Улей. Книга 2 (СИ) - Джиллиан Алекс (читать книги полностью без сокращений бесплатно TXT, FB2) 📗
![Улей. Книга 2 (СИ) - Джиллиан Алекс (читать книги полностью без сокращений бесплатно TXT, FB2) 📗](/uploads/posts/books/123881/123881.jpg)
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Улей. Книга 2 (СИ) - Джиллиан Алекс (читать книги полностью без сокращений бесплатно TXT, FB2) 📗 краткое содержание
Гостей «Улья» крайне редко интересует секс в чистом виде, единицы хотят чего-то обыденного или слегка незаконного. Всё банальное доступно им в обычной жизни. Купить человека любого пола давно не проблема.
«Улей» дает клиентам больше — безграничные возможности. Игра в Бога или Дьявола. Задача корпорации — предоставить выбор, учесть любые пожелания и организовать процесс.»
Улей. Книга 2 (СИ) читать онлайн бесплатно
Улей 2
Глава 1
«Душа женщины создана в преисподней.»
Джимми Пейдж
Глава 1
Кая
Разум пчелки пребывал в тумане, пока молчаливые сопровождающие доставляли ее на минус второй уровень. Страшное слово «тюрьма» стучало в висках; все остальные мысли и эмоции затерялись в океане боли и обреченности. Ее ведут в тюрьму — единственное, что она знала наверняка. А еще был приказ, отпечатавшийся на подкорке сознания: «Чтобы не происходило — молчать. Расколешься — тебе конец.»
Иными словами, ей снова предстоит притвориться дохлой.
А если будут пытать?
Сколько она сможет продержаться, прежде чем Бут вытащит ее?
И вытащит ли?
Что, если это очередная подстава с его стороны, и спасения ждать глупо, наивно и бессмысленно?
Да и хочет ли она спасения в свете вскрывшихся фактов?
Отец, Антон… их больше нет. Даже если Габриэль Янг солгал, чтобы растоптать ее и причинить боль, правду Кая не узнает никогда. С этой задачей ублюдок справился на сто процентов. Она растоптана и уничтожена болью.
Вокруг только ложь, страдания и смерть. Улей стер с лица земли все, что ей было дорого. Забрал всех, кого по-настоящему любила. Всех, кто любил ее. Ту, которую любить невероятно сложно.
Ничего не осталось. Ни семьи, ни дома, ни надежды на спасение. Убежать нельзя. Возвращаться некуда.
Ради чего жить и сражаться?
Ее долго ведут по тускло освещённому узкому коридору. Серые стены, железные двери, звенящее эхо тяжелых шагов, угнетающая атмосфера ужаса и безысходности.
— Стоять, лицом к стене, — приказывает один из надзирателей, грубо толкнув ее в стену, второй отпирает дверь.
— Нет, не сюда, — сквозь гул в ушах доносится до Каи другой голос. — Кронос приказал отвести в тринадцатую. Пчелка нервно ухмыляется. Похоже, проклятое число тринадцать преследует ее.
— Пошли, — схватив девушку за плечо, рявкает тот, что говорил первым.
Они проходят еще несколько бесконечно длинных метров прежде, чем оказываются возле нужной камеры. Затолкнув Каю в темную, пропахшую сыростью, грязью и человеческими экскрементами комнату, тюремщики со скрежетом закрывают толстую металлическую дверь, оставляя ее в черном вонючем мраке неизвестности.
Промозглый холод, гулко разбивающиеся о пол капли воды, вибрирующий гул в трубах, липкий пот, струящийся по позвоночнику, нервно стучащие друг о друга зубы.
Добро пожаловать в ад, Кая.
Протянув руку, девушка наталкивается ладонью на склизкую, покрытую плесенью стену.
Ни малейшего проблеска света, кромешная мгла и пронизывающий ужас.
Тебе нравится твой новый дом, пчелка? Разве он не прекрасен?
— Ненавижу, — с отвращением выплевывает она во тьму. — Идиотка, — а это уже себе. Заслуженно.
Плотнее закутавшись в пиджак Эйнара, Кая пересиливает зудящий порыв скинуть подачку предателя и растоптать ногами. В памяти в замедленном режиме вновь и вновь проносится последняя сцена, где он стоит плечом к плечу с батлером, безропотно выслушивая от него снисходительную похвалу за проделанную работу.
Беспринципные лжецы и ублюдки — все, без исключения, не взирая на высоту уровня.
Спросите, как она могла так глупо попасться в умело расставленную медовую ловушку?
Легко. Точно так же, как миллионы одураченных и использованных женщин планеты до нее.
Масштаб не имеет значения. Улей — всего лишь микроверсия прогнившего общества, живущего за пределами острова, но она зеркально отражает все то, что происходит снаружи.
