Пепельная Пустошь: Новая земля (СИ) - "Токацин" (читать полностью бесплатно хорошие книги TXT, FB2) 📗
Гедимин не удержался и фыркнул в респиратор. В небе громыхнуло.
- Люди и сарматы ненавидят друг друга с первых дней, - сказал Микаель. – Миллионами они убивали друг друга, рушили всё созданное. Всё, что строил Гедимин, разрушено людьми. Его друзья погибли от их рук. Он называет людей этого города «hentush» - «отбросы» - и брезгует ими, как гниющей падалью. Он им не союзник, Сверкающие Крылья. Можете его не опасаться.
- Ты не лжёшь, о Вольт, сын Вольта, - один из Скхаа сквозь сеть щупалец спустился ниже и повис в нескольких метрах над Гедимином. – Но пусть скажет он. Чужак Хеттигин, что ты ищешь тут? Такие, как ты, в чёрной броне, больше не стреляют по нам. И не живут рядом с людьми. Но никто из них не говорит на нашем языке. И никто не приходил к нам. Зачем пришёл ты?
- Чтобы прекратить вражду, - сказал сармат; затылок жгло от смущения, и он старался не щуриться. – Мы не знали, что вы разумны. Вы разрушали электросети городов, и мы… нужно было защитить их. Теперь сетей нет. Вы не трогаете наши станции – мы не мешаем вам поглощать молнии. Теперь, без людей, на планете есть место для всех.
В небе негромко затрещало.
- Да, видно, что людям ты не друг, - заметил Скхаа. – Скажи сарматам – нам не нужны ваши сжигающие башни. Тебя мы запомнили и скажем другим, что ты друг Вольта. Но не поднимайся на наши башни! Не беспокой стаю на отдыхе.
- Я не полезу, - пообещал Гедимин. – Значит, сарматы вас теперь не трогают?
- Мы избегаем их, и они нас не преследуют, - ответил Скхаа. – А тех, кого ты называешь «хентос», мы не подпускаем близко. Они злы и не понимают слов.
- Защищайтесь, как можете, - кивнул сармат. – Их обещания не стоят пыли. Они и меня пытались сделать рабом, когда я пришёл помочь им.
В небе громыхнуло.
- Да проклянут их боги! – Скхаа встряхнул хвостами. – Никто из хентос не подойдёт к нашим башням. И, если нужно, мы проводим тебя в степь. Они не посмеют напасть!
По щупальцам Вольта пробежали искры. Яркая световая полоса протянулась на северо-восток. Скхаа сорвались с места, и через пару секунд Гедимин услышал издалека грохот, лязг и истошный вопль. Кричали определённо не Скхаа.
- Да, соседи внимательно следят за стаей, - в мозгу сармата прозвучал чужой смешок. – И решили, что самое время для вторжения. Неразграбленный район тянет их, как магнит – железные опилки… Давно не виделись, Гедимин. Я не слишком помешал вашим переговорам?
Многогранник снизился, втягивая щупальца. Гедимин шагнул к нему.
- Спасибо за помощь, Ма… Микаель, - он протянул руку к щупальцу, и что-то невидимое крепко пожало его ладонь. – Дипломат из меня пока не очень. Пытался помирить наннов с убежищем «Хилларс»…
Вольт тяжело вздохнул.
- Мне кажется, Гедимин, что тут и лучший из дипломатов не справился бы. Все, кто вышел из убежищ с оружием, куда-то дели разум. Я видел «Хилларс». И местный «Халаг», и «Гвулу» у озера… и «Аркат», увы, тоже. Не знаю, что ударило им в головы, и почему оно не задело убежище «Скай»…
Гедимин навострил уши.
- А ещё мирные есть? Люди, мутанты, - всё равно. Их… надо их предупредить. О хентос и упырях…
Перед глазами всплывали картины вырезанных поселений и вереницы связанных пленников. Гедимин встряхнулся, отгоняя морок.
- М-да. Если бы такие были – конечно, надо было бы, - пробормотал Вольт. – Но я их не встречал. Может, поодаль от развалин, где город и его убежище разделились… К востоку от озера много руин и много убежищ. Может быть, там…
«Буду искать,» - подумал Гедимин. Он не заметил, как удобно устроился в изгибе щупальца. На стенах, зацепившись хвостами, повис десяток Скхаа. Сармат помахал им.
- Как вам тут живётся? В высотках удобно? Не далеко до океана?
…Вольт мигнул.
