Не та сторона любви (СИ) - Костадинова Весела (читать книги полностью без сокращений бесплатно .txt, .fb2) 📗
— Слушай, этот уже бесполезен. А давай ты мне отсосешь, а я тебе новую тряпку куплю! Ты ж любительница у нас…
— Ты совсем охерел? – она со всей силы толкнула его в плечо, стараясь протиснуться между ним и своей партой, чтобы забрать вещь. Но тут он грубо схватил ее за грудь.
— Ой, а сисек-то и нет, — хохотнул он, оглядываясь на других парней в аудитории, и его слова вызвали новый взрыв смеха. Несколько голосов подхватили его насмешку, и гогот разнесся по помещению, отражаясь от белых стен и глянцевого пола.
В глазах Лоры потемнело, ледяной холод страха и унижения разлился по телу, сковывая движения. Дыхание перехватило, и на долю секунды она снова почувствовала себя беспомощной, как тогда, с Романом, когда ее тело отказалось подчиняться, а разум захлебнулся в панике.
Вадим, все еще паскудно ухмыляясь, отступил от нее, явно наслаждаясь произведенным эффектом. Лора, стиснув зубы, заставила себя сделать несколько шагов к худи, которое теперь валялось на полу, как грязная тряпка. Она наклонилась, чтобы поднять его, но в этот момент одна из девушек, сидевшая неподалеку – светловолосая, с ярко накрашенными губами и холодным взглядом, – вдруг пнула худи ногой. Вещь отлетела к началу аудитории, почти к самому выходу, и шлепнулась у двери с глухим звуком.
— О, народ, у нас тут кто-то половую тряпку выбросил, — раздался звонкий голос той же девушки, и аудитория снова взорвалась смехом.
Алора выпрямилась, на долю секунды замерла, не в состоянии понять, что все это происходит с ней. А после пошла за серой толстовке, теперь действительно больше напоминающей тряпку.
— Что у вас здесь такое? – раздался на всю аудиторию знакомый голос. Нога в дорогом ботинке встала прямо на серую ткань, вызвав в аудитории прямо таки истерический хохот.
— Вот черт… — выругался Алексей, тут же убрав ногу и наклонившись, чтобы рассмотреть, на что наступил. Его брови нахмурились, а взгляд, острый и внимательный, пробежался по смятой ткани.
Лора быстро заморгала, стараясь сдержать слезы, которые предательски жгли глаза. Боль в плече, унижение от слов Вадима и смеха однокурсников, а теперь еще и этот случайный жест Алексея – все смешалось в невыносимый ком. Она отвернулась от него, с негнущейся спиной направившись к своей парте, не зная, куда деть глаза. Ей хотелось провалиться сквозь землю, исчезнуть из этой аудитории, где каждый взгляд, казалось, разрывал ее на части.
— Это чье? – Алексей поднял худи, держа его двумя пальцами, и обвел глазами студентов, чьи лица все еще кривились от сдерживаемого смеха.
— Да не заморачивайтесь, Алексей Евгеньевич, — пропел Вадим, растягивая слова с наглой ухмылкой. – Тряпка половая. Вон у нас тут есть любительницы уборки. Это, знаете ли, у некоторых в крови.
Темные глаза Алексея остановились на Алоре, которая, опустив голову, села за свою парту и уткнулась в тетрадь, словно пытаясь спрятаться от всех. Она чувствовала его взгляд, тяжелый и внимательный, и в груди сжался комок. Лора молилась про себя, чтобы он просто выбросил ее худи – этот символ ее унижения – и начал лекцию, не усугубляя ситуацию.
25. Цена сочувствия
Алексей, не говоря ни слова, аккуратно сложил худи и положил на одну из свободных парт в переднем ряду. Точно уловив ее молчаливую мольбу, он повернулся к доске и начал лекцию. Его голос – уверенный, ровный, с низкими властными нотками – заполнил аудиторию, заставляя студентов постепенно замолчать и открыть тетради, а девушке дал время выдохнуть. Она не горевала о худи, хотя подарок Натальи на день рождения было жаль до слез – мягкая серая ткань, теплая и уютная, теперь лежала смятая, испачканная кофе, как напоминание о ее поражении, но еще больше внутри крепло понимание, что Лиза сменила тактику. Теперь она не станет атаковать сама, теперь она будет медленно и системно додавливать ее.
Эх, Лиза... Лиза... ты же не такая!
Алоре хотелось обернуться, встряхнуть ту за плечи.
Но что она могла сказать ей? Что не виновата? Что отец Лизы виновен во всем, о чем она написала заявление?
