Великорусские сказки Пермской губернии - Сборник Сборник (лучшие книги без регистрации .txt) 📗
Я колобок,
Я молодой,
Я по коробам скребён,
По сусекам метён,
В сыром масле прежён,
На окошке стужен.
Я от деда ушёл,
Я от бабы ушёл,
Я от зайца ушёл,
Я от волка ушёл,
От медведя ушел,
От тебя, лиса, уйду!»
«Ой, кака сказочка-та хороша! Сядь-ка ко мне на хвостик-от, я послушаю!» — Он сел да опять:
Я колобок,
Я молодой,
Я по коробам скребён,
По сусекам метён,
В сыром масле прежён,
На окошке стужен.
Я от деда ушёл,
Я от бабы ушёл,
Я от зайца ушёл,
Я от волка ушёл,
От медведя ушёл,
От тебя, лиса, уйду!»
«Ой, кака сказочка-та хорошенька! Сядь ко мне на язычок — я послушаю!» — Он сел на язычок-от, она: «Хам!» — да и проглотила.
5(78). ВОЛК И КРЕСТЬЯНИН
Напечатано в Пермских губернских ведомостях
Жил-был старик да старуха. У них было семь овечушек да восьмой жеребеночек, да бык-пестряк, да кошка-судомойка, да собачка-пустолайка, парнечек да девушка.
Жили они под горой. Вот и повадился волк на гору ходить — сядет на угоре-то да воет — песенки-те поет ли, что ли. Вот волк-от и воет:
Хорош, хорош дворец,
Соломенный крылец!
У крестьянина было семь овец,
Восьмой жеребеночек,
Да бык-пестряк,
Да кошка-судомойка,
Да собачка-пустолайка,
Старичок да бабушка,
Парнечек да девушка.
Старик-от слушал, слушал да и говорит: «Поди-ка, старуха, отдай овечку: хорошо шибко волк-от воет!» — Отдали одну овечку. Волк съел. На другой день опять сел на угор-от и воет:
Хорош, хорош дворец,
Соломенный крылец!
У крестьянина было семь овец,
Восьмой жеребеночек,
Да бык-пестряк,
Да кошка-судомойка,
Да собачка-пустолайка,
Старичок да бабушка,
Парнечек да девушка.
(Точно так же волк приходит и воет каждый день; каждый раз ему дают по овце. Затем старик отдает: жеребенка, быка, кошку, собачку, парнечка, девушку, старуху. Скушав последнюю, волк опять приходит и воет:
Хорош, хорош дворец,
Соломенный крылец!
У крестьянина было семь овец,
Восьмой жеребеночек,
Да бык-пестряк,
Да кошка-судомойка,
Да собачка-пустолайка,
Старичок да бабушка,
Парнечек да девушка.)
Слушал, слушал старик и говорит: «Шибко хорошо волк-от воет — пойду сам!» — Вышел на угор-от — волк и съел старика-то.
6(79). КОЗОНЬКА
Напечатано в Пермских губернских ведомостях
Жил-был старик со старухой. У них были сын да дочь, да козлушка. Старик стал сына посылать в лес козлушку караулить. Сын-от покараулил да и пришел домой. Старик вышел на крылечко и стал спрашивать: «Козонька, сыта ли? Пояна ли?» — Коза-та и говорит:
Я не сыта, я не пояна —
Я по горочкам скакала,
Я осиночку глодала!
Вот старик-от сына-та бил, бил, да и убил. Стал опять дочь посылать.
Вот и дочь пошла караулить. Покараулила да и пришла домой. Старик вышел на крылечко, стал спрашивать: «Козонька, сыта ли? Пояна ли?» — Коза говорит:
Я не сыта, я не пояна —
Я по горочкам скакала,
Я осиночку глодала.
Старик дочь-ту ну бить. Бил, бил, да и убил.
Послал опять старуху — караулить козоньку. Вот и старуха покараулила и пришла домой. Старик вышел на крылечко, стал спрашивать: «Козонька, сыта ли, пояна ли?» — Коза опять говорит:
Я не сыта, я не пояна —
Я по горочкам скакала,
Я осиночку глодала.
Вот он, это, бил, бил старуху-ту, да и убил. И говорит: «Дай-ка я сам пойду покараулю».
Вот сам сходил покараулил, пришел домой да и стал спрашивать: «Козонька, сыта ли, пояна ли?» — Коза и говорит:
Я не сыта, я не пояна —
Я по горочкам скакала,
Я осиночку глодала.
