Меня всё ещё зовут Гудвин (СИ) - Корнев Павел Николаевич (читать книги онлайн полностью без сокращений .TXT, .FB2) 📗
Я пожал плечами:
— Можешь попросить, конечно, коньяк назад, но сдаётся мне, эльф скорее тебе скальпелем глотку вскроет, чем хотя бы бутылку вернёт.
— Нет-нет! — встрепенулся Арам. — Я совсем не об этом!
Я развернулся к нему и кивнул.
— Вот это ты правильно. Не стоит обижать того, кто из твоего живота пулю вынул и даже не спросил, как она там очутилась.
Джинн умоляюще прижал к груди ладони.
— Да у меня и в мыслях ничего такого не было, — уверил он меня. — Такого специалиста надо холить и лелеять! Кто знает, когда ещё доведётся к нему обратиться!
— Вот-вот! — усмехнулся я. — А ты у него коньяк забрать хочешь!
— Но я не хочу!
— Не хочешь, но выбора нет?
Арам закатил глаза.
— Речь вообще не о коньяке, Гудвин! Речь о машине!
— А что не так с машиной? — разыграл я недоумение, потом вздохнул, вернулся к дивану и опустился на стул. — Ты говори-говори, Арам, я тебя внимательно слушаю.
— Мы с тобой вдвоём на склад ездили?
— Вдвоём.
— Вдвоём от сторожа убегали?
— Ближе к делу!
— Мы вдвоём там были, Гудвин! Вдвоём! Ты мне врача нашёл, но и я тебя от сторожа увёз — получается, друг друга выручили! Так неужели справедливо, что я совсем всего лишаюсь? Машина четыре тысячи стоит: половину ты честно заработал, половина твоя. Но зачем мне оставшаяся половина? Забирай всю! А две тысячи отдашь, когда сможешь, торопить тебя с этим не стану. Всё как куплю-продажу с рассрочкой платежа оформим, комар носа не подточит. Так будет справедливо, разве нет?
Если разобраться, джинн меня даже особо нагреть не пытался, ведь за его рыдван я точно сумею выручить больше двух тысяч, а значит, в любом случае останусь в выигрыше. И я бы, наверное, даже усовестился и не стал выкручивать подельнику рук, если б только не дата составления генеральной доверенности, согласно которой Арам отдал мне автомобиль ещё в субботу. Получается, это не он меня тем злополучным воскресным вечером на склады продторга повёз, а вовсе даже наоборот.
Вроде бы мелочь, но такие вот нюансы иной раз решающими становятся. Теперь словам Арама куда больше доверия будет, если он вдруг возьмётся утверждать, что это моя инициатива была коньяком в обход официального снабжения разжиться. Ну или самое меньшее я из случайного участника хищения в полноценного соучастника переквалифицируюсь.
— Ох, Арам! — вздохнул я. — Да как же ты мог подумать, что я стану выкручивать тебе руки? Стыдно, друг мой! Тебе должно быть стыдно! Ну, договорились мы, что за риск и содействие ты мне машину отдашь, и что с того? Я ведь собирался тебя в больницу везти не для того, чтобы в милицию сдать, а исключительно из заботы о твоём здоровье! И я прекрасно понимаю, что любой на твоём месте что угодно пообещал бы, лишь бы только от пули избавиться и за решётку не угодить. И как я могу теперь требовать от тебя сдержать обещание? Нет, Арам, для меня дружба превыше всего!
Я сделал вид, будто собираюсь порвать генеральную доверенность, и джинн поспешил меня остановить:
— Не надо, дорогой, я тебе от чистого сердца машину отдаю! Просто такая ситуация сложилась, что иначе мне никак из долгов не выпутаться. Давай так: заплатишь полторы тысячи, когда сможешь.
— Пятьдесят рублей, Арам, — сказал я. — С тебя пятьдесят рублей, и будем в расчёте. Компенсируй мне расходы на починку дверцы, выправление мятого крыла и покраску, и я сразу же забуду обо всём, что случилось в тот вечер. И тебя забуду, никому и слова дурного о тебе не скажу. Могила!
— Гудвин, я ведь к тебе со всем сердцем! Я за полторы тысячи свою ласточку даже родному брату не уступил бы! И как — забуду? Мы же столько вместе пережили! Разве так можно?