- Идти к «Халагу»? Зачем?! И я туда не полечу. Можно сделать так, чтобы вы смотрели моими глазами. Отсюда «Халаг» отлично виден. Даже лучше, чем хотелось бы. Закройте глаза ненадолго, так проще привыкнуть…
С глазами по периметру Гедимин дело уже имел. Воспринимать информацию равномерно со всех сторон – пока не научился. А сейчас на это тем более не было времени. Когда стены вокруг заколыхались, теряя плотность, он на пару секунд сосредоточился на башнях электрофагов. Защитники «пещер» уже возвращались на верхние ярусы. Там, внутри, Скхаа прожгли колодцы в перекрытиях и поплавили стены – теперь повсюду было много выступов, торчащих углов и балок. Электрофаги всех размеров свисали со стен, цепляясь за каждую неровность. Самые светлые и крупные собирались по периметру, мелких держали в центре стай, и они были чуть темнее. Когда «воины» колонии влетели в «пещеру», с уступов сорвались их сменщики, уступая место и занимая воздушный пост. Им вслед засверкали разряды – стая делилась энергией с теми, кто её уже растратил в бою, и с теми, кому она могла пригодиться в дозоре.
- Кхм, - послышалось в мозгу. Сармат смигнул и «развернулся» к центру Массета. Стены таяли на пути его взгляда, пока он не упёрся в поворотную турель.
«Очень много оружия,» - мелькнуло в мозгу сармата. «И очень много энергии…»
Люди «Халага» захватили себе место с большим запасом. Крепостной вал замыкал неровное кольцо, соединяя «башни» высоток, внутри стоял ещё круг полуразобранных построек – «рудники» - и только потом начинались заселённые кварталы. Вокруг убежища поднимались самодельные стены из рилкаровых плит – башня-многогранник со сторожевым постом и двумя турелями. На её воротах – как и на стенах нового «города», и над въездами в крепость – виднелся один и тот же знак: две соединённые спирали, похожие на закрученные рога.
«Наверху есть электричество,» - Гедимин ощутил тепло заряженных накопителей и дрожь преобразователей. Ещё работали насосы, нагнетая воду из подземных пластов в цистерны. «Остатки древних систем. Собрали по кускам из ненужных зданий, соединили… Ага, тут есть вода, обогрев и свет. Сейчас почти всё отключено. Наверное, подаётся по ночам, когда холодает…»
Он «вытащил» взгляд из подстанции (кольцевые накопители были заряжены на четверть, и их было немного – как раз на нужды небольшого по земным меркам посёлка без промышленности) и увидел у её дверей охранника в самодельном бронежилете. Тот расхаживал у входа, похлопывая по ладони короткоствольной «кинетикой». Зачем на шлеме рожки вилорога, а на плечах – шипы, Гедимин вникать не стал – только скользнул взглядом по соединённым спиралям на лице охранника и на его нагруднике. Потом на глаза попался лист скирлиновой бумаги, прибитый к двери. «Сюда смотри!» - крупно вывел кто-то на верхнем краю. «Для «Халага-1»: свет круглосуточно, тепло зимой круглосуточно, вода – на 1 час после заката. Для «Халага-2»: свет с заката до рассвета, тепло зимой с заката до рассвета, вода – в воскресенье на 1 час после заката. Для «Халага-3»: свет на 1 час после заката, тепло зимой на 2 часа после заката, гретая мойка – по воскресеньям на 2 часа после заката (шевелитесь быстрее, грязные крысы!)».
«Ясно…» - сармат сощурился бы, но чужие глаза не позволили. Взгляд скользил по трубам и проводам, отслеживая ток энергии. По коммуникациям различить между собой три «Халага» было проще, чем по декору на стенах и дверях. Вот трубы, идущие на первые два этажа, а вот и рабочие душевые, и батареи термоэлементов, и пучки светодиодов. Вот этажи выше – трубы ещё тянутся, но душевых мало, и окна уже не открываются – заварены полосами фрила для утепления. Жилые отсеки, - где кровати из фрила и дерева, где лежаки из пластов коры, где горы листьев вплотную друг к другу и подстилки из вытертого скирлина… Светодиоды – по одному на отсек, и то не везде, и термопластин меньше с каждым этажом, а попыток удержать тепло – всё больше. И чем выше, тем теснее набиваются в отсеки… хотя сейчас внизу народа больше, чем наверху, - сверху остались дети и старики, а снизу Гедимин видел даже охранника с оружием. И ещё двоих – когда взгляд «качнулся» от жилых домов к «рудникам».
Ненужные высотки разбирали одновременно сверху и снизу. Внизу выискивали остатки металла, трубы и проводку. Сверху выламывали всё подряд, спуская лавины обломков. Гедимин видел, как тащат цельные балки и блоки, и как разгребают вручную отвалы, разделяя на металл, органику и пригодный фрил. У рабочих оружия не было, не всем даже дали инструменты, а вместо перчаток на руки намотали «бинты» из скирлина. Такие же обмотки-портянки были и вместо носков под «тапками» из фриловой подошвы и нескольких ремней. Только одежда ещё выглядела «нормально» - комбинезоны из серого скирлина. Где-то его синтезировали, только красить разучились. Даже непременный знак из двух спиралей выводили поверх «ткани» смесью сажи и жира.
