Узкие улочки жизни - Иванова Вероника Евгеньевна (бесплатные онлайн книги читаем полные .txt) 📗
Женщина с облегчением расслабляет плечи. Бумаги – предмет хорошо знакомый и понятный. Якорь брошен. Первый, но, вполне вероятно, не последний.
Договор коротенький, всего несколько абзацев текста, крупного и хорошо читаемого, потому что прятать за сносками нам нечего.
«…Заказчик поручает, а Исполнитель обязуется оказать консультационные услуги по вопросу, тему которого Заказчик вправе выбирать без любых ограничений. По желанию Заказчика и при отсутствии обоснованных возражений у Исполнителя результат консультаций может быть выражен в устном, письменном и/или предметном виде. Обоснованными считаются только возражения, подкрепленные ссылками на возможное нарушение Исполнителем действующего законодательства…»
К примеру, порнографию мы не распространяем. Физически устранять живое препятствие на пути счастья клиента тоже не станем. Насчет морального уничтожения врать не буду: за мою практику не случалось ни разу, но в список договорных запретов подобное действие не входит, а значит, подразумевается, пусть и лишь в исключительных случаях. Зато все остальное – пожалуйста, исполним. В наилучшем виде.
«…Заказчик обязуется выплатить Исполнителю за оказание консультационных услуг оговоренную сумму и погасить сопутствующие выполнению предмета договора расходы. Погашение производится по представлению Исполнителем соответствующих подтверждающих документов и обоснования произведенных расходов…»
Проездные билеты, скажем. Или счет из ресторанчика, где мы коротали время в ожидании чего-то или кого-то.
«…Заказчик вправе отказаться от принятия и оплаты конечного результата, если к моменту выполнения предмета договора цель, преследуемая Заказчиком, потеряла свою актуальность…»
Проще говоря, если человек передумал, мы не возьмем с него лишних денег. Поэтому за время выполнения договора стараемся наесться вдоволь! Шучу. Правда, в моей шутке, не буду лукавить, прячется немалая толика правды. Случалось такое. Нечасто за время моей работы в салоне – в конце концов, всего несколько лет прошло, как я познакомился с леди Оливией, – но случалось. Иногда человек честно говорит: передумал, извините за беспокойство. Иногда отказывается от итога нашей работы из скупости и сквалыжности. Но самая распространенная причина отказа – страх. Да-да, именно он. Ведь чтобы встретиться с собственным счастьем, нужно набраться изрядной смелости.
«…Исполнитель не несет ответственности за использование Заказчиком результата выполнения договора после подписания Акта сдачи-приемки…»
Что пожелаете, то и творите. Можете выкинуть, можете продать, можете… Сделать все, что фантазия подскажет. Но мы к вашим действиям уже не имеем ни малейшего отношения. Ни-ни. Жалобы и угрозы не принимаются.
«…Исполнитель обязуется сохранять конфиденциальность полученных от Заказчика сведений, необходимых для выполнения предмета договора, до окончания календарного срока жизни Заказчика…»
Звучит жутковато, но пункт очень важный. Пока клиент не отойдет в мир иной, ни одна живая душа не узнает, зачем он приходил в салон «Свидание» и с чем ушел от нас: с исполненными желаниями, а может плача или задыхаясь от бессильной ярости. Нам не нужны чужие тайны. Своих хватает. Но делиться вашим сокровенным мы ни с кем не станем. Ни под каким предлогом. Все узлы и печати разрубает лишь смерть. Амен.
«…Реквизиты Заказчика… Реквизиты Исполнителя…»
А вот это обязательное условие, потому что мы – честные налогоплательщики и, если получаем за свою работу денежные средства или иное вознаграждение, отчитываемся за него перед налоговыми службами без утайки.
Поскольку текст договора не содержал ничего предосудительного и заковыристого, женщина, прочтя предложенные бумаги ровно два раза: первый раз бегло, второй – более внимательно, слегка приподняв брови и задержавшись на пункте о «праве отказаться», поставила под обоими экземплярами свою подпись и обратилась ко мне:
– Могу я попросить вас заполнить последний пункт? У меня мало времени и…
– Разумеется, как пожелаете.