Девушку охватывает яростная дрожь, переходящая в нервный озноб. Неконтролируемые соленые слезы стекают по щекам, в груди разрывается сердце, ненависть закипает в венах.
В Улье никому нельзя верить.
Особенно Буту. Тем более Буту. Никогда — Буту.
Она же знала… знала, но желание отомстить Янгу и лживые низкие, подлые манипуляции батлера пересилили доводы рассудка, отключив инстинкт самосохранения и рациональное мышление.
Они оба, и Кая и Эйнар, ничего не нарушили. Они четко действовали по плану Бута, но финал должен быть другим.
Другим!
Однако она здесь — абсолютно одна, в этой вонючей сырой клетке, а Эйнар остался наверху, чтобы покорно лизать руки своего хозяина и предано вилять хвостом.
Ее тупо обвели вокруг пальца и бросили подыхать здесь в одиночестве, как отработанный материал, как кусок полудохлого мяса.
Шумно втянув смрадный воздух, Кая позволяет истерике прорваться наружу. Нервный глухой смех, отражается от стен и рикошетом бьет по барабанным перепонкам. Ослабевшие ноги не держат, и привалившись к влажной стене, девушка безвольно сползает на ледяной бетонный пол.
Во всем безумии и хаосе происходящего лишь одна мысль дает ей сил дышать дальше. По крайней мере, одной мразью на земле стало меньше. Габриэль Янг, монстр, ответственный за гибель всей семьи Каи, а в скором будущем, возможно, и ее самой, сдох в луже мочи и собственной крови, глядя ей в глаза, пока не лишился своих. У нее на языке до сих пор горит мерзкий вкус его крови, а в носу стоит запах смерти никчёмного напыщенного выродка, свято верящего в свою власть и безнаказанность.
Помогли ему миллиарды и влиятельные покровители?
Через несколько лет его деньги растратят, имущество пустят с молотка, а имя забудут. Ничего не останется, кроме совершенных им преступлений.
Ради одного этого момента Кая снова без колебаний согласилась бы на предложенный Бутом план.
Только теперь ей этого было бы мало. Она потребовала бы больше крови и смертей.
Они все должны заплатить за то, что сделали.
Каждый.
Глава 1.1
Поток кровожадных мыслей обрывают вспыхнувшие под потолком галогенные лампы. На мгновенье зажмурившись от яркого света, Кая протирает слезящиеся глаза. Мутноватая рябь мешает рассмотреть окружающую обстановку в деталях, но все это становится совершенно неважным, когда ее взгляд вылавливает женский силуэт у противоположной стены.
Босая женщина в длинной фиолетовой бесформенной рубашке стоит к ней спиной, медленно раскачиваясь из стороны в сторону. Она не издает ни шороха. Неудивительно, что Кая не услышала ее сразу. Осторожно приближаясь, пчелка с опаской всматривается в исхудавшую и наверняка безумную узницу. Грязно-серые всклоченные волосы, торчащие тощие плечи, худые бледные руки с узловатыми пальцами и обломанными ногтями, уродливые язвы на голых ногах.
Боже, это новый психологический прием? Попытка доломать окончательно?
Или еще одно наглядное пособие того, что ее ждет дальше?
— Меня зовут, Кая. Я не причиню вам вреда, — произносит пчелка.
Женщина не отвечает, продолжая раскачиваться, словно маятник, и Кая, набравшись смелости, опускает ладонь на костлявое плечо.
— Пожалуйста, ответьте мне, — хрипло просит она, разворачивая узницу лицом к себе.
Женщина поднимает на Каталею безжизненный пустой взгляд,и из горла пчелки вырывается глухое отчаянное рыдание.
— Мама, боже… , — задрожав всем телом, Кая порывисто сжимает в объятьях худое безвольное тело, гладит по волосам.
Обливаясь слезами, покрывая поцелуями застывшее лицо, она с жадностью и неверием всматривается в изменившиеся, но все еще узнаваемые черты.
— Мама… Это ты. Ты. Живая. Боже, спасибо, спасибо, — в агонии бормочет Кая, то улыбаясь, то плача, то смеясь, как припадочная. — Мы вместе. Я с тобой. Это Кая, твоя Кая, — обхватив лицо матери, она с надеждой смотрит в прояснившиеся светло-серые глаза, чувствуя, как кровь бурлящим потоком разливается по венам.
Можно ли испытать безграничное всеобъемлющее счастье, находясь в самом сердце клоаки зла? Оказывается, можно, но совсем ненадолго. Мимолетный фейерверк, огненный залп эндорфинов, короткий взлет над кипящей бездной и стремительное крушение. Счастье — слишком хрупкое чувство, чтобы выжить в аду, не превратившись в груду обгоревших черепков.