Mybrary.info
mybrary.info » Книги » Фантастика и фэнтези » Городское фэнтези » Ночной аукцион. Дилогия (СИ) - Володин Григорий Григорьевич (серия книг txt, fb2) 📗

Ночной аукцион. Дилогия (СИ) - Володин Григорий Григорьевич (серия книг txt, fb2) 📗

Тут можно читать бесплатно Ночной аукцион. Дилогия (СИ) - Володин Григорий Григорьевич (серия книг txt, fb2) 📗. Жанр: Городское фэнтези. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте mybrary.info (MYBRARY) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Перейти на страницу:

Передача состоялась. Провёл: Беляев. +420 очков.

Зал зашумел, на галерее кто‑то присвистнул, Лузгин, только что ворчавший, что на кульманах нынче не чертят, так и замер с открытым ртом, а Ощепков беззвучно считал одними губами. Весь зал читал на плашке над помостом двести восемьдесят, а строка вышла куда больше. А мне хотелось расхохотаться в голос. Санки дали двадцать, паяльник тридцать три, а тут четыреста двадцать очков с одного удара! Вот ради таких минут я за кафедру и встаю.

Лариса в первом ряду достала свой бланк и записала столбиком. Магазин за работу берёт двадцать процентов, с кульмана – пятьдесят шесть тысяч, с санок – шесть, всего шестьдесят две за ночь. До январской аренды ей не хватало девятисот рублей, их закрыли ещё санки. Остальное легло на февраль.

Гончарный круг я тоже вёл по поручению, за гончара с Калинина, которому не хватало на печь для обжига. Плашка повисла над помостом:

Что делает: что слеплено на этом круге, то в обжиге не треснет.

Зарок: двух одинаковых не лепить.

Вторая цена: 190 очков.

Ощепков начал с нижней, со ста девяноста тысяч, по тысяче за очко.

– Двести, – подняла руку учительница из детского кружка лепки, а другую ладонь положила на круг.

– Двести шестьдесят, – тут же перебил хозяин сувенирной мастерской, сверившись с каталогом.

Спрашивать его я не стал. Он ответил сам, как у нас теперь заведено:

– К весне – сто горшков на ярмарку. Мастерская у меня серийная, лепим по одному образцу.

И поднял глаза на плашку над помостом, на строку зарока. В каталоге я печатал только то, что вещь умеет, а здесь зарок висел у всех на виду.

– Тогда без меня. – Сувенирщик опустил руку.

Никто ему не возразил. Учительница так и держала ладонь на круге, и над ней висело «345», весь Именной курс.

– Для кружка. – Она повернула круг на пол‑оборота. – Родители скинулись. Каждый лепит своё.

Я ударил на двухстах.

Передача состоялась. Провёл: Беляев. +345 очков.

Гладких строку прочёл и задержал взгляд на сувенирщике. Ставку тот снял сам, без единого моего слова, и это Гладких тоже видел.

Мастерок сына печника я вёл по поручению и лист прочёл за хозяина.

Мастерок печника.

Что делает: кладка, сведённая им, тянет без дыма с первой топки.

Зарок: класть им только там, где сам переночевал бы.

Купил его за пятьдесят пять тысяч молодой печник из частного сектора. Руки у него были обветренные, а ватник и под Новый год пах сажей.

– Печи кладу. Третью зиму, – объяснил он.

Передача состоялась. Провёл: Беляев. +15 очков.

Сито пекарша с Сортировки вела сама. Лист она читала по бумажке, смятой в кулаке, и в складках её варежки белела мука:

Сито хлебное.

Что делает: хлеб из муки, просеянной на нём, три дня не черствеет.

Ставила на сито только её гостья, молодая с прежней смены, и дала двенадцать тысяч. Я ударил, и старшая, отдавая ей сито, сказала:

– Первый хлеб – соседям.

Молодая кивнула и спрятала сито под пальто.

Грибок для штопки был мой собственный и спал на полке лотов с двадцатого декабря, а плашку его видел я один:

Что делает: что заштопано на нём, на том месте больше не прохудится.

Зарок: за штопку денег не брать.

Лишних обещаний за спящую вещь я не даю и залу прочёл только то, что на плашке.

Грибок для штопки. Спит.

Что умеет – по плашке, в деле не проверено.

Нижняя – 3 000 рублей.

Евдокия Никитична подняла руку, взяла грибок в ладонь и повернула к лампе трещиной на шляпке, проверяя, крепко ли держит.

– Мой раскололся, – объяснила она.

Других рук не поднялось, грибок шёл по нижней, за три тысячи.

Я ударил. Строки над помостом не появилось, и никто о ней не спросил. Спящим строк не пишут. Ветров на пороге кивнул Евдокии Никитичне, один раз.

Дверь из магазина открылась около десяти минут второго. Кирилл вошёл со снегом в волосах и на плечах, с докторской сумкой в руке. Я вопросительно поднял брови.

– Охрана задержала, – ответил Кирилл.

Сумку я взял у него и открывать не спешил. Пусть сначала зал вспомнит, что читал про неё на остановке, а потом уже смотрит.

