Пламя и пепел. Обещанные (СИ) - Хабарова Леока (читать книги онлайн полностью без регистрации .txt, .fb2) 📗
— Гар Зулум? — Йордранг вся как-то подобралась. — Ты сказал: «Гар Зулум»?
— Ну… да. — Рей с интересом глянул на шаманку. Догадка мелькнула молнией, но показалась слишком уж дикой. — А что?
— Он должен биться со мной по весне! — выпалила Йордранг, подтверждая безумную мысль. — Гар Зулум — мой наречённый. Мы бились в прошлом году, но Йордранг победила. А теперь… Теперь он в беде. Ветер поведал об этом Большой Матери… — Йордранг вцепилась в Рейнара. — Давно ты видел Гар Зулума? Где он? Что с ним? Он цел? Жив? Всё так же прекрасен?
— Гар Зулум идёт с отрядом Будгры. — Рей мягко расцепил стальную хватку. — Мы простились в канун полнолуния и с тех пор не видались. Но в последнюю встречу он был цел, жив и прекрасен, как залив.
— Какой… залив? — нахмурилась Йордранг.
— Морской. — Рей тяжело поднялся, но тут же скривился от боли. Покачнулся. Шемесовы ноги! Когда уже заживут до конца? Да и заживут ли?.. — Пойдём. Занимается буря, а до лощины ещё топать и топать.
Йордранг посмотрела с сомнением.
— Ты идти-то сможешь?
Рей хмыкнул.
— Предлагаешь меня понести?
— Йордранг сильная. — В подтверждение своих слов Йордранг выпрямилась во весь рост, расправила плечи и выпятила грудь.
Вид у шаманки был на редкость внушительный.
— Не сомневаюсь. — Рей сделал шаг и беззвучно выругался: кости крутило всё сильнее. — Но скорей небо упадёт на землю, чем я позволю тебе тащить меня.
Йордранг фыркнула.
Они двинулись вперёд — две тёмные фигуры в белёсом просторе, — а тучи над перевалом становились всё тяжелее и тяжелее.
Глава 32
Настоящее. Лагерь Драксуса в глубинах Унылых Равнин
Проститься им не дали. Ни перемолвиться словом, ни переброситься взглядами. Лавьен молча наблюдала, как вереница пленников покидает лагерь. Различила фигуры Будгры, Гар Зулума, Натрога и других боевых товарищей. Истерзанные, измученные, оголодавшие, ургламы шли, сгорбившись, и заметно пошатывались. Долго ли вернуть их обратно и заковать снова?
Сердце мучительно сжалось.
— Обещай, что ничего им не сделаешь! — выпалила Лави, ухватившись за прутья и вперившись взглядом в Невзрачного. — Дай мне слово. Клянись!
Мясник гадливо ухмыльнулся. Вытер ладони фартуком.
— Я не силён в клятвах, Пепельная. Моя стезя — сделки. Так что предлагаю договорённость. Падшие не станут преследовать ургламов, а ты… моя прекрасная бестия, не причинишь мне вреда. Никогда. Никакого. Идёт?
Лави посмотрела на него.
Морщинистая физиономия, злые бесцветные зенки, колючий цепкий взгляд, тщедушная сутулая фигура…
Кровожадный безумец с обвислой кожей на тощей шее.
Он всего лишь цепной пёс, не более. Её цель гораздо серьёзнее: она должна выманить и убить хозяина. Драксуса.
— Клянусь Ледой, — хрипло прошептала она.
Невзрачный вскинул бровь.
— Почему Ледой?
Лави мысленно обругала себя, но быстро нашлась с ответом.
— Я смешенка. Мой отец оттуда родом.
— Ну-у… — протянул Невзрачный. — Такая клятва не годится. Наполовину ты ишидари. А ишидари знают, кого призвать в свидетели своих слов.
Лави мгновенно поняла, о чём он толкует: гад знал куда больше, чем положено обычному мяснику! Проклятье…
— Ну же, — поторопил Невзрачный, заметив её замешательство. — Я жду.
Лавьен проводила взглядом последнего урглама и зажмурилась. Рыдания душили, но она приказала себе не плакать. И всё же одинокая слезинка сорвалась из-под ресниц и покатилась по щеке. Лави решительно стёрла её тыльной стороной ладони и крепче ухватилась за прутья.
— Хоатакхар!!! — выпалила она, и мощный порыв ледяного ветра ударил в лицо.
Сумрак откликнулся. Тучи образовали в небе чёрно-красную спираль. Заискрились молниями. Закружились сильнее, сильнее, сильнее. Пара котлов опрокинулась, один шатёр сорвало с места и унесло.