— Нужно, Арам, нужно! — усмехнулся я. — Есть такая штука — инстинкт самосохранения называется. — Я достал из кармана и кинул джинну мятый кусочек свинца. — Я к тебе всем сердцем, просто не хочу из-за нашей с тобой дружбы однажды такую вот пилюлю в затылок заполучить.
Арам поднял с одеяла комочек свинца и недоумённо на него поглядел.
— Что это, Гудвин?
— Пуля, которую из тебя вытащили.
Джинн брезгливо скривился, потом нахмурился:
— Такая маленькая, да?
— В том-то и проблема, Арам. В том-то и проблема! — покивал я. — Двадцать второй калибр, при том что сторожам мелкашки не выдают. Да и кто там стрелять умеет? А тебя будто гуся на взлёте с тридцати метров первым же выстрелом подбили. Сторожа так делают разве? Где предупредительный в воздух, а? Почему на складе ревизию не провели при подозрении на хищение? Почему свидетелей случившегося не искали и рапорты не строчат? Почему слухов никаких не появилось? Есть какие-нибудь предположения на этот счёт?
Окажись здесь сейчас Юз, он бы точно, не выбирая выражений, потребовал у меня заткнуться, потому как кожный покров его пациента враз растерял насыщенный синий оттенок и сделался бетонным.
— Думаешь, нас там ждали? — выдавил наконец из себя посеревший джинн.
— Почему нас, Арам, если тебя? Да и к чему мне себе этим голову забивать? Я к тем складам и близко не приближался. Кладовщик твой будет молчать как рыба об лёд, стрелку тоже трепаться резона нет. Это твоя головная боль, Арам, не моя. Ты, главное, пятьдесят рублей за ремонт машины выдай, и разойдёмся как в море корабли.
Джинн откинулся спиной на подушку и шумно выдохнул.
— Подожди, Гудвин, подожди! Это что же получается? Это ж кто мог знать?
— Ты береги себя, Арам, — сказал я, поднимаясь на ноги. — Парочку бомбардиров заведи, не ходи один по вечерам.
— Нет-нет-нет! Меня же ограбить хотели, а не убить!
— Хорошо, если так, — усмехнулся я. — Но это твои дела, меня они совершенно не касаются.
— Не надо, Гудвин! Не надо так, мы ведь друзья!
— Какая-то у нас слишком односторонняя дружба получается. То ты меня на разборки с ифритами тянешь, то под пули подставляешь. Чего ради, Арам? Какой интерес играть в одну калитку?
Джинн вытер вспотевшее лицо, в которое понемногу вновь начали возвращаться краски, и сказал:
— Забирай машину, Гудвин! Забирай. Не стану я на тебя свои проблемы перекладывать. Не поступают так с друзьями. Как договаривались, так и сделаем. Мы ведь друзья! Если понадобится, я ведь смогу обратиться к тебе за помощью?
— Непременно обращайся, у меня всегда найдётся для тебя время!
И, пожелав Араму скорейшего выздоровления, я был таков.
Зря с барыгой связался? Снова по кривой дорожке пошёл? Горбатого только могила исправит?
Я решил поразмыслить обо всём этом как-нибудь в другой раз.

Глава 10
Десять
Следующим утром я встал пораньше и разобрался со всеми неотложными делами ещё до десяти, а в одиннадцать, как и было условлено, уже караулил Дарью у магазина.
Пешеходная улица не пустовала и с утра, но публика теперь сновала по ней совсем иного рода, нежели выбиралась сюда вечерами: никаких стиляг, никаких развязных девиц, никаких вызывающе модных иностранных туристов. Куда ни посмотри, лишь прилично одетая молодёжь да подчёркнуто обычные люди и нелюди старшего поколения. Кафе и рестораны отошли на задний план, на первый выдвинулись многочисленные магазины.
Мне бы подобные изменения точно по душе пришлись, если б только Дашка не опаздывала и холодный осенний ветерок насквозь не продувал.
«Куплю фуфайку, ля!» — решил я в итоге.
Ну а почему нет-то? Стоит три копейки и тёплая. Промокает только, но что тут у нас вообще не промокает? Куртки кожаные? Хорошо бы приобрести и носить со свитером, только тоже ведь дефицит. По крайней мере, я ничего такого своих размеров в продаже не видел.
Тут на боковой улочке остановилось жёлтое такси с шашечками, из него выбралась Дарья. Мы двинулись друг другу навстречу, я улыбнулся.
— Красиво жить не запретишь!