Мой бывший истинный дракон (СИ) - Мауль Александра (список книг .TXT, .FB2) 📗

— Что ты со мной сделал? Как получилось, что во мне оказалась твоя сила, когда она должна быть заперта в кинжале?

Изольдер хмыкает и разворачивается ко мне. Ещё раз отмечаю про себя, что мне совсем не нравится то, как он на меня смотрит.

— Так получилось, что когда ты коснулась кинжала, моя сила наполнила тебя. Оставалось только дождаться нашей встречи. И ты меня не разочаровала — хотелось бы больше подробностей, но он ничего не говорит, а медленно проходит вперёд и становится напротив меня. Отстраняюсь, когда он протягивает руку, чтобы коснуться — Такая сильная, красивая и смелая..

— Не надо меня трогать, — произношу отдельно каждое слово. Изольдер меня пугает — Я бы хотела увидеть сына.

— И Рейна, я так полагаю. — добавляет он и кривится, будто ему неприятно, что я волнуюсь о своём истинном. Ничего ему не отвечаю, и он продолжает:

— Рейна больше нет, и если он всё же выжил после своих ранений, то если появится здесь, будет повержен, как и все драконы, что сейчас у власти. Ни один из тех, кто связан родством с Эльварионом, не останется в живых, мне очень жаль, что твой истинный один из них. Хотя… нет, не жаль.

— И что ты собираешься делать? Просто уничтожишь всех драконов?

— Ну почему же, те, кто примет меня, останутся жить. Я ненавижу только Эльвариона, но ещё больше Дариуса. — тяжело вздыхает он — С моим возвращением всё изменится Велисандра. — произносит он — Тебе понравится наш новый мир.

Вздрагиваю, и неприятные мурашки пробегают по позвоночнику, когда он произносит «наш».

— Я чувствую твои противоречивые эмоции. Но здесь ты в безопасности, рядом со мной, — произносит он и всё же касается тёплыми пальцами моей щеки. Голос его меняется и становится тёплым и нежным, а в его глазах восхищение. Я чувствую укол боли и отстраняюсь

— Я не она, — говорю я и громко глотаю.

— Я понимаю. Но честно сказать, мне всё равно. То, что я чувствую рядом с тобой, так напоминает мне о том времени, что я сделаю всё, что угодно, лишь снова ощутить эти эмоции. Моя Милария..

— Ты был влюблён в истинную короля Эльвариона? — спрашиваю я и Изольдер прищуривается. Его эмоции меняются, а черты лица заостряются.

— Милария была моей, — отвечает он — Она была моей возлюбленной, а Эльварион казался мне другом, да, я служил ему и был его верным магом, но считал его другом. Он пообещал дать разрешение на моё соединение с женщиной, которую я люблю. Но стоило мне привести её во дворец, он забыл и об обещании и о том, что мы друзья, когда узнал в ней свою истинную.

— Мне очень жаль, — хрипло произношу я, после длительного молчания. Судя по всему, Изольдер не собирается посвящать меня в подробности. — Её больше нет, и я не буду её заменой. — твёрдо произношу.

— Ты не будешь её заменой. — кивает Изольдер — Ты будешь самой собой Велисандра. Моей королевой. А твой дракон вырастит под моей защитой и станет достойным драконом, единственным из своего рода. Сильнейшим потомком Великого Дрогана. Я буду воспитывать его как своего сына, а ты со временем подаришь мне и других детей. Наполненных силой, как и ты сама.

Отшатываюсь от него после его слов, но он ловит меня за руку и притягивает к себе.

Ты ничего не знаешь

— Чего ты так испугалась? — спрашивает он и заглядывает в глаза, выглядит словно одержимый. — Я же сказал, что тебе понравится наш новый мир.

— Что это будет за новый мир и что будет со мной, когда моего истинного не станет? — спрашиваю я и упираюсь руками ему в грудь отталкивая. От Изольдера пахнет лавандой и виноградом, а ещё чем-то пряным и от этого запаха начинает кружиться голова, я боюсь, что он использует на мне магию. — Мне будет трудно пережить его потерю.

Изольдер вдруг прищуривается, глядя на меня, а затем делает шаг назад.