– Опись этой вещи писал я, – напомнил я залу. – На афише «Ладьи» она слово в слово, с остановки её весь район прочёл, пересказывать не стану. Скажу, чего в описи нет. Ручка у сумки вытерта до картона, замок тугой, открывается со щелчком, а трубки внутри перебинтованы в трёх местах, и на одном шве бинт уже пожелтел, на другом ещё белый, хотя клеила их одна женская рука, только в разные годы.

Я повернул сумку ручкой к лавкам, и картон из‑под кожи увидели все, кто сидел поближе. Замок поддался туго и щёлкнул. Плашка над сумкой разгорелась, и строку зарока Ощепков прочёл вслух, медленно.

Зарок: что услышал – скажи ему самому. Утаишь – станет простой трубкой.

Зал выдохнул разом. Ощепков поднялся с каталогом в руке, подошёл к табурету, сверил опись глазами, слово за словом, а затем нагнулся к трубкам и пересчитал швы. Выпрямился и кивнул.

– Та, – подтвердил я. – Опись моя и оценка моя. Нижняя – сорок пять тысяч, оценка – триста, подписываюсь под обеими и сейчас.

– Ну, Беляев! – громыхнул Мухин.

Свежая бирка «Ладьи» болталась на ручке: «Лот 1 · 2 января». Я снял её и протянул Кириллу:

– Ваша.

Кирилл убрал бирку в карман. Уши у него с мороза горели малиновым.

– Лот первый! От Брусницыной… – объявила Валентина Петровна во весь голос, как положено, и потянулась было к листу.

– Я сама, – коротко остановила её Аглая и тут же добавила: – Спасибо, Валентина Петровна.

Аглая повернулась к фельдшеру у стены:

– Здравствуйте.

Лист она прочла наизусть, без бумаги:

Фонендоскоп в жёсткой сумке, замок латунный. Головка стёрта под большим пальцем, трубки переклеены.

Что делает: кто слушает им, слышит, где у человека болит.

– Чей был? – спросил старик с задней лавки.

– Участкового врача. Всю жизнь на Уралмаше, – ответила Аглая.

– Сорок пять, – начал Ощепков.

– Триста, – тихо сказал Лагутин, собиратель в замшевом жилете, глядя куда‑то мимо кафедры.

Зал загудел. Фельдшер поднялась, не выпуская конверта.

– Сорок восемь, – объявила она. – Свои и что смена дала. Больше нет.

– Слово покупателю, – напомнил я. – Обоим.

Спрашивала Аглая сама, лот был её.

– Куда вы его? – повернулась она к Лагутину.

– В шкаф, к остальным, – ответил Лагутин. – Пусть будет цел.

– А слушать им кто будет? – спросила Аглая.

– Никто, – признал он.

– А у вас? – повернулась Аглая к фельдшеру.

– На подстанцию. Кто в смене, тот и слушает, – ответила фельдшер.

– Сколько за сутки? – уточнила Аглая.

– Вчера двадцать шесть. – Фельдшер переложила конверт в другую руку. – Половина – старики. Где болит, не скажут.

– Я квартиры после стариков вывожу, прихожу всегда после вас. А вы им говорите? – спросила Аглая тише.

– Всем. Даже кто не хочет. – Фельдшер помолчала и поправилась: – Слушать буду я. Я старшая, трубка у меня.

Ксения в первом ряду на этих словах обернулась ко мне.

Аглая считала вслух, без запинки, как считает деньги у себя на складе:

– Сорок пять «Ладье» – вернула. Триста – у Лагутина. Сорок восемь – у скорой. Двести пятьдесят две теряю я.

Перейти на страницу:

Володин Григорий Григорьевич читать все книги автора по порядку

Володин Григорий Григорьевич - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки mybrary.info.


Ночной аукцион. Дилогия (СИ) отзывы

Отзывы читателей о книге Ночной аукцион. Дилогия (СИ), автор: Володин Григорий Григорьевич. Читайте комментарии и мнения людей о произведении.


Уважаемые читатели и просто посетители нашей библиотеки! Просим Вас придерживаться определенных правил при комментировании литературных произведений.

  • 1. Просьба отказаться от дискриминационных высказываний. Мы защищаем право наших читателей свободно выражать свою точку зрения. Вместе с тем мы не терпим агрессии. На сайте запрещено оставлять комментарий, который содержит унизительные высказывания или призывы к насилию по отношению к отдельным лицам или группам людей на основании их расы, этнического происхождения, вероисповедания, недееспособности, пола, возраста, статуса ветерана, касты или сексуальной ориентации.
  • 2. Просьба отказаться от оскорблений, угроз и запугиваний.
  • 3. Просьба отказаться от нецензурной лексики.
  • 4. Просьба вести себя максимально корректно как по отношению к авторам, так и по отношению к другим читателям и их комментариям.

Надеемся на Ваше понимание и благоразумие. С уважением, администратор mybrary.info.


Прокомментировать
Подтвердите что вы не робот:*