Не та сторона любви (СИ) - Костадинова Весела (читать книги полностью без сокращений бесплатно .txt, .fb2) 📗
Роман молча кивнул, его глаза были пустыми, словно он уже не здесь. Он смотрел мимо нее, на фонтан, где вода лениво плескалась, отражая яркое солнце. Лена задохнулась от бешенства. Как он смеет? Как смеет стоять тут, в их доме, и делать вид, что ничего не изменилось?
— Мне жаль, Лен, что получилось так, — сказал он после паузы, потирая висок, будто от головной боли. — Жаль, что это увидели ты и Лиза. Жаль, что наша дочь не получила достаточно воспитания, чтобы понять: драка — худший способ решать проблемы.
Лена ахнула, словно он ударил ее. Его слова — спокойные, холодные, как сталь — резали глубже, чем ее собственные крики. Она шагнула вперед, ее глаза пылали, лицо покраснело от ярости.
— Заткнись, Роман! — выкрикнула она, срываясь на визг. — Закрой свой поганый рот и не смей говорить про Лизу! Она не заслужила такого! Она не заслужила видеть, как ты... как ты с этой шлюхой...
— Какого, Лен? – вдруг спросил он. – Что, наша дочь не знает, что такое секс и как им занимаются? Смею тебя уверить – знает. Или что, она думала, что она от святого духа родилась?
— Сволочь! – Лена не сдержалась и резко толкнула его в грудь. – Тварь! Ты про нашу дочь говоришь!
— Которая нанесла побои девушке, — спокойно заметил мужчина, даже не поморщившись.
— Шлюхе! Шлюхе, которая пришла в наш дом и оседлала тебя, убогого, как жеребчика!
Роман снова дернул щекой, позволяя жене выплеснуть из себя весь яд.
— Чем ты думал, Рома, трахая эту проблядь в моем доме? Она что, тебя изнасиловала, что ли? Или ты позавчера напился до усрачки? Демьянов, что ты вообще натворил? Со мной, с собой, с нами всеми? Как нам теперь жить с этим? — она кричала, а из глаз брызнули злые слезы отвращения и злости. – На что ты, мать твою, рассчитывал? На свежатинку потянуло, Рома? Гребаный престарелый мачо!
Роман закрыл глаза, наваливаясь спиной на перила крыльца. Не говорил ни слова, впитывая каждое слово жены. А Лене хотелось выплеснуть из себя эту отраву, хотелось, чтобы он услышал, чтобы понял, что натворил. Чтобы осознал до конца, что почти разрушил семью, ее доверие. Все. Чтобы испытал ту же боль и отвращение, что и она.
— Да, Лен, — согласился он. – Ты права. То, что произошло – оправданий не имеет. И думаю, что…. нормально общаться нам с тобой будет очень сложно….
— Нормально общаться, Демьянов? Ты сейчас пошутил? Да меня от одного твоего вида выворачивает!
Он снова кивнул.
— Ладно. Понял, Лен. Тогда все наши контакты продолжим через юристов.
Лена сначала даже не поняла, о чем именно он говорит. Открыла рот, чтобы ответить и тут же поперхнулась воздухом. В глазах внезапно потемнело.
— О чем ты говоришь, Демьянов? – резко выдохнула она.
— О разводе, Лен, — устало ответил он.
Женщине показалось, что ее ударили прямо в живот. Со всей силы, с размаху, без права на пощаду. Она открывала и закрывала рот, как выброшенная на берег рыба, и не могла выдавить из себя ни слова.
— Завтра-послезавтра, — продолжил Роман, — мои юристы предложат тебе варианты разделения имущества. Долю в компании я готов выкупить у тебя по приемлемой цене…
Женщина едва не осела прямо на землю. Внутри разливался холодный, склизкий комок ужаса. Это ее он оскорбил, это она должна просить развода, а не он. Это он должен выпрашивать прощения, пытаться объяснить то, что произошло в тот вечер.
— Как ты… можешь…. – едва слышно прошептала она.
— Что именно, Лена? – спросил он, даже не повышая голоса. – Просить развода? А что, у тебя есть другое решение нашей проблемы?
Она не отвечала, пытаясь собрать в голове хоть какие-то мысли.
— Что ты предлагаешь, Лен? – продолжал давить он. – Или как, делаем вид, что ничего не было и живем дальше? Нам ведь не привыкать, так?
Лена вдруг поняла, чего он добивается. Это он хотел сейчас поставить ее в ситуацию, когда она станет просить не разводиться, переложит вину на нее, а потом сделает одолжение….