Вот он козу-ту бил, бил да и убил. И сам-от пошел да с горя-то на осине и задавился.
7(82). РЕПКА (Звери-плакальщики)
Напечатано в Пермских губернских ведомостях
Жил-был старик со старухой. Есть у них было нечего. Вот старик и сдумал: «Посеем-ка, старуха, на баню репки!» — Вот они и посеяли репки.
Вот выросла репка. — Скоро сказывается сказка, да не скоро дело делается. — Старик сходил по репку и сеяли эту репку. — «Ну, теперь, старуха, ты поди — я ходил!»
А старуха-та была худа-худа, хвора.«Не полезти, — говорит, — мне, старик!» — «Ну, садись в мешок — я тебя подыму!» — Вот старуха и села. Поднял ее старик так-да-сяк на баню-ту. Нарезала она репки да и говорит: «Ну, старик, тогда меня спутай!»
Старик посадил ее в мешок, да и начал спущать. Спутал ее да и уронил. Вот он уронил ее, спустился с бани-то, поглядел в мешок-от: а старуха-та и душеньку отдала, до смерти убилась.
Вот старик и давай выть: жаль-то лее старуху-ту. Бежит зайчик да и говорит: «Ой ты, старик, не басковоешь! Найми меня!» — «Наймись, заюшка! Наймись, батюшка!» — Заяц и ну боботать над старухой-то.
Бежит лисичка: «Ой ты, заяц, не басковоешь! Найми меня, старичок: я мастерица выть-то». — «Наймись, кумушка! Наймись, голубушка!» — Вот она и завыла: «увы, увы, увы!..» — только и есть, боле ничего у ней не родится.
Бежит волк: «Старичок, найми меня выть-то! Что они навоют?» — «Наймись, наймись, волкушка: я репкой отдам!» — Вот волк и почалвыть: и-и-и! — заревел. Собаки-те в деревне учулида и залаяли. Люди-те набежали с бодагами — бить волка.
Вот волк схватил старуху на спину да и ну по дорожке — утащил в лес. Вот тебе и все кончилось, решилось.
8(89). ВОРОНА-КАРАБУТА (О неправом суде птиц)
Напечатано в Пермских губернских ведомостях
В невкотором царстве,
В невкотором государстве
Собирались, солетались
На зеленый на лужок,
Во единый во кружок.
Выбирали себе начальников —
Царя — бела лебедя,
Филина — губернатора,
Журавля — приказчика;
Синка — мелка рассылка,
Воробей — коморка,
Галка — с палкой,
Сорока — сотник.
Вороне-карабуте недостало чина.
Она полетела с этого совета,
Залетела в кабак,
Выпила вина на пятак —
Стала пьяна и хмельна.
Летела мимо кукушкина дому:
У кукушки дом новый,
Верх шатровый.
Ворона верх сломала,
Двери выставила —
Избу выстудила;
Детей перевязала
Да в голбецпобросала.
Опять полетела на сушину,
На самую вершину.
Кукушка домой прилетает,
Свой дом не узнавает: —
«У меня весь дом был новый,
Верх шатровый.
А теперь верху нету,
Двери выставлены —
«Изба выстужена!»
Дети отвечали:
«Ворона-карабута летела с совета,
Верх сломала,
Двери выставила —
Избу выстудила;
Нас перевязала
Да в голбецпобросала».
Вот сделали розыск:
Послали сороку-сотника,
Галку с палкой.
Воробья коморку.
Вот летят они искать.
Сидит ворона на сушине,
На самой вершине.
Галка палкой: тар-тарки,
А ворона-карабута: кар-карки!
Полетела ворона-карабута
Ко царю — белу лебедю,
К филину-губернатору,
К журавлю-приказчику.
Они судили да рядили,
Да на волю ворону и пустили.
Вот ворона полетела
К молодой вдовой солдатке.
Солдатка-та ткала пестрядь;
На эту пестрядь налетел ястреб.
Ворона-карабута накупила пестряди на штаны да на рубахи начальникам и раздарила.
Тут ворону обвинили,
Наказанье присудили:
Сделать топорик
Из игольного ушка
Да нарубить топориком
Три воза сырняка.
Судьи говорят: тар-тарки,
А ворона-карабута: кар-карки!
9(90). КОЗЕЛ И КОЗЛУШКА (Нет козы с орехами)
Напечатано в Пермских губернских ведомостях
Жил козел с козлушкой.
Козел пошел по лыка,
Коза — по орешки;