На эту и на ту набью тебе тату (СИ) - Алмазов Игорь (читать книги онлайн полные версии .txt, .fb2) 📗
— Марат, — спокойно сказал я. — Я ценю предложение. Но мне удобнее работать самостоятельно. У меня своя мастерская, свои клиенты, свой график. Объединение потребует компромиссов, к которым я не готов. Я поэтому и отказался работать на Дорохова. Хочу быть сам себе хозяин.
— Ну как знаешь, — ответил он, изо всех сил постарался выглядеть равнодушным. — Я просто предложил.
— А я просто отказался, — ровным тоном ответил я.
Он пожал плечами, мол, и ладно. Встал и прошёл к двери.
— Кстати, — как бы между прочим бросил он. — Слышал, что у тебя суд скоро? Будешь пытаться вернуть себе мастерскую?
Этой фразой он подтвердил моё предположение. Он действительно продолжал общаться с Дороховым.
— Я не буду пытаться, я её верну, — ровно ответил я. — Спасибо за заботу.
Марат хмыкнул и вышел. Дверь за ним закрылась, и в мастерской снова стало тихо.
Я задумчиво посмотрел на закрытую дверь. Марат был кем угодно, но точно не другом.
Вечером я вернулся домой и первым делом занялся ужином. Открыл холодильник, оценил запасы своих продуктов. Помидоры, перец, лук, яйца. Негусто, надо бы завтра снова сходить в магазин. А сегодня продуктов хватит для приготовления омлета.
Я посмотрел рецепт в интернете. Нарезал помидоры кубиками. Перец очистил от семян и тоже нарезал, чуть крупнее помидоров. Лук нарезал тонкими полукольцами, чтобы он быстрее дошёл до готовности.
Поставил сковороду на плиту, налил на неё масла. Отправил лук, затем перец и помидоры. Добавил соль и перец.
Пока овощи тушились, я разбил в миску четыре яйца, добавил щепотку соли и немного молока. Взбил вилкой до однородности.
Залил яичной смесью овощи на сковороде, убавил огонь до минимума и накрыл крышкой. Через пять минут омлет поднялся. Я выключил плиту и дал ему постоять ещё минуту под крышкой.
Переложил на тарелку. Получилось на удивление красиво. И вкусно, что самое главное. Кулинарные навыки в этом мире я осваивал медленно, но верно.
После ужина я вымыл посуду, заварил чай и сел за стол с конспектами матери.
Сегодня настала очередь физиологии. Анатомия и физиология были объединены в один экзамен. Сегодня моей темой была дыхательная система.
Я открыл тетрадь матери Артёма на нужной странице. Итак, начну с газообмена.
Тут всё просто, при дыхании кислород поступает в лёгкие при вдохе, и проходит через стенки альвеол в кровь. Далее он связывается с гемоглобином эритроцитов и разносится по всему организму. Углекислый газ проделывает обратный путь, из тканей в кровь, из крови в альвеолы, из альвеол наружу при выдохе.
Теперь регуляция дыхания. Дыхательный центр, отвечающий за регулирование дыхания, располагается в продолговатом мозге. Регулирование дыхания зависит от концентрации углекислого газа в крови. Когда уровень углекислого газа повышается, то дыхание человека учащается. И наоборот. Механизм обратной связи.
Я делал пометки на полях карандашом, записывая то, что казалось особенно важным. Прочитал про парциальное давление газов, диффузию через альвеолярно-капиллярную мембранусурфактант.
Верещагин всегда учил меня, что знание анатомии помогает правильно нарисовать тело. Но без знаний физиологии, как оказалось, нет понимания, как это тело работает.
Я просидел с конспектами несколько часов, а затем отправился спать.
Утром я встал в шесть, как обычно. Сделал зарядку, принял душ, позавтракал гречневой кашей. Потом оделся, собрался, и отправился к Владу.
До улицы Рабочей я добирался на автобусе, а потом пешком. Окраина Саратова выглядела совсем иначе, чем центр. Частные дома за деревянными и металлическими заборами, огороды, собаки за калитками. Тихо, спокойно, как в какой-нибудь деревне.
Нашёл нужный дом, постучал в дверь. Вскоре послышались шаги.
