Из дикого леса дикая тварь 3 (СИ) - Капба Евгений Адгурович (читать книги полные txt, fb2) 📗
Под конец моего рассказа Жестянников, кажется, постарел лет на семь. Под его глазами пролегли круги, на лбу появилась дополнительная морщина, или даже две. Щетина как будто выросла миллиметра на три, а цвет кожи лица посерел — как раз после того, как он уточнил фамилии портных, у которых я заказал костюм для похода в «Дарт-и-Фарадон». Когда я закончил рассказ на моменте своего пробуждения, он одним длинным затягом выкурил третью по счету сигарету до самого фильтра и сказал:
— Меня, кстати, Илья зовут.
— А меня — Стах, — я протянул руку и таким универсальным мужским способом мы скрепили переход на неформальный уровень общения. Я предложил: — Разреши, легкие тебе почищу? У меня с тролля еще осталось прилично энергии жизни, дереву столько за раз не нужно… Сделаю просто потому что могу, никаких «услуга за услугу» и прочих сложностей.
— Э-э-э-э… Давай? — как я понял, мое аристократическое происхождение создавало между нами некий барьер, но он, находясь на довольно высокой ступеньке в местной табели о рангах, наверняка тоже имел личное дворянство, потому обращение на «ты» не стало чем-то слишком из ряда вон выходящим.
Я, не выпуская его ладонь, запустил по венам сыскаря искру жизни, которая прошла по руке до груди, закружилась там в странном танце… Илья Жестянников закашлялся, его лицо покраснело, глаза выпучились — и с очень страшным звуком он выхаркнул на пол сгусток черноты.
— Ох, м-м-мать! — только и смог сказать стольник.
— Вот салфетки, — протянул ему целую пачку я. — Вытирайся, все нормально. И рот прополощи и еще раз выплюнь. Не волнуйся, я приберусь.
— Ничего себе внутри меня дрянь сидела… — он с омерзением глядел на выведенную из легких гадость.
— Давно куришь?
— С пятнадцати, — признался он.
— Пора бросать.
— Определенно… — он снова покосился на кошмарное пятно на полу. — Огромное спасибо, помог так помог. У меня даже голова теперь кружиться, как будто передоз кислорода… Ладно, это перетерпится. К делу: понимаешь, что тебя теперь точно будет проверять менталист? У тебя же тут не склад, а лабиринт Минотавра! Или — парикмахерская Суини Тодда…
Я и не знал, что тут тоже знают про Суини Тодда. Чудны дела твои, Эру! Твердь — странный мир, он очень отличается от Земли, и слишком, пугающе похож на нее одновременно.
— Я постараюсь добиться аудиенции у Ксении Иоанновны, — рубанул сплеча я. — У меня для нее есть очень важная информация. И перед ней я готов открыться. Я уже отправил весточку на Кадьяк, Константину Голицыну, жду ответа. Так что я очень надеюсь — менталистом, который станет меня допрашивать, будет она. Но если и кто-то другой, в формате «да-нет» я готов отвечать хоть сейчас. А в мозгах своих просто так никому не дам, буду сопротивляться. Мне есть что скрывать, в конце концов — я глава клана и принц полесских галадрим! Мы присягали лично Государю и династии, и перед ними и только перед ними я готов держать ответ…
— Да-да-да… — кивнул он. — Это понятно. С высшей аристократией так и работают, в основном, задавая конкретные вопросы получая конкретные ответы. Если, конечно, не считать опальных. А ты хоть и ссыльный, но Государева пристального неодобрительного внимания удостоен не был… Пока хватит и твоих показаний, а там уж пока еще нормальный менталист в наших краях окажется — может ты своей аудиенции и дождешься. Проведешь экскурсию по своим владениям? Я же должен сказать нашим сотрудникам, куда точно лезть не следует?
— Вот доедим — и пойдем…
Я не соврал Жестянникову: дрозды уже полетели к Голицыну с записочками. Я отправил сразу пятерых птичек, потому что надеяться на их благоразумие и ответственность не приходилось. Это ж дрозды! Птички певчие! Там сядет поорет, тут поклюет, здесь насрет и забудет нахрен, зачем вообще летел! В записочке был мой номер телефона, адрес этого самого склада и просьба связаться. И больше ничего. Мало ли — перехватят.
