Выбор ведьмы (СИ) - Кащеев Кирилл (книги бесплатно читать без .TXT) 📗
Было еще два… но они уже ушли.
Над поляной царило недоуменное молчание.
— Слышь, ты это… белены объелась? — наконец нарушил его Старший Медведь.
Ирка только молча и равнодушно пожала плечами.
— Подойди ближе, дочь! — словно щелчок хлыста бросил рычащий голос.
Ирка снова подумала… Если б она в обычной жизни так тщательно обдумывала каждый шаг, была бы отличницей, любимицей учителей. Или сдохла бы давно. Ирка усмехнулась и действительно шагнула ближе.
— Ты все время смеешься. Когда мы встретились с тобой в приграничной деревне, ты тоже смеялась, — проскрежетал голос. — Но разве я смешон? Я сказал, что мне нужна твоя кровь — моя кровь, дочь. Что я ее получу, и ты будешь у моего алтаря. Все стало как я сказал. Разве нет?
— Разве да? — то ли соглашаясь, то ли сомневаясь кивнула Ирка.
Снова последовало молчание — похоже, она тоже заставляла его задуматься. Интересно, додумается до чего-нибудь?
— Насколько же проще было, если б ты сразу сделала как я велю! — Голос из Панасовой пасти решил проигнорировать непонятные нотки в Иркином ответе. — Если бы еще на хортицких алтарях ты принесла одного из тех ничтожных оборотней в жертву… Ты была бы уже здесь! Давно!
Интересное кино — как оказывается, выгодно не резать живых людей на древних каменюках! Странно даже, откуда маньяки берутся?
— Почему ты снова улыбаешься? — рявкнул голос. — Ты не должна была стать всего лишь хортицкой ведьмой! Став моей жрицей ты обрела бы почти всю Силу Симаргла! Ты могла бы создавать и уничтожать, растить леса взмахом руки и…
— Значит… Рада Сергеевна так и сделала? — перебивая торжественный монолог Симаргла, напряженно спросила Ирка. — Убила кого-то на алтаре? Потому и могла… так много? И кто… это был? Кого… она убила?
— О ком ты говоришь? — Серый валун задрожал, словно от гнева, и бегущий огонек на нем обрисовал оскаленную пасть. — Какая еще Рада Сергеевна?
— Твоя ученица. Та, которой ты разрешил пользоваться своей Силой, — угасшим голосом ответила Ирка. — Та, которую послал за мной сейчас.
— Ах, эта… Человечка… — последовал равнодушный ответ. — Она пыталась снова служить мне…
А ты даже не сразу вспомнил, о ком речь. Не помнил имени не только жертвы, но и своей жрицы. Иногда вот так и начинаешь понимать врагов. Не прощать за все, что Рада сделала, но понимать… — теперь Ирка ее понимала!
— Я тоже человечка.
И ведьма. Именно так она когда-то решила перед Алатырь-камнем и не собиралась отступать от своих слов.
— И впрямь, — с искренним отвращением сказал он. — Ты же могла принимать второй облик, но сейчас я чую в тебе лишь человечку — беспомощную и бесполезную во всем, кроме крови, текущей в твоих жилах! И ты здесь, где и должна быть с самого начала.
— Ну если я уже здесь, ты получил что хотел и настоял на своем… — в голосе девчонки звучала едва слышная, почти незаметная насмешка женщины, дающей мужчине право думать, что он самый крутой. И не важно, кто этот мужчина — отец, брат или парень. — Ты же договорился с Табити, что прекратишь наступление на Пещеры, когда получишь меня. Так может, уже прекратишь?
— Зачем?
— Ты сдержишь свое слово. Это будет мило с твоей стороны. Я буду не так сильно злиться. Наконец, это наступление больше не нужно. Зачем делать то, что не нужно?
— А ты злишься? — удивился голос. — На что?
Ирка задумчиво посмотрела на свои связанные руки, провела ладонями по вымазанному золой лицу, растерла между пальцами чешуйки засохшей драконьей крови. Действительно, ну вот совершенно не на что!
— Наступление по-прежнему необходимо, — равнодушно прозвучало из пасти Панаса. — Слишком мало драконов умерло.
— Тебе мало? — сжимая и разжимая пальцы, будто желая задушить, процедила Ирка. Только как задушишь камень?
— Дети Табити сильны. Хитры — сумели вовремя схватить своих ямм за хвосты, и отважны — неистово бьются под родными небесами. Владычица и Великие не жалеют сил и крови, чтоб защитить своих. Мне приходится разменивать сотни моих слуг на гибель одного змея. Но слуг я могу делать до бесконечности — праха и смерти в любом мире всегда больше, чем жизни и радости.
