Из дикого леса дикая тварь 3 (СИ) - Капба Евгений Адгурович (читать книги полные txt, fb2) 📗
Она смотрела, как я орудую палочками, с некоторым охреневанием, попыталась повторить, уронила одну сушину в соевый соус, вынула ее пальцами и положила в рот.
— Слишком соленое, — сообщил она.
— В следующий раз не роняй, попробуй с имбирем, — предложил я.
Она так и поступила, и признала:
— А ничего так! Хотя — варварская еда. Культурные народы едят горячую пищу! Но я знаю, почему нравится тебе. Ты не ешь мясо, и у тебя никогда нет времени заниматься готовкой. К тому же, ты — маг жизни, ты можешь сколько угодно питаться сухомяткой, можешь даже грызть кору деревьев — это тебе не повредит! Потому такая еда тебе подходит.
— Интересное суждение, не думал никогда о суши в таком ключе…
Мы ели суши, пили зеленый чай, говорили о пустяках — по-русски и по-эльфийски — и посматривали друг на друга. Она мне нравилась, а я нравился ей, это понятно. Но вот эта ее уверенность в том, что мы связаны навеки — она вызывала во мне не то чтобы бурный протест, скорее — удивление и досаду. Я не так-то много знал об эльфах, если честно, а Мордуин такой информацией делиться не собирался. Что там у них с сексом до брака? А с детками — как? Все-таки эльфы — не люди. Всяко может быть.
Вроде бы, чадорождение связано с женским циклом, который очень сильно отличается от человеческого. Дети могут быть зачаты только весной, или типа того… Странные они существа, в общем. Мы странные! Мы, эльфы.
— Так, мэллон. — Она опять употребила это слово, которое означало то ли «друг», то ли «возлюбленный». — Мне пора на занятия. Я и так одну пару прогуляла. Ты смотри не безобразничай и не уезжай в свою экспедицию не попрощавшись. И — ты обещал мне ответ по поводу базы! Без него ваш поход потеряет смысл. Разный Облик не даст вам покоя, артель не сможет там работать! Ты уже знаешь, на что способен мой отец.
Я знал. Я вспомнил того динозавра, в которого превращается вождь Желтых Ножей, и меня передернуло: та еще образина! И он там ведь не один такой, крупный деятель! Бодаться со старейшинами уманьяр, которые умеют так качественно и страшно метаморфировать, — себе дороже. Захотят скушать — костей не оставят! И подвержены ли они моей магии — хороший вопрос. Ножики-то у них очень специфические, ножикам магия — до фени.
— Гонцы уже в пути, жду ответа, — заверил ее я. — Не уеду, пока не добьемся результата. А если не добьемся — я тебе об этом сообщу. И буду просить помощи. Как минимум троих танацотинам придется через свои земли пропустить…
— Придется, значит? — прищурилась она.
— Именно так. — Я не отвел взгляда. — Если Главный Герой и его друзья отправляются в Эпическое Приключение — лучше не вставать у них на пути, это чревато.
— Как-как ты сказал? Чревато? Это связано с червяками? — заинтересовалась она. — Или со словом «чрево», в смысле — живот? В первый раз слышу такое слово по-русски…
В общем, ни она, ни я не захотели портить встречу разговорами о геополитике и всем таком прочем, снова переключились на пустяки и приятно провели время вместе. Мы допили чай, доели суши, я расплатился и, да, вызвал ей такси. Чмокнув меня в губы — быстро и несерьезно— эльфийка укатила в Лот Кордат. У нее следующим занятием была компьютерная грамотность, и пропускать его Эринка не хотела.
А я не хотел опоздать на встречу с начальником коммунального отдела!
Адам Витальевич — высокий и худой мужчина с прической, как у Ипполита в «Иронии судьбы», и в пиджаке с протертыми локтями— был уже тут как тут. Ходил туда-сюда по верхней ступеньке крыльца муниципалитета, меряя расстояние широкими шагами своих журавлиных ног.
— Ваше сиятельство! — Он потер ладони от предвкушения и тут же полез в карман за бумагами. — Вот, взгляните — фронт работ, карта с отметками и сумма, которую мы готовы заплатить. Говорю сразу: это план на следующий год, на этот у нас уже заключен договор с подрядчиками, и мы исходим из расценки один к одному: сколько им, столько и вам.
