Оторва 13 (СИ) - "Ортензия" (книги бесплатно читать без .TXT, .FB2) 📗
Разумеется, они дружно упёрлись в меня, причём основная масса раскрыла рты от удивления.
— Заблудилась? — выкрикнул кто-то из толпы, — или тоже готовишься сдать на водолаза?
Я обвела весь зал взглядом, разыскивая знакомые лица. Мало ли, а вдруг кто-то случайно затесался. Всего их было человек сто, и занимали первые пять рядов. Не полностью, и между ними имелись свободные места. Но даже то, что многие стали приглашать, хлопая по спинке сидений, устраиваться среди мальчишек не хотелось, поэтому я не ответила, а прошагала до седьмого ряда и уселась точно в центре.
До начала было ещё минут десять, чем пацаны и воспользовались. Сначала поднялся один и, скользнув мимо своих товарищей, уселся на свободное кресло по правую руку от меня.
— Привет, — сказал он, — меня зовут Гена. Я из Саратова. А ты действительно тоже будешь сдавать экзамен на аквалангиста?
Ответить я не успела. Буквально через несколько секунд и левая сидушка оказалась оккупирована таким же неофитом.
— Привет, — сказал второй, — я Андрей, а тебя как зовут?
Всё-таки стоило сделать макияж лучше. Вряд ли бы они полезли ко мне, если бы увидели взрослую женщину.
Я и в этот раз не ответила. Это словно послужило сигналом, и ещё десятка два мальчишек вскочили со своих мест. Громко загрохотали скамейки в зале, и ещё через минуту они расселись вокруг меня, причём половина из них не стала утруждать себя обходом, а полезли через кресла.
В этот момент и появилась Нина Васильевна.
Учитывая, что добровольные слушатели глазели на меня, её увидела только я. И с того места, где она стояла, это должно было выглядеть феерично.
— Что происходит? — спросила Нина Васильевна.
И вроде вопрос задала пацанам, но взгляд её упирался именно в меня. Сама виновата. Если знала, кто будет присутствовать и для кого лекция предназначена, какого чёрта нужно было звать меня? Для разнообразия?
Но пацаны мгновенно успокоились, словно строгий учитель вошёл в класс. Вскочили на ноги и замерли. Дрессировка — высший класс. Я одна осталась сидеть, благо была полностью прикрыта.
Когда все расселись, Нина Васильевна поднялась на сцену, села на стул и около минуты нас разглядывала.
— Ева, — сказала она, закончив размышлять, — пересядь на первый ряд передо мной. И все остальные. Зачем забрались так далеко? Я ведь говорила: первые пять рядов занимать.
Мальчишки после того, как я пересела, были совершенно не против вновь оказаться на своих местах, но, как ни странно, справа снова оказался Гена, а слева — Андрей. Словно лидеры отдельных группировок.
— Итак, — сказала Нина Васильевна, когда все успокоились, — многие из вас желали узнать, что подвигло меня стать первой женщиной-водолазом. Как при своей хрупкости я могла работать под водой в водолазном костюме, который был гораздо тяжелее меня?
Мои брови машинально поползли вверх. Я-то думала, она собиралась рассказать нечто, касающееся погружений и прочего, но Нину Васильевну, вероятно, волновало это меньше всего.
Она сначала вспомнила про Ладогу и как доставали продовольствие с затонувших автомобилей, а потом — как укладывали бронированный кабель по дну озера, чтобы обеспечить связь с командованием Ленинградского фронта.
Всё это я читала, и, если бы мне предоставили слово, могла бы поведать лучше рассказчицы.
Гена положил ладонь мне на колено, словно невзначай, и одним пальцем принялся поглаживать. Нина Васильевна этого со сцены видеть не могла, но вот друзья смельчака головы едва не свернули, чтобы не пропустить такой момент.
— Лапку убери, — прошептала я, но Гена сделал вид, будто его это не касается.
Нина Васильевна, вероятно, заметила, что мальчишки стали шушукаться, но, вероятно, отнесла это на свой счёт, решив, что будущие водолазы прониклись её словами. Поэтому, не обратив внимания, перешла на следующий эпизод из своей славной биографии.
Она стала рассказывать про Свирскую ГЭС.
