Убийство в твердом переплете - Карлайл Кейт (читаемые книги читать онлайн бесплатно полные txt, fb2) 📗
– Что такое, Тыковка? – спросил Абрахам.
– Минка Ла Беф.
То, как он мгновенно нахмурился, было мне приятно.
– Удивлен, что она пришла сегодня, – сказал он.
Абрахам знает Минку Ла Беф?.. А, ну да, мир книжных реставраторов тесен. И да, у нее хватило наглости появиться в пределах двух кварталов от меня. Я молча кипела от злости. Из всех стерв на свете…
Много лет назад мы с Минкой вместе учились в аспирантуре Гарварда на факультете искусств и архитектуры. Я не очень хорошо ее знала, но всякий раз, когда наши пути пересекались, улавливала странный вайб гнева – или презрения – в мой адрес. Это сбивало с толку, и я старалась ее игнорировать.
Однажды, после того как профессор на занятиях по производству бумаги отметил мою превосходную отделку золотом, Минка подошла ко мне, чтобы посмотреть на мою работу, – по крайней мере, я так подумала. На самом деле она спрятала под одеждой острый нож для подрезки кожи – и попыталась пронзить мне руку. Едва не задела мне лучевую артерию, а также несколько жизненно важных нервов и мышц. Клялась, что это был несчастный случай, но я видела в ее бегающих глазах и расчет, и насмешку.
Позже я узнала, что в то время Минка была безумно влюблена в моего парня. Безумно в самом плохом смысле: она пыталась найти способ выжить меня из этих отношений. К счастью, вскоре после инцидента с ножом Минка бросила учебу, а я продолжила обучение в магистратуре.
Наши пути снова пересеклись в том семестре, когда я вела курс по подготовке книжного блока в Техасском университете в Остине. Минка приходила слушать мои лекции. Я была настолько напугана, что подумала, будто она все еще преследует меня. Можете считать меня чокнутой, но после того как я обнаружила два спущенных колеса у своей машины, а затем – дохлую кошку на крыльце, я пошла в администрацию и добилась, чтобы ее исключили из класса. Я серьезно опасалась за свою безопасность и даже представляла, как она пытается засунуть мою голову в книжный пресс или что-то в этом роде.
И вот Минка здесь, в Ковингтоне, цепляется за Иена… Знала ли она, что мы были помолвлены несколько лет назад? В принципе, это не тайна… Что за игру она ведет?
– Так ты ее знаешь, – сказала я тоном, не терпящим возражений.
– Не то чтобы хорошо, – признался Абрахам. – Минка работает на неполную ставку, поэтому я привлекал ее для некоторых реставрационных работ по Уинслоу. Она производила впечатление очаровательного и деятельного человека, но, как только приступила к работе, начались проблемы. Двое моих лучших сотрудников грозились уйти, поэтому я отстранил ее от проекта.
Я едва могла видеть, как Минка смеется и болтает, словно близкая подруга и Иена, и Бальдаккио. Из всех возможных мероприятий она выбрала именно сегодняшнее – открытие выставки Абрахама. Я невольно задалась вопросом: не из-за меня ли Минка здесь? Все в галерее знали, что Абрахам был моим наставником… Или я уже совсем параноик?
Мне очень хотелось бы продолжить разговор об особенностях Минки и узнать, как она вообще умудрилась устроиться в Ковингтон, но нас прервала Дорис, подруга Абрахама.
– Ну, и чего ты тут орешь, старик? – спросила она, схватив его за руку и как следует встряхнув.
Я чуть не фыркнула от смеха.
– Дорис Бондюрант, – официальным тоном произнес Абрахам. – Я хотел бы представить вам мою бывшую ассистентку, а теперь мою самую главную конкурентку, Бруклин Уэнрайт. Бруклин, это моя старая подруга Дорис Бондюрант.
– Это ты кого назвал старой, нахал! – возмутилась она и толкнула его в живот локтем. Затем повернулась ко мне и пожала руку. – Здравствуй, милочка.
– Я так рада познакомиться с вами! – сказала я.
Помимо того, что Дорис и Теодор Бондюранты были попечителями библиотеки Ковингтона, они входили в советы директоров как минимум шести благотворительных организаций Сан-Франциско, так что их имена были синонимами искусства и высшего общества. Их состояние, вероятно, составляет несколько миллиардов долларов, так что Дорис вполне могла позволить себе быть дерзкой. Ее рука была узловатой и покрытой пигментными пятнами, но рукопожатие было таким крепким, что я была готова просить пощады.
