Меня всё ещё зовут Гудвин (СИ) - Корнев Павел Николаевич (читать книги онлайн полностью без сокращений .TXT, .FB2) 📗
Вот только ни черта подобного! Не иначе ещё и какие-то чакры дополнительные открылись: понял вдруг, что словами тут никого не пройму вне зависимости от убедительности приведённых доводов.
— Ну⁈ — рыкнул тролль за спиной. — Язык проглотил?
«Я спокоен!» — мысленно проговорил я, никак на реплику дылды не отреагировав: и начинать конфликт на пустом месте не хотелось, и всё своё внимание на троице обитателей лодочного сарая сосредоточил.
Вот кто у них решения принимает, а? Тот, который рот открыл, или один из парочки молчунов? Какая вообще у озёрных троллей иерархия? Ни хрена ведь об этом не знаю! И не только об этом, если уж на то пошло…
Мысли вновь вильнули куда-то не туда, заставил себя собраться и медленно, не сказать — заторможенно, произнёс:
— Пару недель назад ваша молодёжь наведалась на динамовский пляж и взяла там без спросу кое-какие вещички…
У ворот, через которые заглядывали в сарай представители той самой молодёжи, кто-то неожиданно тонко пискнул:
— Враньё!
Ну а потом, после едва уловимой заминки, за спиной рыкнул долговязый молодчик:
— Охренел, зелёный⁈ Ты наших детей в воровстве обвиняешь?
Я и не подумал обернуться.
— Взять без спроса и украсть — разные вещи, — продолжил я доносить до присутствующих свои соображения. — К тому же вопрос не в имуществе разинь, а…
Только — нет, интуиция не подвела: слушать чужака и в самом деле не стали. Резкий рывок за руку заставил мотнуться, будто тряпичную куклу, а после развернувший меня к себе дылда наклонился и бешено глянул сверху.
— Ты чего припёрся, ля? Тут воров нет! — зло выдал он. — Вали давай!
Озёрных троллей определённо ввело в заблуждение отсутствие клыков и показное дружелюбие — они приняли меня за стилягу, вот и не посчитали нужным проявить разумную при общении с орком вежливость. Ну или полагали возможным не считаться ни с кем вовсе: всё же схвативший меня за руку грубиян казался тощим исключительно в силу своего немалого роста, а на деле запросто мог скрутить в бараний рог и человека, и эльфа. Шутка ли — два с половиной метра в холке!
Тьфу ты! В макушке!
— Свалю! — покладисто согласился я. — Сразу, как только доведу до конца свою мысль…
Куда там! Дёрнули к выходу!
Но сдвинуть с места без малого полтора центнера костей, мяса и тренированных мышц не так-то просто даже настоящему богатырю — я упёрся и уже без благостной улыбки, пусть пока ещё и отнюдь не зло, произнёс:
— Для всех нас будет лучше… — но тем самым лишь ещё больше раззадорил ухватившего меня дылду.
— Я тебе сейчас гланды через жопу вырву, поганка зелёная! — взревел тролль.
И уж даже не знаю, что именно стало той последней соломинкой, которая переломила хребет моему внутреннему верблюду: несвежее дыхание, угодившие в лицо брызги слюны или противные смешки малолетних балбесов, но — щёлк! — и мир сделался красным!
Я резко подался к троллю и отточенным движением вколотил ему в солнечное сплетение правый кулак — сказались идеальная разница в росте, практически полное отсутствие жировых отложений оппонента и расслабленность его мышц. Пойманный на вдохе дылда замер с выпученными глазами, но хватки не ослабил и даже наоборот — ещё сильнее стиснул пальцы.
Боль в бицепсе оказалась отличным топливом для бешенства: когда двое из трёх троллей ринулись на выручку угодившему в переплёт сородичу, я наставил на них свободную руку и дал выход корёжившей душу ярости. Не пришлось даже пришпоривать её — просто спустил с поводка. Фас!
Кисть дёрнуло, пальцы свело судорогой. Электрический разряд угодил в уже вскинутый для удара гаечный ключ и, сыпанув искрами, перескочил с того на железную опору крыш. При этом пси-выброс не только вышиб инструмент из чёрной лапищи, но и заставил обезоруженного нелюдя крутануться на месте. Тот не устоял на подкосившихся ногах и уселся на задницу, его напарник шустро шарахнулся в сторону, а малолеток так и вовсе будто ветром сдуло, но зато отмер дылда. Свободной рукой он попытался ткнуть меня в лицо, а когда я перехватил жилистое запястье, не позволив коротким острым когтям выколоть глаза, оскалился и нагнулся, намереваясь укусить.
