов. Аутотренинг и самоконтроль — это, конечно, здорово, но и забрасывать наработку новых нейронных связей тоже не стоит.
В центре повышения квалификации сразу же пошёл к методистке.
— А, прогульщик! — узнала та меня, а в ответ на предъявленный больничный развела руками: — Ну, извини! Минимального количества часов у тебя не набралось, придётся в следующем месяце дохаживать.
— И вот ещё что дали! — выложил я направление на ускоренные курсы помощников реаниматоров.
— Третий пси-разряд? — Тётенька о чём-то задумалась, но, вопреки моим опасениям, приходить в ноябре не потребовала. — Если готов, можешь хоть прямо сейчас теоретическую часть сдать, — заявила она вместо этого. — Тогда только практика останется.
— Как так? — не понял я.
— Курс по оказанию первой помощи рассчитан на тридцать часов, а у помощников реаниматоров теории в полтора раза меньше, ты со своей посещаемостью в норму укладываешься, — с готовностью пояснила методистка. — На сегодня у вашего курса пересдача назначена: если не хочешь тянуть до конца месяца, могу тебя в список включить.
— Так мне же потом всё равно практику сдавать! — резонно заметил я.
— Там другая комиссия будет.
Я подумал-подумал и решил попытать удачу, но исключительно на одно лишь везение полагаться не пожелал и отправился в библиотеку. Получил там на руки рекомендованный интерном учебник, да так с ним в читальном зале до самого зачёта и просидел.
В итоге ответил на билет без особого труда: и сам успел память освежить, и аттестационная комиссия не лютовала. Не обошлось, конечно, и без дополнительных вопросов, но были они неизменно нейтрально-уточняющими, а никак не каверзными. Никто никого целенаправленно не валил — кто засыпался, тот справился с этим и без посторонней помощи.
Впрочем, у меня всё было ещё впереди, ведь проходить практику предстояло не у кого-нибудь, а у пси-мастера пятого разряда Романа Коростеля. Этот точно завалить попытается, тут двух мнений быть не может.
Но деваться было некуда, отправился на поиски местного сенсея. Перво-наперво я решил заглянуть в спортзал, но только подошёл к его дверям, как те распахнулись и навстречу повалили мускулистые и подтянутые эльфы — вперемешку поморские и тёмные, в ряды которых, впрочем, затесалась и парочка лесных. Я распихивать их локтями и переть против потока благоразумно не стал, вместо этого скромненько отступил к стенке и правильно сделал, поскольку вслед за подопечными вышел и Роман Коростель. На меня крепко сбитый нелюдь с белыми волосами, оранжевыми радужками глаз и пепельного оттенка кожей не обратил никакого внимания и точно бы прошёл мимо, если б только я не шагнул навстречу и не протянул полученный от методистки бланк.
— На практические занятия направили, — пояснил я тёмному эльфу, который листок в моей руке попросту проигнорировал.
Брови пси-мастера пятого разряда слегка приподнялись в демонстративном удивлении, но долго эта пантомима не продлилась: Роман всё же соизволил ознакомиться с направлением, а после не удержался и позволил себе намёк на брезгливую гримасу. У меня аж костяшки зудеть начали, до того захотелось пробить ему правой в бубен.
— Практические занятия… — начал было эльф, но умолк на полуслове из-за беспокойным табуном поспешивших на занятие аэробикой гномих.
Вслед за подопечными упругой спортивной походкой шествовала их тренер, и Роман чуть наклонил голову, приветствуя её:
— Уважаемая Надежда…
— Мальчики… — улыбнулась в ответ амазонка и взяла меня за плечо, слегка потянула к себе и вниз, чтобы поцеловать в щёку, не приподнимаясь при этом на цыпочки. — Заходи ещё как-нибудь на кофе, Гудвин.
— Обязательно! Вот оклемаюсь после операции и сразу забегу, — пообещал я, а когда Надежда скрылась в зале, не удержался и буркнул себе под нос: — После дождичка в четверг!
У Романа оказался чрезвычайно острый слух, он ухмыльнулся и спросил:
— Что — не потянул?
Я оскалился.
— Сам попробуй потянуть со своим… — Глаза пси-мастера опасно сузились, — пятым разрядом!
Тёмный эльф определённо ждал от меня шутки о размерах мужского достоинства, не иначе как от удивления он выдал:
— Я и на третьем всю ночь продержался!
Мне только и оставалось, что пожать плечами.
— Ну и я продержался — проблема-то не в этом.
— А в чём тогда?
— В похмелье, — досадливо поморщился я, пожалев, что вообще затеял этот разговор. — Похмелье после ночи с женщиной — это уже за гранью добра и зла.
Роман понимающе вздохнул.
— Есть такое дело. — Он помахал бланком направления, глянул на меня задумчиво и вновь вздохнул. — Ладно! Идём!
Отвёл меня эльф в какую-то тесную клетушку с многочисленными измерительными приборами, живо напомнившую помещение для проведения лабораторных работ по физике. Только у нас в такой вот комнатушке имелось окно, здесь же единственным источником освещения служила прикрытая стеклянным плафоном лампочка.
Эльф щёлкнул тумблером, и та загорелась, высветила лежавший на столе манекен. Но не из тех, что выставляют в витринах магазинов, а предназначенный для отработки навыков реанимации.
— Ну вот, — указал на него Роман. — Приступай.
Былой неприязни в его голосе разобрать не удалось, но я в любом случае ощутил немалое раздражение.
— К чему приступать-то? — уточнил, приблизившись к учебному пособию.
— Допустим, это тёмный эльф, — с ухмылкой выдал Роман, начав щёлкать переключателями, менять местами штекеры и сдвигать ползунки. — Попробуй запустить ему сердце.
— А можно полный диагноз озвучить? — попросил я исключительно из желания потянуть время.
— Валяется гражданин на улице. Алкоголем не пахнет, сердце не бьётся, но ещё тёплый и зрачки реагируют на свет. Вот и весь диагноз! — И он уже куда резче прежнего меня поторопил: — Давай! Время пошло! Тик-так!
Я придвинулся к манекену вплотную, положил на него ладони и электрической щекоткой вытолкнул из себя малую толику переполнявшего меня раздражения. Тихонько щёлкнул электрический разряд, а больше ничего не произошло: ни механический болван не дёрнулся, ни световые индикаторы не загорелись.