«Логично, интересно только, чего Морана обижается?» — подумала Ирка.
— Мы будем биться, пока от великого племени драконов не останется не более трети, а то и четверти. А уцелевшие засядут в своих Пещерах, трясясь над молодняком.
— Выходит, Великий Водный зря отдал меня тебе?
— Разве ты не рада, что я мщу ему за предательство, дочь? — в его рыке звучала насмешка.
— Врешь, — не уступая ему в равнодушии, обронила Ирка.
— Забываешься! — стегнул гневный рык из пасти Панаса. — Змеи сами выбрали свою долю, встав на защиту человеческого рода! Теперь я должен сделать так, чтобы у Табити каждый дракон был на счету — чтоб им и в голову не пришло кинуться вам на помощь. Ну и конечно, человеческие богатыри, оборотни и прочие, явившиеся на твой зов. Ты доставила мне много беспокойства, дочь, но этот дар перевешивает все твои проступки! Я даже не мог надеяться собрать главных защитников мира людей вместе здесь, где моя власть почти беспредельна. Никто из них не вернется домой.
Орать «не-е-ет!», как киношные героини, Ирка нестала. Только потому, что в груди, перекрывая доступ воздуху, поселился моток колючей проволоки. Он шевелился под диафрагмой, выпуская иглы как стальной еж. Еще совсем недавно она казалась себе такой умной, такой предусмотрительной, такой крутой…
— Ты… — сквозь терзающую боль прохрипела Ирка. — Ты все еще хочешь людей… уничтожить? Всех?
— Какой смысл уничтожать часть — все равно расплодятся, — холодно обронил голос.
— Но почему? За что? Что мы тебе сделали? — с ненавистью и отчаянием выдавила Ирка. — Только из-за глупых слов моей матери? Это же такая… ерунда. И вообще она не то имела в виду! А ты хочешь нас всех убить! А мы… мы живые! Нам больно!
— Живые? Больно? Что вы мне сделали? — после каждого вопроса, рык Пса наливался все большей яростью. Танцующее на камне пламя слилось в зияющую пасть и ринулось на Ирку, заставив шарахнуться от его горячего дыхания. В тот же миг ее подхватили под локти, она дернулась, но из медвежьей хватки не вырвешься. Старший Медведь поднял брыкающуюся девчонку и поволок ее к алтарю. Ирка отчаянно лягнула его пяткой, попала по жесткому мохнатому боку, Медведь гневно рыкнул… и швырнул ее на камень, прижав лицом к одному из ледяных окошек.
Ирка увидела… его. Великий Пес Симаргл был там, внутри камня — изломанный и перекрученный, будто его сворачивали в жгут. Ирка увидела то, чего никак не могла заметить в воспоминаниях Старшего Медведя, — Симаргла поймали на середине превращения. Табити заперла его не только в сложенный из четырех стихий алтарь, но и между обликами — песьим и человечьим. Точно как пытался сделать с Иркой явившийся на Хортицу змей! Змей, которого она убила, спасая себя!
Застывшее внутри льда и камня тело выглядело чудовищно. Пробегающий по поверхности огонь высвечивал то распростертое крыло — всего одно, да и от него осталась лишь половина, зато заканчивалось оно человеческой ладонью с растопыренными, будто пытающимися оттолкнуть что-то ужасное, пальцами. Передних лап не было, только безволосая человеческая грудь, переходящая в поджарый собачий живот. Жутко исковерканную голову покрывали темные, чуть вьющиеся волосы, и к почти человеческому лицу словно маска была приставлена вытянутая пасть борзого пса. Огонь снова пронесся за ледяными окошками, подсвечивая царящий внутри камня сумрак, и веки Великого Пса дрогнули. Он медленно открыл глаза… Ирка провалилась в эти полные ярости и боли глубокие темные очи!
Глава 51
Алтарь Прикованного
Тик-так-тик-так… Мерный стук ударил в уши, а чудовищная воронка закрутила ее между всеми цветами радуги. Пестрые краски драли кожу как наждак. Ирка закричала, чувствуя что ее ошкуривают будто картошку. Кровоточащее мясо было содрано с костей вертящимся торнадо, яркие, как разноцветные хула-хупы, кольца сомкнулись вокруг, дробя кости в мелкий песок, а этот песок подхватил ветер! Цветная воронка наклонилась над миром огромным ковшом.