Индийская философия (Том 1) - Радхакришнан Сарвепалли (книги бесплатно без онлайн .TXT) 📗
XI
Нет сомнения, что Нагарджуна представляет мир как нереальный, или {шунью}. Мы понимаем под реальным любую сущность, которая имеет свою собственную природу {(свабхаву)}, не порождается причинами {(акритака)} и не зависит от чего-либо другого {(паратра-нирапекша)}[78]. Все относительное или зависимое является нереальным, {шуньей (свабхава-шунья)}. Реальное - это независимое беспричинное бытие[79]. Мир опыта связан отношениями субъекта и объекта, субстанции и атрибута, действующего и действия, существования и несуществования, порождения, продолжительности и разрушения, единства и множественности, целого и части, зависимости и освобождения, отношениями времени, отношениями пространства; Нагарджуна рассматривает каждое из этих отношений и вскрывает их противоречия[80]. Если непротиворечивость служит критерием реальности, то мир опыта не реален. Мир не является ни чистым бытием, ни чистым небытием. Чистое бытие не есть существование или сообщение о мировом процессе; чистое небытие не представляет собой действительного понятия, так как в противном случае абсолютное ничто было бы сущностью и, следовательно, отрицание всякого существования стало бы существующим. Ничто не является вещью. Существование - это становление. Вещи мира находятся в процессе постоянного становления. Они всегда заменяют самих себя. Они не являются ни самостоятельно существующими, ни несуществующими, ибо они воспринимаются, вызывают действие и порождают следствия. В Лалитавистарае говорится: "Нет объекта существующего, как нет объекта и несуществующего. Познавший цепь условного существования проходит мимо их обоих"[81]. Нагарджуна начинает свой труд заявлением, что вещи не преходящи и не вечны, но порождаются и не разрушаются, не одинаковы и не различны, не появляются и не исчезают[82]. Нет реального порождения {(самутпада)}, существует только обусловленное {(пратитья)}, относительное, кажущееся порождение. Нет реального разрушения, существует только кажущееся разрушение {(пратитья-самуччхеда)}; так и с остальным. Все вещи вселенной представляют собой лишь обусловленное и относительное. "Шунья" - это термин, который Нагарджуна использует для обозначения обусловленного характера мира[83]. Если бы вещь была реальной и необусловленной, она должна была бы быть свободной от происхождения и разрушения[84]. В мире нет объектов, которые не были бы подвержены изменению, и поэтому мир - шунья.
Нагарджуна, как сторонник среднего пути, не отвергает мир как простую иллюзию. Он выступает против теории самостоятельного существования вещей, но никоим образом не отвергает обусловленного существования вещей. Чандракирти, комментируя произведение Нагарджуны, говорит: "Наш довод, что объекты не являются самостоятельно существующими, затрагивает вопрос реальности вселенной и предназначен для вас, принимающих учение о самостоятельном существовании объектов. Взгляд, согласно которому объекты не являются самостоятельно существующими, не затрагивает нашу теорию обусловленного существования объектов"[85].
Не может быть, чтобы Нагарджуна, рассматривая мир как нереальный, не верил ни в какую другую реальность. Если всякая мысль - фальсификация, то должно быть нечто реальное, что фальсифицируется. Если не будет истины, то исчезает всякий смысл ложности. Не существует относительного знания без абсолютного знания, которому первое имманентно присуще. Нет ничего эмпирического, которое не раскрывало бы трансцендентального. "О Субхути, все вещи имеют своим убежищем шуньяту, они не изменяют этому убежищу"[86]. Если вещи выступают как независимые, то это происходит благодаря майе[87]. "О Сарипутра, вещи, которые не существуют, называются авидья, когда они утверждаются как существующие"[88]. Если мы спутаем феноменальный мир с ноуменальной реальностью, то это будет примером авидьи. Но мы не можем понять трансцендентальную реальность помимо мира опыта; и мы не можем достигнуть нирваны иначе, как поняв первичную реальность[89].
Цель Мадхьямика-шастры заключается в том, чтобы учить о природе нирваны, которая состоит в уничтожении всего земного и означает блаженство[90].