Некролиты переполошились. Выстроились у залитого кровью алтаря полукругом, готовые раскинуть щит.
Не понадобилось. Невзрачный знал, как унять бурю.
— Эатакхар! — рявкнул он, и воронка смерча растаяла, точно туман перед рассветом. Чернильная мгла сползла с бледно-серого неба, возвращая тундре скупой холодный свет.
Лави исподлобья зыркнула на Мясника.
— Доволен?
— Более чем, — ухмыльнулся тот. — Клятва, скреплённая Сумраком, для ишидари нерушима. — Он сузил глаза. — Говори второе условие, дева. Я выполню его, и займёмся твоим преображением. У меня столько потрясающих идей! Слыхала про зубастое лоно?
— Я хочу видеть Драксуса, — заявила Лави так твёрдо, как только могла.
— Великого лорда Драксуса? — Невзрачный вскинул брови. — Прямо вот его самого? Собственной персоной? Но это невозможно! Великий лорд слишком занят, чтобы…
Лави глянула волком.
— Слушай меня, ничтожная гнида, — выцедила она. — Или веди ко мне Драксуса, или ищи новую забаву для опытов. Я остановлю себе сердце быстрее, чем ты моргнёшь, и от силы, которую ты так жаждешь, останется один пшик. И никакого тебе зубастого лона!
Невзрачный тяжело вздохнул, понурился и покачал головой.
— Что ж… — проговорил сокрушённо. — Раз дело принимает такой оборот, придётся подчиниться. Так и быть, уговорила. Устрою тебе встречу с Драксусом.
В глубинах души поднялась волна мрачного ликования, и Лави вскинула голову.
— Когда?
— Да хоть сейчас. — Невзрачный щёлкнул узловатыми пальцами, и двое нерколитов поспешили к нему.
Они поднесли тяжёлую длиннополую робу, расшитую золотыми нитями. Невзрачный расправил плечи, став на две головы выше, и позволил облачить себя в одеяние. Натянул капюшон. Один из падших подал ему посох.
— Ну, здравствуй, Бьёрг, Пепельная дева, — сказал Мясник изменившимся голосом. — Я сдержал свои обещания. Теперь твой черёд.
Лави охнула. Отшатнулась. Ноги её подкосились, и она мешком повалилась на прогорклую солому.
Прошлое. Инария. Глубины дворцового парка
«Быть незаметной — великая сила, — наставляла бабуля Ширайни. — И неважно, кто ты — ишидари, человек или урглам. Каждый сливается с тенью по-своему».
Лави не умела становиться невидимой, как урождённые ишидари, поэтому училась маскироваться. В сочетании с заклинанием отвода глаз выходило неплохо.
Она укрылась в кустах в глубине парка и наблюдала.
Причитая, пробежала куда-то пухлая нянюшка. Явно чем-то озабоченная, она не обратила на Лави никакого внимания. Через пару часов по аллее прошагал псарь с гончими. Одна из собак заинтересовалась ушастым кустом, принюхалась, гавкнула, но псарь призывно свистнул, и Лави снова осталась незамеченной.
Здорово! Если получится продержаться до восхода луны, можно смело хвастать, что она сливается с тенями не хуже ишидари!
Ширайни Луум будет довольна успехами. Возможно, даже похвалит.
Когда на густые кроны опустились мягкие летние сумерки, Лави собралась вылезать. Но услышала смех и снова затаилась.
— Что? Нецелованная?
— Не-а!
— Ну так я научу!
Принц-гадёныш — долговязый, прыщавый, но уже не такой тощий, как год назад, — прижал к стволу хохочущую девушку.
Пышную, белокожую, румяную, как булочка, с копной буйных рыжих кудрей.
«Красивая… — подумала Лави. — Не то что я — мослы да кости…»
— Ах, мой принц! — мурлыкала хохотушка, а гадёныш тискал её телеса так и эдак. — Ну, право! Матушка заругает!
— Мы ей не скажем. — Гадёныш впился в её губы. — Скажи, любишь меня? — шептал между поцелуями. — Любишь?
— Да!
— Сильно? — Рейнар задрал ей юбки. Скользнул рукой по молочно-белому бедру.
— Больше жизни, мой принц! О-о! А-ах!
Он вдруг отстранился.
— Слышала? — спросил напряжённым шёпотом.
— Что?
— Там… кто-то есть.
— Где?
— В кустах.
Лави беззвучно выругалась. Да как он вообще ухитрился заметить её? Она ведь даже не дышала!