Я знала про этот эпизод, как и про многое другое, вот только я знала, как всё было на самом деле и что на Свирской ГЭС в тот день её не было.
Лучше бы я осталась в номере и не слушала её героический рассказ, но, вероятно, тут совпало и то, что молодой балбес, сидевший справа, не желал угомониться.
И только когда Гена вскрикнул, свалившись на колени передо мной, а я продолжила выворачивать ему ладонь, Нина Васильевна подпрыгнула на своём стуле.
Я толкнула мальчишку ногой в плечо, отпустив его руку из захвата, и, поднявшись, пошла к двери, совершенно не обращая внимания на крики за спиной и уж тем более на вопли Нины Васильевны.
Да и, если честно, я почувствовала усталость. Целый день за рулём мотоцикла, и тут ещё смотреть, как крепчает маразм, мне не хотелось.
Ясно было, что Пименова это так просто не оставит, но я знала, чем ответить ей, если внезапно начнёт палки в колёса вставлять, поэтому не особо переживала. Смыла макияж и, приняв душ, завалилась спать.
Но то, что произошло утром, мне даже в дурном сне не могло прийти в голову.
Глава 32
Проснулась едва-едва забрезжил рассвет и сразу поняла, что в комнате нахожусь не одна.
Скорее почувствовала. Приподнялась, закутываясь в простыню так, чтобы можно было сразу дать отпор.
— Ева, — раздался шёпот от дверей балкона.
Я его не закрыла, учитывая жару, а кондиционеры в номерах не были предусмотрены. Так хоть от моря дул прохладный ветерок.
Было ещё слишком темно, чтобы опознать нежданного гостя, который умудрился забраться на третий этаж. Только силуэт в проёме дверей.
— И кто ты и зачем тут? — спросила я, сбрасывая ноги с дивана.
— Это я, Андрей, — проговорил парень, — помнишь меня?
Лидер второй группировки. Вероятно, решил, что раз я конкурента отшила, так ему — прямое приглашение. Так вроде не двадцать первый век, а в СССР, да ещё в 77 году: комсомольцы были напрочь правильными. Танцы на пионерском расстоянии, поцелуй на тридцатом свидании в щёчку и уж никак не вламывались ночью к практически незнакомой девушке.
Я полистала файлы в голове, пытаясь отыскать нечто подходящее в старых фильмах.
«Девчата». Прямое доказательство моих мыслей, хотя это где-то в шестидесятых. «Школьный вальс» с Цыплаковой. Смотрела фильмы с её участием только по одной причине: моему отцу она нравилась, и однажды они даже пересеклись в Питере. В смысле, в Ленинграде. Он был в командировке и заскочил к знакомым, которые в тот момент отмечали день рождения. Вот там он и встретился с Леной. Дома даже фоточка была, на которой они были вдвоём: молодые, красивые. Мама не ревновала, а только иногда подтрунивала над отцом, говоря, что любовь его жизни стала ужас какой толстой и как бы он, если бы женился на Цыплаковой, её воспринимал.
Но в фильме был конец десятого класса, и они встречались уже давно, а не с бухты-барахты. И героиня Цыплаковой сама его привела, то есть и этот вариант не подходил.
И тут вспомнила: «Семь невест ефрейтора Збруева». Он ещё в семидесятом году снимался, и там герой Семёна Михайловича именно вломился через окно к Наталье Варлей с дурным умыслом. А она на тот момент в квартире была не просто не одна, а со своим законным супругом.
Ну то есть были такие ухари, которые думали, что стоит им, как говорил Юрий Яковлев в одном культовом фильме, залезть в окно к понравившейся девушке, и она растает от умиления.
Может, какая и растает, но я бы посоветовала сначала поинтересоваться у самой девушки: она снегурочка или выточена из стали, а то можно случайно не на ту нарваться. К тому же Андрюша был свидетелем сцены в клубе и по факту мог сообразить, что девочка не желает знакомиться.
— И чего тебе нужно? — спросила я, решив изначально расстаться с героем-любовником по-хорошему.
— Поговорить, — сказал он и сделал шаг в комнату.
— Время пять утра, — ответила я. — Я не выспалась и очень злая. Поэтому могу дать единственно правильный совет: выйди обратно той дорогой, которой пришёл.