Нирвана, которая является невосприятием вещей, представляет собой абсолютную истину[91]. В знаменитом труде Шатака[ 92] она отождествляется с шуньятой. И нирвана и шуньята характеризуются одним и тем же отрицательным образом. Нирвана - это ни существующее, ни несуществующее, она вне этих обоих понятий[93]. Шуньята - это истина или "татхата, которая не увеличивается и не уменьшается"[94]. В Аштасахасрикапраджняпарамите говорится, что шуньята должна быть глубокой (всеобъемлющей). "Слово "глубокая", о Субхути, является синонимом того, что не имеет причины, того, что находится вне созерцания, того, что находится вне понимания, того, что не порождается, того, что не родится из несуществования, смирения, сдерживания, угасания или конечного путешествия"[95]. Для Нагарджуны нирвана, Будда, шуньята - различные названия одной и той же реальности. Если нирвана истолковывается как прекращение земного существования, то она становится относительным понятием, чем-то, вызываемым причинами. Утверждение, что мир существует до нирваны и становится несуществующим после нее, является нелогической концепцией. Поэтому Нагарджуна настаивает на том, что нет реального различия между абсолютом и феноменом, нирваной и сансарой. Он говорит: "Рассматривая причины или условия, мы называем этот мир феноменальным. Но этот же самый мир, когда игнорируются причины и условия, называется абсолютом"[96]. Когда Нагарджуна описывает первичную реальность как не созданную, не подверженную разрушению, не вечную, не уходящую, он подразумевает, что реальное противостоит всем эмпирическим качествам. Он описывает шуньяту почти теми же словами, которыми упанишады характеризуют ниргуну Брахмана[97]. Она ни едина, ни множественна, ни существующая, ни несуществующая[98]. Шунья, первичная реальность, не может быть постигнута мыслью или описана словами[99].
Шантидэва говорит, что абсолютная реальность не находится в сфере деятельности интеллекта {(буддхи)}, ограниченного областью относительного. Мадхьямики отрицают возможность с помощью логически последовательного мышления установить окончательную истину. Ученые называют шуньятой уничтожение всех понятий; даже те, кто рассматривает это как шуньяту, говорят, что она неспособна к усовершенствованию[100]. "Какое описание может быть дано, или какое знание можно иметь об объекте, который нельзя описать с помощью слов? Даже это описание - что объект нельзя выразить словами - делается с помощью иллюзорного приписывания"[101]. При "иллюзорном приписывании" мы используем понятие наиболее близкое к изучаемому объекту, но сразу же отказываемся от него, ибо оно не соответствует содержанию объекта[102]. Познать шунью - значит познать все; если мы не знаем шунью, мы не знаем ничего[103]. Говорят, что единое, не поддающееся определению {(анирвачания)} бытие является реальностью всего реального {(дхарманам дхармата)}, существенной данностью {(иданта)}, потусторонностью {(татхата)}, потусторонностью всякого существования {(бхутатхата)}, самим чревом господа Будды {(татхагатагарбха)}. Объяснить метафизику Нагарджуны и его требование преданности богу {(бхакти)} очень трудно, если мы не признаем абсолютистского смысла его доктрины шуньи[104].
XII
Большая часть путаницы вызвана двусмысленностью слова "шунья". Его относят к миру опыта, так же как и к первичной реальности. Мир опыта, созданный из отношений, построенных интеллектом, непонятен. Нагарджуна последовательно отрицает наличие у него какого-либо тезиса, который он сам мог бы защищать, так как любое интеллектуальное доказательство подвержено той же слабости. Если интеллект не способен объяснить опыт, ибо он обнаруживает в нем безнадежные противоречия, то не следует ожидать, что его действия в отношении первичной реальности окажутся более успешными. Первое также непостижимо, как и второе, и Нагарджуна применяет один и тот же термин "шунья" к обоим. Истина - это молчание, которое не является ни утверждением, ни отрицанием. В различных смыслах, как мир опыта, так и первичная реальность не могут быть описаны как существующие или несуществующие. Если мы примем первичную реальность за истинное бытие, то мир не будет таковым; если мы примем бытие мира за истинное бытие, то первичная реальность не будет таковой. Оба они являются шуньей, хотя и в различных смыслах.