Мама, я не хочу быть Злодеем (СИ) - Король Александра (книги онлайн полные версии .TXT, .FB2) 📗
— С чего бы ему сбегать? — не смогла не возразить я, поднимая голову.
Эйбрахам небрежно пожал плечом.
— Он же беспризорник, я прав? Вороватый взгляд, вечно настороженный. Такие, как он, привыкли к своей жизни. Тяжело переступить и забыть прошлое. — Он чуть понизил голос, и тот стал почти интимным: — Он ненавидит богатеев, Кэтрин. Это видно невооружённым глазом. И я не удивлюсь, если он решил, что самое время обчистить тебя и прихватить пару серебряных ложек из дома, пока может, и затеряться в столице.
— Ты не знаешь его! — вырвалось у меня с неожиданным раздражением. — Он не такой!
Эйбрахам вновь усмехнулся, и в его глазах блеснуло что -то, больше похожее на азарт.
— А ты знаешь?
Я замерла. Слова застряли в горле.
А действительно, знаю ли я Бена? Да, он был с нами больше месяца. Да, он защищал Кевина, заботился о нас, делил последний кусок. Но что я знаю о его прошлом? О его мыслях, желаниях, тайных планах? Только то, что он сам рассказал. А он умел быть закрытым, когда хотел.
Росток сомнения, брошенный Эйбрахамом, против воли пустил корни. А что, если ему действительно стало невыносимо находиться рядом с магами? Что, если он просто сбежал — от нас, от этой жизни, от всего, что напоминало ему о его унижениях?
Но мог бы хотя бы предупредить. Попрощаться. Сказать хоть слово.
— Я не верю, — прозвучало не так твёрдо, как хотелось бы. — Он не такой. Он не бросил бы нас.
— Не бросил бы? — Эйбрахам качнул головой и вдруг подался ближе. Так близко, что я ощутила тепло его тела, почувствовала дыхание на своей щеке. Мои личные границы рухнули в одно мгновение. — А ты уверена, Кэтрин? Насколько сильно ты хочешь его вернуть?
Сердце забилось часто-часто, где-то в горле. Я застыла, разрываясь между желанием вскочить и бежать и пониманием, что резкие движения сейчас могут всё испортить. Я боялась нагрубить ему — он был моим единственным шансом найти Бена. Но и отторжения не чувствовала, хоть и понимала, какая опасная для меня складывается ситуация.
Эйбрахам был истинным красавцем. Это я отметила ещё при первой встрече, когда он шёл к нам своей ленивой, уверенной походкой. Сейчас, вблизи, это стало почти невыносимо — эти глаза, этот запах, эта близость.
Он склонился к самому моему уху, и низкий, чуть хриплый голос прозвучал как соблазн:
— Я спрашиваю, Кэтрин. Насколько сильно?
Я не выдержала. Резко отпрянула, вжалась в спинку дивана, чувствуя, как горит лицо.
— Я… я просто хочу, чтобы он вернулся, — выдохнула я. — Он мне нужен. Кевину нужен.
Эйбрахам так же медленно отодвинулся, не сводя с меня взгляда. Холодные, почти синие в ночном полумраке глаза смотрели с таким выражением, что я не могла понять: предвкушение это, желание или что-то совсем иное.
Он молчал долго. Очень долго.
А потом вдруг улыбнулся — той самой полуулыбкой, к которой я уже успела привыкнуть.
— Ты интригуешь меня, Кэтрин, — сказал он просто. — Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы найти твоего Бена. Обещаю.
После поднялся, одёрнул рубашку, и я заметила, как его пальцы на мгновение задержались на пуговицах — но он не стал их застёгивать. Наоборот, кажется, расстегнул ещё одну.
Уже у двери обернулся.
— Завтра придёт учитель для Кевина, — бросил он уже деловым тоном. — Я договорился. А практиковаться… — он сделал паузу, и мне показалось, что в его глазах снова мелькнул тот странный, изучающий блеск, — я буду с ним сам.
Дверь закрылась.
Я выдохнула. Откинулась на диван, чувствуя, как дрожат руки. Сердце всё ещё колотилось где-то у горла.
Туман в мыслях постепенно рассеивался, я обретала самообладание, которое с лёгкостью улетучилось в его присутствии, и начала соображать.
И именно сейчас вспомнила, где же я его видела.
В газете.
В той, которую я листала ещё у Аркелла дома.