А так — ну один знакомый другому весточку шлет. Экстравагантным способом! Мы во время плавания на «Крузенштерне» нормально заобщались с Константином Андреевичем, орденоносным нашим поручиком и без пяти минут князем-консортом, так что мой ему привет странным не выглядел.
Мы с Жестянниковым походили туда-сюда по складу, я поразводил руками, рассказывая о великих перспективах магической ботаники и селекции, сообщил о своих планах поработать на муниципалитет. Такая идея пришлась сыскарю по душе:
— Кое-что в городе давно пора почистить. И абрикосы с вишнями посадить — это было бы здорово. Я наберу Сергею Николаевичу, мэру нашему… Ты не против?
— Я за. Пока в новую экспедицию не свалил — от заработка не откажусь!
— Ну давай, не зверствуй тут. Если есть хоть малейший вариант избежать смертоубийства — вяжи шлангом или еще как-то фиксируй супостатов, нашим звони, будет приезжать, паковать и разбираться. А то превратишься в настоящего душегуба, привыкнешь к смертям легко относиться — и оглянуться не успеешь, как мы за тобой придем. А поскольку ты маг не из последних, то может и не мы, а Ученая Стража… — погрозил пальцем на прощание сыскарь. — Ты мне симпатичен как личность, Стах Темнорецкий. Я бы не хотел, чтобы ты превратился в второсортного негодяя и кровожадную сволочь.
— И я бы не хотел, — кивнул я. — Я запомнил твои слова, и воспринял их серьезно, Илья Жестянников.
Мы расстались в целом довольные друг другом.
А потом я пошел подкармливать «дьявольские дубинки», потому как пора было уже им начинать выполнять свои обязанности… Вот огрела бы какая-нибудь из них стольника, он бы завопил, я бы проснулся — и все бы пошло по-другому. Не знаю, лучше или хуже — но по-другому. Они-то не такие воспитанные, как шланг…
В целом, эту ночь я пережил на тоненького. Мог бы и сдохнуть — несколько раз подряд. Но — выжил, чувствую себя прекрасно, а на Пха Васаповиче уже зреют плоды, внутри которых поспевают в ускоренном порядке семена…
Пока я занимался «дубинками» — много думал. В первую очередь, о странной политике, которую проводят в сервитутах, а может и по всему Государству Российскому, правящая династия Грозных. Все это напоминало что-то вроде управляемого хаоса. Убил один полесский принц андского гнома — ну и ладно. Прикармливает Резанов себе ручных эльфов — да и Мелькор с ним. Хотел какой-то ученый-антроплог и этик прикончить мага жизни в трущбах Ситки — бывает, что уж там. Пустяки, дело житейское!
Мол, дерьмо может бурлить под крышкой, главное, чтобы оно не попадало на вентилятор… Интересная логика, с чем она связана — мне разбираться не очень хотелось. Ключевым для меня моментом был главный факт: я внутри этой логики находил свой путь, и пока что не оступился, действуя интуитивно. И моя интуиция мне подсказывала: нужно валить из Ситки в лес!
У меня там вообще братец-медвежонок один-одинешенек, жует невкусных тлинкитов, небось, на безсгущеночной диете! Совсем там похудел, наверное, маленький бедненький Унангамчик… Пора, пора двигать в дикие условия! А для этого нужно решить вопрос с семенами окончательно, приготовить себе снадобье против хтонических миазмов и прочих вредных воздействий, и решить вопрос с базой для танацотинов.
Настроившись таким образом, я схватил смартфон и быстро нашел в Сети номер телефона приемной начальника коммунального отдела муниципалитета Ситки. Адам Витальевич Поливач, так его звали. Секретарша, едва услышав что звонит полный маг жизни по вопросу работы с зелеными насаждениями тут же сменила тон с колючего на елейный и сказал:
— Сейчас-сейчас, я вас соединю!
— Да-да! — бодрым голосом приветствовал меня Адам Витальевич. — Как я к вам могу обращаться?
— Стах Темнорецкий меня зовут, — представился я. — Слыхал, что у вас проблема с заросшими сорной растительностью. пустырями? Я могу ее решить за умеренную плату, поскольку имею честь являться полным магом жизни… Еще предлагаю засадить пару аллей вишнями, абрикосами там, сливами… Гарантирую стопроцентую приживаемость. Работаю за деньги.
— О! Я немедленно свяжусь с мэром, оставьте свой номер телефона, мы точно будем с вами сотрудничать! Просто уточню по финансам, каким бюджетом мы располагаем.