Лора бросила взгляд на худи, одиноко лежащее на парте, и в ее голове всплыли слова следовательницы: «Забери заявление, Лора. Так будет проще для всех». Может, Лихачева права? Может, стоит проглотить эту боль, забрать бумаги и попытаться забыть?
«И что это изменит?» — ехидно шептал внутренний голос, пробиваясь сквозь гул лекции и ровный, уверенный тембр Алексея, подробно разбирающего важность клиенториентированного подхода и инновационных методов управления качеством. Лора сидела, уткнувшись в тетрадь, но ее мысли были далеко от конспекта. Каждая строчка, которую она механически записывала, казалась бессмысленной, как и ее попытки удержаться на плаву в этом холодном, враждебном мире.
«Это вернет тебе прежнюю жизнь?» – продолжал голос, безжалостный и острый, как нож. – «Нет. Это освободит тебя от пристального наблюдения Романа, который установил за тобой слежку? Нет. Это поможет наладить отношения с Лизой? Нет».
Лора помассировала затекшую шею, ощущая как боль в висках начинает распространяться по всей голове, как перед глазами расплываются буквы от непролитых слез, как боль в плече отдаёт уже под лопатку и в позвоночник. Она знала, что ничего не вернуть. Год ее усилий, ее мечты, ее желания, ее стремления, все было уничтожено одним человеком.
Роман.
«Он лишил тебя всего – шептал голос внутри — всего, о чем ты мечтала, к чему шла. И он избежит наказания, если заберешь заявление, а сама ты будешь разрушена полностью.»
Лекция подходила к концу, Алора догадалась об этом только потому, что студенты один за другим начали задавать свои вопросы.
— Алексей Евгеньевич, — вдруг послышался голос Вадима, — тут все главный вопрос задать забыли.
— Какой это? – стирая с доски графики, спросил Алексей, и обернулся к аудитории.
— Каким ветром вас, главу «Ривьеры» занесло к нам на факультет?
Алексей едва заметно усмехнулся, окидывая аудиторию глазами. Этот вопрос действительно волновал всех: девушки смотрели на него с искренним интересом, парни – с подозрением и завистью, в которой читалось и скрытое восхищение.
— Главой «Ривьеры» все еще является мой отец, Евгений Николаевич Демин, — спокойно ответил Алексей, и в его голосе мелькнула нотка гордости, сдержанная, но явная. – Я лишь исполнительный директор. Но это не отменяет того факта, что развиваться нужно в разных направлениях. Читая лекции у магистров, я решаю сразу несколько задач: ищу перспективные кадры для нашей компании, поддерживаю свои знания в актуальном состоянии, изучаю новые тенденции в индустрии. Согласитесь, это полностью окупает затраченное время.
— Ваша компания – мечта многих студентов, — вставил Вадим абсолютно искренне. – Поработать с вами многие из нас не отказались бы. А ваш отец… Евгений Николаевич – настоящая легенда в туристическом бизнесе. Под его руководством «Ривьера Груп» не просто создала сеть отелей мирового уровня, но и задала стандарты индустрии, которые теперь копируют конкуренты. Его стратегический подход к развитию, умение предвидеть тренды и выстраивать устойчивую бизнес-модель – это то, о чем говорят на каждом профильном форуме. Человек, который превратил региональную компанию в игрока международного масштаба, – это ведь не просто удача, это гениальность.
Лора краем глаза заметила, как плотно сжала губы Лиза, чуть прищурив внимательные глаза. Алексей скользнул по ней глазами, и тоже на несколько мгновений задержал взгляд на девушке.
После подошел к столу, где лежала худи Алоры.
Его пальцы – тонкие, но сильные, с аккуратно подстриженными ногтями – бережно коснулись мягкой ткани, погладив ее, будто это было что-то ценное, а не испорченная вещь.
— Забавно, — задумчиво произнес Алексей, потирая кончиком пальца переносицу. Он скрестил руки на груди и присел на край парты, его поза была расслабленной, но в ней чувствовалась скрытая сила. – Вы вот сейчас, Перчев, выдали целую хвалебную оду моему отцу и тому, как он ведет бизнес. А ведь мало кто из вас, мажоров, знает, что свой путь Евгений Николаевич начинал с простого слесаря. – Его голос стал ниже, а темные глаза потемнели, словно небо перед грозой. – Работал по молодости на заводе, в цеху, где пахло машинным маслом и железом. А мой дед? Три класса образования, и то с трудом. Он брался за любую работу – разгружал вагоны, чистил улицы, лишь бы сын мог учиться. А бабушка… она мыла полы в местном доме культуры, каждый день, на коленях, чтобы заработать лишнюю копейку для семьи.
