Заключенная в золото. Жена Шейха - Соболева Ульяна "ramzena" (читать книги онлайн полностью .txt, .fb2) 📗
Я ускорила шаг, сердце сжалось в груди так, что, казалось, я сейчас задохнусь.
"Что-то не так. Что-то случилось."
Каждый поворот коридора тянулся бесконечно, но я всё шла и шла. Мои руки тряслись, я прижимала их к груди, словно пыталась удержать эту нарастающую панику.
– Лиза… – сорвалось с моих губ, хрипло, едва слышно.
Каждая секунда казалась вечностью. Я слышала лишь собственное дыхание и невыносимый гул крови в ушах. Я не бежала – ноги будто окаменели, но и стоять я не могла. Что-то внутри подсказывало: если я остановлюсь, всё закончится.
Подойдя к двери её комнаты, я замерла. Мои пальцы дрожали, когда я коснулась холодной ручки. Сердце замерло. Я знала, что должна войти. Но я боялась. Я боялась того, что могла увидеть.
"Это просто сон. Просто дурной сон. Открой дверь."
Я сжала ручку, вдохнула, пытаясь собрать остатки мужества, и толкнула дверь.
Тьма. Лишь слабый, приглушённый свет ночника в углу. Аппараты. Их тихий, привычный писк должен был встретить меня, как всегда. Я напряглась, прислушиваясь.
Тишина.
Мир рухнул в один миг.
Аппараты, которые должны были издавать этот спокойный ритмичный звук, молчали. Ни одного писка. Ни одного мерцающего индикатора. Я замерла, не понимая, что происходит. Всё внутри меня будто замерло, но сердце продолжало биться слишком быстро, слишком громко.
– Нет... – вырвалось из моего горла. Я шагнула вперёд, чувствуя, как дрожат мои ноги.
Мой взгляд упал на кроватку Лизы. Её маленькое тело лежало так тихо, так неподвижно.
– Лиза? – голос сорвался. Я сделала ещё шаг. – Лиза!
Я бросилась к ней. Мои руки тряслись, когда я дотронулась до её щёчки. Холодная. Я схватила её маленькую ручку – такая хрупкая, такая безжизненная. Холод. Только холод.
– Нет... Нет-нет-нет! – я кричала, захлёбываясь в собственных слезах. – Проснись! Лизонька, милая, пожалуйста, открой глазки! Пожалуйста!
Я трясла её маленькое тело, снова и снова шёпотом умоляя её вернуться ко мне. Моё дыхание сбилось, я больше не чувствовала ничего, кроме паники.
Но её глаза не открылись. Она не дышала. Её сердце больше не билось.
Я закричала. Крик был громче, чем я могла себе представить. Он разрывал меня изнутри, будто мои лёгкие, моё сердце, всё, что было во мне, разрывалось на куски.
Это был не просто крик – это был мой последний остаток надежды, вырванный у меня с мясом.
Я рухнула на пол, прижимая её к себе, как будто могла вернуть ей жизнь. Как будто могла согреть её своим теплом.
Мир остановился. Тишина вокруг была громче любых звуков. Всё исчезло. Осталась только она. Моя Лиза. Моя девочка. Моя маленькая жизнь. И её больше нет.
Я трясла её маленькое тело, чувствуя, как её ручки, такие хрупкие, такие нежные, уже не отвечают мне.
– Лиза! Лизонька, милая, открой глазки! Ты слышишь меня? Пожалуйста! – шептала я, срываясь на крик.
Я не могла остановиться. Мои руки снова и снова касались её щёк, я тёрла их, пытаясь согреть. Держала её лицо в ладонях, смотрела в её неподвижное, слишком спокойное личико. Она просто спит. Просто спит! Я слышала это в своей голове, как мантру. Но её кожа была холодной. Холодной, как мрамор.
– Пожалуйста… пожалуйста… очнись… – мой голос сломался, превратившись в какой-то нечеловеческий звук. Я трясла её, как будто могла встряхнуть её душу, вернуть её к жизни. Но она молчала.
И тогда это случилось. Мир рухнул. Я почувствовала, как трещина проходит через всё моё существо. Как будто кто-то вырвал у меня сердце, но боль осталась, разлилась по всему телу, заполнив каждую клетку.
Я закричала снова. Крик вырвался из моего горла, разрывая тишину ночи. Это не был обычный крик – это был рёв раненого зверя. Это был звук отчаяния, боли, которая ломает всё. Я кричала так, что казалось, стены вокруг вот-вот обрушатся.