На пороге стоял высокий широкоплечий мужчина лет сорока пяти. Голова его была обрита наголо, на шее и руках виднелись старые татуировки, выцветшие от времени. Я сразу обратил внимание на цепкие и внимательные голубые глаза. Такие глаза бывают у людей, которые привыкли замечать детали.
Как я вспомнил, он начинал свою деятельность, когда татуировка в России вообще не была распространена как искусство. Когда это было делом подпольным, полулегальным, связанным с определённым кругом людей. Потом, когда времена изменились, Влад стал одним из первых, кто превратил это в настоящее ремесло. Брал учеников, но очень избирательно. Сам бил уже редко, только для особых клиентов.
— Краснов, — кивнул он. — Заходи, проходи на кухню.
В прихожей на стенах висело множество фотографий. На одной из фотографий я увидел молодого Влада, лет двадцати пяти, с длинными волосами и в кожаной куртке, рядом с каким-то мужчиной в бандане. На других — фотографии татуировок.
Мы прошли на кухню, я сел за стол. Влад принялся готовить кофе. Затем разлил его по двум кружкам, одну поставил мне.
— А ты изменился, — прервал он молчание. — Раньше хлюпиком был, посмотреть тошно, а теперь… Что-то в тебе есть. Не пойму что, но есть.
Я пожал плечами. Уже привык оставлять такие замечания без ответа, так люди скорее переключались на другие темы.
— О чём поговорить хотел? — перешёл к делу Влад.
— О Максиме Игоревиче Дорохове, — ответил я.
Коротко изложил ситуацию. Про визиты Дорохова, про его предложения перейти в его сеть, про отказы, про поддельные фотографии и жалобы, про опечатанную мастерскую, про суд. Влад слушал молча, не перебивая. Только кивал иногда.
— И вчера он сказал, что это личное, — закончил я. — И упомянул ваше имя.
Влад поставил кружку на стол. Помолчал, потом тяжело вздохнул.
— Знаешь, почему Дорохов на тебя взъелся? — спросил он. — Потому что я отказал ему в обучении.
Интересный поворот.
— Лет семь назад он пришёл ко мне, — продолжил Влад. — Молодой совсем. Хотел научиться делать татуировки. Ты же знаешь, я лучший мастер города, ко мне многие на обучение хотят попасть. Деньги предлагал хорошие, очень хорошие. Но я посмотрел на него и понял, коммерсант он, а не художник. Ему не татуировки нужны были, а бизнес, деньги, прибыль. Я таких за версту чую.
Он сделал паузу, покрутил кружку в руках.
— Я ему отказал, — сказал Влад. — Прямо и без объяснений. Просто сказал «нет». Он запомнил. А через месяц я взял себе ученика, тебя.
Понятно. Дорохов до сих пор злится, что ему отказали в обучении, а мне нет. Оказывается, вот в чём лежит первоначальная мотивация. А потом уже желание построить тату-империю, завоевать рынок. Доказать, что он может.
— Я думал, что и в тебе ошибся, — вдруг добавил Влад. — Потому что-то, что ты делал поначалу… Думал, зря потратил время. Но сейчас смотрю на тебя и вижу, что как будто бы нет. Как будто бы не ошибся.
— Вы не ошиблись, — спокойно ответил я.
— Да это время рассудит, — хмыкнул он. — Посоветовал тебя своему другу. Он всё ко мне хотел, но я и материалы все раздал, совсем от дел отошёл. А ты потом его подставил, вообще с радаров пропал.
Я сразу понял, что речь шла про Константина Знаева. Так вот как изначально этот человек попал к Артёму. А вот чем думал сам Артём — непонятно.
— Он искал меня через вас? — уточнил я.
— Скажем так, был сильно недоволен рекомендацией, — ответил Корнеев. — Но потом ты исправился, всё-таки взялся за него. И правильно, надо помочь исправить ему некоторые…ошибки молодости.
Видимо, речь идёт про того самого паука. Всё начало складываться в одну картину.
Я молча кивнул.
— Теперь слушай внимательно, — Влад наклонился вперёд. — Дорохов боится не суда. Суд для него — это просто расходы и трата времени. Он боится публичной огласки. Весь его бизнес держится на его же репутации. Клиенты идут к нему, потому что думают, что он лучший в своём деле. Если ты докажешь, что он заказал поддельные фото и жалобы, то его бизнесу конец. Клиенты перестанут к нему ходить, да и мастера уйдут. Всё, что он строил с таким трудом, развалится.