— Светлость, вообще-то, — поднял бровь я. — Не сиятельство. Но в сервитуте титулование не обязательно, кстати, можно просто по имени, или — по фамилии. Что у вас тут, ну-ка…
Три гектара пустырей в разных концах города, в том числе — на Скотобазе и в Немеччине, восемь заброшенных деревянных (что очень здорово) строений под снос, с прилегающей территорией. Двадцать восемь тысяч денег за всё. На месте пустырей как раз и планировалось разбить сады, за которые мне планировали заплатить еще пятнадцать тысяч.
— Я сделаю это за день, — сообщил я. — Мне просто нужна машина, водитель и три пакета: с вишнями, сливами и абрикосами. Поэтому считаю, что на пятьдесят тысяч мы можем договориться, верно?
— Эм-м-м, деньги из резервного фонда, ваша светлость, бюджет города не предполагает…
— Ладно, возьму натурой. — Я оглядел его с головы до ног.
— Что значит — натурой? — Он громко сглотнул, и кадык под его шеей заходил ходуном.
— Мои соседи, на улице Артиллерийской — у меня там склад, знаете ли, — злостно нарушают правила содержания жилых помещений и благоустройства прилегающих территорий. Не все, а некоторые. Слева, например, вообще ничего не делается, всё заросло дьявольской дубинкой и ивами, а еще — свалка и антисанитария, крысы бегают! А с тыла — складируют ржавые тачки. Штабелями! Возят и возят! Аккумуляторы складируют тоже, а они природу загрязняют…
— И вы предлагаете…
— Конфискуйте и передайте мне землю. И деньги себе оставьте.
— О!..
— Ага. Смелее, Адам Витальевич. Смелее нужно быть в принятии решений! Бюджет сэкономите, заброшки пристроите, еще и город мы с вами благоустроим. А вернусь из следующей экспедиции — я вам тут мимозу посажу. Ей-Эру, обещаю — будет на бульваре Кончиты цвести мимоза весной!
— Мне нужно проконсультироваться с Сергеем Николаевичем… — Он потер лицо руками.
Сергей Николаевич Коростылев, муж той самой дуроватой Майи Михайловны, работал на должности мэра Ситки и вроде как считался мужиком адекватным и хозяйственным. Просто трудился мэром не так давно, и вечный сервитутский бардак за пару лет преодолеть у него не получилось. Пока что.
— Консультируйтесь. Только машину мне пришлите, я работать поеду. Вишни, так и быть, сам в супермаркете куплю… — заявил я.
Внутри меня созрела четкая уверенность: все они сделают так, как я прошу. Маги тут — товар штучный, очень редкий. Закрыть такую кучу вопросов по благоустройству за сутки можно только волшебной силой, и они в эту возможность вцепятся руками и ногами. И я получу свое расширение земельных владений на Артиллерийской! Эх, надо за каланхоэ в цветочный зайти, оно какое-то более восприимчивое для дрессировки, чем дьявольские дубинки… Те довольно туповаты.
— Да-да, это можно, это сейчас! — Адам Витальевич тут же сунул руку в карман, достал телефон и набрал какой-то номер: — Толя, подъезжай сейчас к крыльцу, к тебе сядет его светлость Станислав Темнорецкий, покатай его по объектам, которые он назовет. Да, весь день в его распоряжении… Если что — с меня сверхурочные!
Он сунул телефон в карман и попытался улыбнуться:
— Сейчас подъедет Анатолий — хороший водитель, спокойный. Он в вашем распоряжении до конца работ! Уже едет, вон видите — зеленый универсал?
Машина с надписью «KOMMUNAL’NYJ OTDEL» на дверцах мягко подрулила к крыльцу, мужик с большой лысиной и мясистым добрым лицом помахал рукой с водительского места.
— Карета подана! — крикнул он.
— Я позвоню Толе, как только мэр даст добро, — пообещал Адам Витальевич.
Я уселся на переднее сиденье Толиной «кареты», и мы поехали.
— Сразу в супермаркет, где фрукты-ягоды продают, — сказал я.
Водитель кивнул и повернул на перекресте. Хорошо водил этот Анатолий! Он вообще оказался хорошим дядькой: говорил мало и по делу, знал город как свои пять пальцев, навигатором не пользовался. После супермаркета подсказал, что начать лучше всего с Немеччины, как с самой крайней точки, и потом, сужая круги, двигаться к центру. Я не стал строить из себя невесть что, и согласился с его доводами.