– Нет, нет, нет! Этого не может быть! Ты не можешь так просто уйти, Лиза! Ты же моя девочка... моя Лиза... ты не можешь!
Слёзы струились по моим щекам. Горячие, обжигающие, как кислота. Я не могла остановить их. Они стекали по моим губам, горькие, как яд, но я не замечала. Внутри меня уже ничего не осталось.
Я опустилась на колени перед её кроватью, прижимая её маленькое, холодное тело к своей груди. Я держала её так, как держала впервые, когда она появилась на свет. Тогда она была такой тёплой, такой живой, её глаза светились, она была всей моей жизнью.
– Если бы я могла, я бы отдала тебе свою жизнь, слышишь? – прошептала я сквозь рыдания. Мой голос ломался, слова были рваными, как осколки. – Возьми её. Возьми всё, что у меня есть, только вернись. Вернись ко мне, милая. Вернись...
Но ответом была тишина. Её глаза не открылись. Её маленькие губки не издали ни звука. Лиза ушла. Ушла навсегда.
Я закусила губу до крови, пытаясь удержать себя в реальности, но не могла. Всё вокруг стало чёрным. Не было больше света, не было надежды, не было смысла.
Я вспоминала, как держала её крошечное тело впервые. Её первый смех. Её глаза, наполненные жизнью, когда она смотрела на меня. Её голос, шепчущий "мама". И всё это исчезло. Ушло. Её больше нет.
Я закрыла глаза, прижимая её к себе, как будто могла спрятать её от этого мира. Как будто могла спрятать её даже от смерти.
– Я не могу без тебя, Лиза… – всхлипывала я, раскачиваясь на полу. – Ты – всё, что у меня было. Всё…
Внезапно, как удар молнии, меня пронзила резкая боль. Она была такой сильной, что я сначала не поняла, что происходит. Внизу живота всё разрывалось. Боль словно вырвалась из меня, заставив вскрикнуть.
Я прижала руки к животу, пытаясь сдержать этот напор, но это было бесполезно. По ногам потекла вода и кровь.
– Нет… нет… – прошептала я, с трудом дыша.
Я упала на бок, обхватив себя руками, словно могла защитить тех, кто был внутри меня. Моё тело больше меня не слушалось. Схватки стали резкими неожиданными, боль – невыносимой.
– Нет… пожалуйста… ещё не время, – шептала я сквозь слёзы. – Мои маленькие… держитесь. Пожалуйста, держитесь.
Мир вокруг превратился в туман. Я не видела больше ничего. Я не чувствовала больше ничего, кроме боли, которая рвала меня изнутри, и ужаса от мысли, что могу потерять их.
– Вы – всё, что у меня осталось, – шептала я. – Я не могу потерять и вас… Не могу...
Мои руки судорожно сжались на животе, словно я могла удержать их внутри. Я цеплялась за этот тонкий шанс, за жизнь, которая ещё не угасла.
Боль становилась всё сильнее. Я почувствовала, как моя голова кружится, как дыхание становится рваным. В глазах потемнело.
"Держитесь. Ради меня. Ради нас. Вы – всё, что у меня есть…" – были мои последние слова перед тем, как тьма поглотила меня.
Я лежала на полу, не чувствуя больше ничего, кроме пустоты и разрывающей тело боли. Лиза. Моя Лиза. Холод её тела всё ещё оставался на моих руках. Моё сердце кричало, но звуки будто застряли где-то внутри меня, сдавливая грудь, перекрывая воздух.
Я даже не заметила, как в комнату вбежали люди. Шаги, голоса – всё звучало глухо, как будто я находилась под водой. Кто-то из слуг что-то говорил, кто-то тряс меня за плечо, но я не могла понять их слов. Они все были неважны. Всё было неважно.
Я слышала только себя. Своё дыхание, рваное, хриплое. Свои мысли, которые звенели в голове, как разбитое стекло: "Лиза умерла. Моя дочь умерла."
И вдруг – его шаги. Тяжёлые, резкие, как удары грома. Шейх.
Я не видела его лица чётко. Всё перед глазами плыло – только тёмный силуэт в дверях, огромный, заполняющий весь мир. Его голос, властный, низкий, пробил эту тишину, в которой я тонула:
– Что здесь происходит?!
Я не могла ответить. Только хрип. Только рыдания, которые не давали мне дышать.
Его шаги раздались ближе. Тяжёлые, быстрые. Я почувствовала, как воздух вокруг изменился, стал напряжённым. Словно сам мир замер, когда он вошёл в комнату.