— Ну и тварь ты, Рома… — выдохнула она, едва удерживаясь на месте. — Я-то, дура, думала, что мне повезло с мужем. А ты… ты… какой же ты, на самом деле…
— Какой, Лен? — резко, почти с презрением бросил Демьянов. — Ну же, не стесняйся, выскажись, наконец! Удобный? Выгодный? Или, может, просто подходящая декорация для тебя и твоего папочки? Статусный муж с правильной внешностью и нужными связями. Так, да?
Он сделал шаг вперёд, в голосе зазвенел металл, тот самый, который она слышала только в деловых переговорах, когда Роман отбрасывал маску и становился холодной машиной.
— А знаешь, Лен, — продолжил он, уже почти спокойно, но от этого только страшнее, — я почти уверен, что позавчера твой отец устроил тебе выволочку за весь этот зоопарк. И велел не лезть с разводом. Чтобы не терять лицо. Чтобы не трясти фамилию. Чтобы всё было чинно, благопристойно — как всегда.
Он на мгновение замолчал, глядя ей прямо в глаза, а затем, тихо, с пугающей решимостью добавил:
— Так вот, я облегчу тебе задачу. Сам подам на развод и сам поставлю точку. Свали все на меня, Лен, пожалуйся папочке, как ты всегда делала.
Каждое слово Романа било Лену по лицу как пощечина. И дело было не форме и подаче, а в том, что Роман безошибочно угадал то, что случилось после его ухода.
— Ты... из-за этой проститутки... из-за этой бляди...
— Знаешь, Лен.... — он медленно снял обручальное кольцо. — Только с ней я снова почувствовал себя живым, а не куклой в вашем с отцом спектакле.
— Она все спланировала... — как же жалко это прозвучало. — Втерлась в доверие... Лизке... тебе....
Но лицо Романа продолжало быть каменным, он не желал видеть боли женщины.
— Лена, — уставший голос прозвучал почти по-человечески. — Некоторым людям ничего не надо делать, чтобы им стали доверять. Они просто.... такие. Чистые и светлые. Настоящие.
— Демьянов… ты ненормальный…
— Да нет, Лен, я впервые за черт знает сколько лет чувствую себя… нормальным. И люблю ее.
Лена закрыла глаза. Прозвучавшие слова никак не укладывались в ее голове, казались страшным сном, иллюзией. Сейчас она откроет глаза и поймет, что Роман ничего подобного не говорил.
— Любишь? – против воли прошептала она.
— Да, Лен, — кивнул он. – Люблю.
— Любишь малолетнюю проститутку, ровесницу твоей дочери? Девку без роду и племени, которая и двух слов связать не может толком? Которая только и может, что прикидываться невинностью? Рома, ты себя-то слышишь, мачо престарелый? О господи! Рома! Ты поплыл от юного тела? Настолько мозг в член перетек? Ты же… Ром, ты реально настолько ослеп? Как ты свое дочери в глаза смотреть будешь, кобель?
Роман крепко сжал зубы.
— Лизу сюда не приплетай, — холодно отчеканил он. – И в отношения мои с дочерью не лезь!
— Знаешь, она увидит твою сущность. Уже увидела, Рома. Папа то, папа се, — Лена не могла остановиться. — Теперь Лизка отчетливо поймет, что ты такое! Не надейся, что я буду ее успокаивать и пытаться с тобой помирить! Ты предал не только меня, ты ее предал!
Он выпрямился на пороге, потирая переносицу.
— Интересно, как? Тем, Лена, что полюбил другую женщину? Ты сама-то, Лена, различаешь любовь к женщине и любовь к дочери? Да, с тобой я поступил по сволочному, нужно было поговорить, объяснить…. Да и с Лорой повел себя…. как паршивец… подставил ее…. Но я вот ума не приложу, с чего вдруг я предал Лизу? Ей что, 4 года? 10 лет? Лена, наша дочь — взрослая девица от которой я, собственно, не отказывался и люблю ее по-прежнему.
— Ты совсем не понимаешь, да? – Лену трясло от бешенства, — твоя дочь застукала тебя, кобеля похотливого, между ляжек своей подруги! Видела твой…. Как ты ее…. Она шок пережила!
— Остановись, — его голос стал ледяным, бесстрастным, как лезвие ножа. — Я задам тебе еще раз вопрос, Лена. Напомни, сколько нашей дочери лет?
— Не смей…
— Двадцать два, — продолжал он, как приговор. — Не четырнадцать, не восемь. Двадцать. Два. И если ты до сих пор убеждена, что она не знает, как устроена близость между мужчиной и женщиной, у меня для тебя плохие новости. Может, тебе стоит выйти из иллюзий? Лиза живёт в реальном мире, Лена. С экрана ей каждый день в лицо летят сцены похлеще, чем всё, что она увидела в ту ночь. Или ты думаешь, что наш брак был для нее платоническим? Она и нас с тобой заставала. И не раз. И в куда более раннем возрасте.