– Я слышала много хорошего о тебе от этого парня, малышка, – сказала она, указывая пальцем на Абрахама. – Буду рада однажды увидеть здесь твои работы.
Голос выдавал в ней курильщицу с многолетним стажем.
– Спасибо за добрые слова, миссис Бондюрант.
Она погрозила мне пальцем.
– Во-первых, я вовсе не добра. А во-вторых, зови меня Дорис.
– Хорошо, Дорис, – улыбнулась я.
– Так-то лучше. – Она подмигнула. – Вообще говоря, люди в основном считают меня сволочью, но я просто люблю книги.
– Я тоже.
– Очень рада это слышать, – сказала Дорис. – А теперь, раз этот жучара утверждает, что ты разбираешься в переплетном деле, я готова сделать тебе пару интересных предложений.
Я послала Абрахаму взгляд, полный благодарности, и он вздернул брови в ответ.
– Почту за честь, – сказала я.
– У тебя есть визитка?
– Да, конечно. – Я порылась в сумке, нашла визитки и протянула одну Дорис. Та несколько секунд разглядывала ее, прежде чем кивнуть.
– Я позвоню, – сказала она и сунула визитку в свою сумочку. Затем оглядела зал и похлопала Абрахама по бочкообразной груди. – Так, сейчас я хочу найти Тедди и заглянуть в бар, пока там не стало слишком людно, но потом мне нужна та экскурсия по закулисью, которую ты мне обещал!
– Слушаюсь, мэм, – усмехнулся Абрахам.
Дорис подмигнула мне, шлепнула его по руке и, сделав прощальный жест, ушла.
– Она супер! – сказала я, поворачиваясь к Абрахаму.
– Дорис в своем репертуаре… – Он взглянул на часы и выругался себе под нос. – Мне пора бежать. Нужно кое-что сделать.
– Конечно, не буду тебя задерживать.
– Слушай, может, спустишься ко мне в мастерскую через часик-другой, как со всеми наболтаешься? Покажу тебе «Фауста». – Он наклонился ближе ко мне и вздернул брови. – Только не говори, что не умираешь от желания увидеть его.
– Еще как умираю, – усмехнулась я.
– Поверь мне, это грандиозно!
– Верю, Абрахам. Верю.
– Ты ж моя хорошая девочка! – Он в очередной раз приобнял меня.
Я еле сдерживала слезы. Впервые Абрахам сказал так, когда мне было восемь лет и я была абсолютно несчастна. Мои тупые братья использовали мою любимую книгу «Таинственный сад» как футбольный мяч, и я нашла ее валяющейся в грязи. Обложка висела буквально на нитках, половина страниц превратилась в труху. Мама предложила обратиться к переплетчику нашей коммуны, чтобы он спас книгу.
Абрахам, едва взглянув на нее, потребовал моих братьев в студию и пообещал им все возможные леденящие душу кары, если они еще хоть раз испортят хоть одну книгу. Напугав их до смерти, он провел братьям короткий урок по книжному искусству и истории – версию для детей, конечно. А затем объяснил, что значит семья и почему они должны беречь и почитать свою сестру, уважая то, что для нее дорого.
В тот день я влюбилась в Абрахама.
Смахнув слезу, я сказала:
– Абрахам, я просто хочу, чтобы мы…
– Ни слова больше! – перебил он, положив руки мне на плечи. – Признаю, я был упертым старым дураком, но это послужило мне важным уроком.
– Уроком?
– Да. – Он кивнул. – Жизнь чертовски коротка, чтобы тратить время на сожаления или размышления о том, что могло бы быть. С этого момента я планирую жить исключительно в настоящем и наслаждаться каждой минутой.
У меня аж дыхание перехватило от этих его слов, но я все же прошептала:
– Я так скучала по тебе…
Абрахам снова обнял меня.
– Ах, Тыковка, твои слова – музыка для моих старых ушей! – Он отпустил меня, добавив: – Больше не будем порознь, договорились?
– Согласна.
– Вот и славно. Буду ждать тебя внизу через пару часиков.
– Я приду! – пообещала я.
Он пошел прочь – и растворился бы в толпе, если б не копна его волос. Она так и маячила впереди, пока Абрахам не проскользнул в дверь, ведущую в небольшую Западную галерею. И исчез.