— Хочешь сказать, что истинная связь как-то влияет на вас? — с недоверием спрашивает он и я киваю. Я чувствую боль, тело ломит, в груди давит, и сердце сжимается оттого, что я до сих пор не знаю, что с моим истинным. — Значит, и дракон почувствует боль от потери своей истинной? Тогда почему Эльварион не страдал от потери Миларии? — спрашивает он.

— Я ничего не знаю про Эльвариона. Но мы с Рейном… — замолкаю я, когда Изольдер сжимает губы в тонкую линию — Мы с Рейном любим друг друга, по крайней мере, наши чувства были сильными до того, как Риэлла что-то с ним сделала и я вижу, что его чувства не изменились. Между нами по-прежнему сильная связь и я не переживу её разрыв. Мне больно — прикладываю руку к груди.

— Эльвариону было наплевать на Миларию и в день, когда он узнал в ней свою истинную, он увидел только возможность получить внутренний огонь и ещё больше силы и власти и детей истинной связи. Он поселил её в гостевых покоях, даже не сделал её своей женой. Хотя она была самой лучшей женщиной. Она не заслужила такого к себе отношения. Меня поставили перед выбором: забыть о своих чувствах и верно служить Эльвариону или лишиться жизни. Я выбрал первое, но не для того, чтобы служить мерзкому дракону, а для того, чтобы быть рядом с любимой. Магией я защищал её, от его гнева в течение многих лет подавлял его агрессию. За это время Милария подарила ему трёх сыновей, но в живых остался лишь самый недостойный.

— Мне очень жаль, — произношу я и действительно это чувствую.

— Значит… если дракон влюблён в свою истинную, то и он почувствует боль от её потери? — снова спрашивает он, не обращая внимания на мои слова. Я замечаю странный блеск в его глазах.

Изольдер точно сумасшедший.

Сквозь открытое окно в комнату проникает ветер, я слышу крики на улице и какой-то шум. Обнимаю себя руками, потому что по телу пробегают неприятные мурашки и начинает бить мелкая дрожь, вот только я не думаю, что это от холода.

Лихорадочно пытаюсь придумать план, как мне спастись от ведьмака и спасти при этом не только сына, но и мою семью.

Как там Изольдер сказал? Наш мир изменится? Очень сомневаюсь, что жизнь станет лучше, если власть драконов-снобов сменит сумасшедший ведьмак.

— Я верну Дариусу его воспоминания, очищу его от приворота, покопаюсь в его воспоминаниях и вытащу тот день, когда он потерял свою истинную. — говорит Изольдер выдёргивая меня из потока мыслей — Мать Рейнальда, — поясняет он.

Моя мама говорила, что император влюбился в человеческую девушку так сильно, что сделал её своей и женился, а потом его интерес пропал, и он повстречал другую, сильную смелую драконицу и объявил её своей. Предатель дракон, так его прозвали на моих землях.

— Неужели у тебя не возникало мысли, что Дариус как и твой Рейн, попал под влияние сильного приворота? — посмеивается он — О, милая Велисандра, и этот приворот, моих рук дело. Я помог Реджиналии сделать так, чтобы ни один ведьмак не мог это понять. Дариус был так влюблен и одержим матерью Рейна, что пришлось очень постараться.

Округляю глаза и чувствую ещё больше боли в груди.

— Но мать Рейна погибла из-за этого..

— Хочешь услышать, что мне жаль, Велисандра? — спрашивает он — Но, мне не жаль. Я её не знал, но она наверняка была необычной, если смогла подарить жизнь такому сильному дракону вроде Рейнальда. Дариус виноват в том, как сложилась её судьба. С тех пор как я потерял Миларию, лишился части своих сил и отправился в заточение, я пытался вырваться и свершить свою месть. Все остальные лишь стали жертвами сложившихся обстоятельств. Мне пришлось слишком долго ждать, так что нет, мне не жаль. Да и боль моя заглушила во мне все остальные эмоции.

— Но разве Дариус виноват в том, что Милария оказалась истинной Эльвариона?

— Его вина велика в другом. — Изольдер шумно выдыхает и проводит рукой по волосам — Ты ничего не знаешь Велисандра, драконы, которых ты жалеешь недостойные. Великий Дроган, должно быть, в ужасе от того, к чему всё привело. Но он должен быть рад, что его род не прервётся. Айгон останется жив, хоть меня и оскорбляет его кровь и родство с Эльварионом и Дариусом.