Мне не составит никакого труда переписать номера страховых свидетельств и паспортные данные из любезно раскрытого и развернутого в мою сторону ежедневника. А заодно поможет не слишком внимательно прислушиваться к разговору, благо Ева уже настроилась на работу.
– Мы вас слушаем, – приглашающе кивнула леди Оливия.
Женщина, носящая имя Кларисса Нейман, как следовало из предоставленных документов, глубоко вдохнула, задержала воздух в груди на время, необходимое, чтобы собраться с духом, и приступила к описанию проблемы:
– В ближайшее время я собираюсь сделать очень важный шаг в своей жизни. И я хотела бы быть уверенной, что он не принесет мне бед больших, чем можно ожидать.
– Ваше желание понятно и заслуживает уважения. Позвольте уточнить: насколько ближайшее время?
– В течение недели.
– Вы можете сказать, что именно собираетесь сделать?
Кларисса сжала губы, и сеточка морщинок вокруг рта подтвердила зрелый возраст клиентки.
– Я собираюсь выйти замуж.
– Надеюсь, по исполнении договора вас можно будет поздравить. Но если вы пришли сюда, имеются некоторые сомнения, верно?
– Имеются, – еле заметно качнулась строгая линия каштанового каре.
– Вы не уверены в своем выборе?
– Неловко признаваться, но… У меня мало опыта в отношениях.
Хммммм. В идеале, наверное, следовало бы использовать традиционное «омммм», но индийские мотивы на деловых переговорах в центре Европы – непозволительная экзотика, а сосредотачиваться нужно, что называется, в предельно сжатые сроки.
«Я боюсь. Просто-напросто боюсь. До одури, до дрожи в коленках. Если не получится, лучше будет навсегда оставить любые надежды. Я просто не выдержу. Я устала быть одной, мне нужно так мало… Но даже ничтожную часть этого «мало» невозможно купить за деньги. Если бы все было так просто! Эти люди… Говорят, что они умеют делать свое дело, и нет причин не верить, тем более бумаги составлены грамотно. И все же… Нет, решено. Доведу дело до завершения. Хотя бы для того, чтобы убедиться…»
Мало опыта? Скорее его было много и сплошь неудачный. Не люблю спонтанно читать клиентов, но в девяноста процентах случаев не могу себя контролировать, если мысли лежат на поверхности и настолько ясны и отчетливы. Женщина волнуется, очень сильно, не без причины, следовательно, душеспасительная беседа не поможет. Нужно будет заниматься ее случаем всерьез. Впрочем, решает хозяйка, а я всего лишь претворяю в жизнь ее решение.
– Что именно вы хотите получить от нас?
– Говорят, вы можете сделать… нечто вроде амулета.
– Вам необходимо именно предметное воплощение?
– Если это возможно.
Леди Оливия кивнула:
– Никаких трудностей. Итак, если я правильно понимаю, в наши обязанности входит сделать все возможное, чтобы ваша жизнь в браке проходила без лишних… осложнений?
– Да, вы верно поняли.
– Необходимость свадьбы окончательна и бесповоротна?
Плечи Клариссы вздрогнули. Ответ последовал не мгновенно, но прозвучал на редкость твердо:
– Да.
– Свадьбы именно с тем человеком, которого вы выбрали?
– Да.
Второе подтверждение оказалось еще увереннее первого, что меня совсем не удивило. Судя по настроению женщины, она или по уши влюблена, или не видит для себя другого будущего. Страсть ли, холодный расчет – иногда между ними нет никакой разницы. И первая, и второй жизненно нуждаются в достижении поставленной цели.
– Моим коллегам нужно будет взглянуть на вашего избранника. Никаких разговоров с ним, намеренных или случайных, вестись не будет, только наблюдение со стороны. Вмешательства в его или вашу личную жизнь также не будет проводиться. Но для более успешного выполнения договора, сами понимаете…
– Разумеется! – не дослушав, согласилась фройляйн Нейман.
– Где и в какое время мы могли бы осуществить наблюдение? И в ваших и в наших интересах, чтобы это было людное место. Во избежание напряженности.