Зря! Я упредил это хищное движение ударом лба!
Боднул со всей дури, в кровь рассадив противнику губы, добавил второй раз уже в переносицу и для верности пнул коленом в пах, после чего тролль содрогнулся всем телом и неожиданно мягко стёк на пол.
Два удара головой встряхнули и заставили заколыхаться содержимое моей черепной коробки почище студня, в глазах помутилось, а из всех цветов в мире остался только красный и ещё какой-то другой, но самообладания я не утратил и, перехватив правой рукой шею оглушённого дылды, глотку ему не вырвал. Вместо этого рыкнул, не желая доводить дела до смертоубийства:
— Замерли все! Порву!
И — да, вполне был на такое способен. Пусть и находился не в лучшей своей форме, но боевой раж — это боевой раж. Потом скулил бы и подвывал от боли в потянутых мышцах, но размотал бы эту троицу с гарантией. Знал это наверняка. Снова, ля, интуиция прорезалась, не иначе!
— Замерли, кому сказано!

С орками бы такой номер не прошёл, но эти послушались и в драку не полезли. Пока — нет.
— Отпусти его! — потребовал тип с морщинистой физиономией — тот самый, который и разрешил мне изложить суть приведшего сюда дела.
— Ща глотку вырву и отпущу! — пригрозил я. — Хочешь? Нет? Ну и завали тогда хлебало! Говорить будешь, когда разрешу.
И вот уже этому требованию тролль не внял.
— Дети вызовут милицию, — предупредил он.
Я ответил широченной улыбкой.
— Вот и зашибись! Вот и пообщаемся! Только ваши детишки тогда на малолетку заедут, а им бы жить да жить!
— Они ничего ни у кого не крали! — чётко, размеренно и с точно выверенным нажимом заявил озёрный тролль.
— Судье расскажешь! — бросил я в ответ.
Тут очнулся и заворочался, а после и напрягся удерживаемый мной дылда, я чуть сильнее сдавил пальцами его шею, ограничивая приток крови к голове, а заодно шарахнул электричеством, как проделал в своё время на пляже с едва не утопшей гномихой — вот долговязый и задёргался иссиня-чёрной лягушкой, к которой подвели напряжение на уроке биологии!
— Хватит! — встревожился его морщинистый сородич. — Перестань! Говори, зачем пришёл!
Я оскалился.
— Да какая, в жопу, теперь разница, зачем я пришёл? Дела поважнее нашлись! Не видишь, ля, занят?
— Остановись! Пока ещё не поздно разойтись миром!
Тролль перестал стоять столбом и сделал по направлению ко мне едва заметный шажочек. На затылке разом зашевелились волосы.
— Ещё шаг, — угрожающе произнёс я, — и этот пряник на моё место в травму заедет. Поломаю, ля! Веришь?
Старший у троллей дураком не был и замер на месте как вкопанный.
— Краденое кому отдали? — резко бросил я, решив ковать железо, пока горячо. — Выкладывай, пока малолетние балбесы и впрямь ментов не вызвали!
Но тут совладал с судорогами обезоруженный пси-выбросом тролль. Он сипло втянул в себя воздух и с ненавистью заявил:
— Сколько ты способен продержаться под яростью, орк? Отходняк начнётся — утопим!
Я в ответ ухмыльнулся, выставляя напоказ подпиленные клыки.
— Дядя, ты совсем дурак? Я не под яростью, я просто по жизни злой! Зря вы быканули, ох зря!
Местный авторитет вздохнул.
— Не прикидывался бы стилягой — мы бы и не начали!
— То есть это я виноват, что вы лоханулись?
— Ты в наш дом пришёл, не мы к тебе.
— Вы на мою землю пришли, когда на пляже отдыхающих обчистили, — выдвинул я, как мне показалось, вполне обоснованное возражение. — Нагадили, и у меня теперь через это проблемы. Так что либо разрулим, либо придётся ответить.
— Много на себя берёшь, зелёный! Понимать должен, что больше не в своей дыре живёшь. В городе совсем другие правила!