«Эйбрахам Киркланд — самый завидный жених сезона. Влияние, богатство и древний род делают его желанной партией для любой дебютантки…»
Вспомнились строки.
Возможно, девять лет назад такая же юная дебютантка Кэтрин и он познакомились на приёме. И… что-то произошло? Была ли у них лишь дружеская беседа или, возможно… возможно, и ей он вскружил голову? Тогда…
Нет. Я не буду сейчас об этом думать. Слишком… слишком невероятно.
Я всячески отмахивалась от просачивающейся мысли, но где-то глубоко всё же понимала: необходимо подойти к этому с холодной головой. И прежде чем делать выводы, основанные лишь на моей фантазии и смутном сходстве, нужно обзавестись доказательствами.
Я закрыла лицо руками. В голове образовалась пустота, как в вакууме.
Что теперь делать? Покинуть особняк? Остаться?
И где, чёрт возьми, Бен, когда он так нужен?
Глава 33
Я медленно мерила расстояние в коридоре: три шага в одну сторону, три — в обратную. Благо мягкие домашние туфли не издавали ни звука и не мешали моему мальчику внимательно слушать учителя.
Я замирала у дверного проема чаще, чем следовало, и профессор Фицфильям наверняка это замечал. Но он только улыбался в усы и продолжал урок, будто так и надо — чтобы мать ученика дежурила под дверью, как верный пёс.
На следующее утро после того самого вечера Эйбрахам за завтраком вёл себя так, словно ничего не произошло. Та же спокойная уверенность, тот же ровный взгляд, те же дежурные вопросы о наших планах. Ни намёка на близость, ни тени той опасной игры, что развернулась в гостиной.
Я решила не ударить в грязь лицом — ответила той же монетой.
Спишем на алкоголь. Настроение. На звёзды не так сошлись. На что угодно.
Всю неделю мы сталкивались только за утренней трапезой. Он, как истинный глава аристократического семейства, чинно расспрашивал о наших планах на день, коротко — я уверена, в его словах была лишь доля правды — обрисовывал свои и откланивался по «очень важным делам» до самого вечера.
Случившееся больше не повторялось. Да и я больше не оставалась по вечерам в гостиной, поджидая его, словно влюблённая дурочка. Хватит с меня этих игр.
Но ко всем его противоречиям — надуманным или нет — одно обещание он сдержал. Учитель пришёл на следующий же день и приступил к занятиям. Профессор Фицфильям оказался именно тем, кого мы искали: спокойный, знающий, с мягкими манерами и острым умом. Он не задавал лишних вопросов, не пытался залезть в душу, просто делал свою работу, и делал её блестяще.
А вот идёт ли поиск Бена — я не знала. Эйбрахам молчал, я не спрашивала. Гордость? Страх услышать «нет»? Или просто боязнь снова оказаться навязчивой просительницей?
Думается, каким бы он ни был человеком, но слово своё должен сдержать.
Ладно. Возможно, я снова думаю о людях лучше, чем они есть. Но сегодня… нет, завтра — обязательно спрошу. Хватит прятать голову в песок.
Размышляла я, вышагивая у слегка приоткрытой двери — уверена, профессор оставлял её приоткрытой специально для меня. Приглашённый учитель нам с сыном понравился сразу, но, видимо, сыграл прошлый опыт: я не могла с лёгким сердцем оставлять их вдвоём. Слишком свежа была рана, нанесённая Бродонсом.
Профессор Фицфильям — именно так он просил себя называть, ни за что не соглашаясь на «господина» или «магистра», — оказался чутким и очень внимательным. И, кажется, догадывался о моей тревоге. Во всяком случае, он потакал моей паранойе: я могла без стеснения подглядывать и подслушивать их уроки, и все делали вид, что так и надо. Кевин, увлечённый интересной подачей материала, не замечал ничего вокруг.
Честно признаться, за неделю и сама почерпнула немало.
Например, узнала об иерархии магов, ступенях восхождения, сложностях и разновидностях дара. Оказывается, магия — это не просто субстанция внутри. Это целая наука, со своей физикой, химией и даже биологией. Профессор объяснял так увлекательно, что я порой ловила себя на желании сесть за парту рядом с сыном.
Как я уже знала, дар Кевина был редким. Но не таким, как, скажем, у героини из той книги, в которую я угодила. Ну конечно, а как же иначе!
