Ведомости Бульквариуса 4 (СИ) - Михайлов Дем (читаем книги онлайн бесплатно полностью .TXT, .FB2) 📗
Пока она изучала мои будущие приобретения, я откровенно наслаждался её чуть усталой за день красотой. Белоснежное платье подчеркивало все что нужно подчеркнуть, не переходя при этом границы приличий и отчетливо демонстрируя, что если она и не замужем, то не по причине недостатка или изъяна внешности. С внешностью у Хва-Бэнти все было в полном порядке… бездонные глаза, изящная длинная шея, чуть скрытая нарочито выпавшими из высокой прически темными локонами… вздрогнув, я с трудом отвел глаза и, кашлянув, повернулся к владельцу магазина… только чтобы обнаружить что он сместился куда-то в сторону, видимо решив дать нам договорить и начав обслуживать других покупателей.
— Интереснейший выбор книг — тихо произнесла девушка — Особенно необычна та, что сверху… жесточайшее чтиво… и я пока не смогла дочитать до конца, хотя и владею таким же экземпляром.
— М?
Я глянул на раскрытую книгу, ту, что я схватил не глядя, ради маскировки своих истинных намерений и обнаружил на развороте сцену, где стражника ахилота пронзает шипастыми лапами огромный боевой паук. А на заднем плане другой стражник пронзает еще одного паука огромным гарпуном с пылающим термитным наконечником. Нарисовано было максимально реалистично… аж дрожь берет. Б-р-р… надо же было так неудачно открыть.
— Вас интересует эпоха паучьих войн, господин Бульквариус, когда весь океан помутнел от пролитой крови?
— Интересует — кивнул я, не соврав ни единым словом.
Аккуратно закрыв книгу, я провел ладонью по темному кожаному переплету и кивнул еще раз:
— Да… меня интересует эпоха паучьих войн.
— А что еще? Что еще читаете, господин Бульквариус?
— Хм… не так-то просто и перечислить… я стараюсь охватить как можно больше различных сфер в чтении. Финансы, история мира подводного и сухопутного, снова финансы, но при этом стараюсь читать не сухие сведения, а истории, рассказанные теми, кто создал свои империи сам, кто начинал в низах и преуспел. Также я читаю биографии великих…
— Ахилотов? Людей?
— Не делаю различий — подняв руку, я постучал себя указательным пальцем по виску — Да внешне мы отличаемся… порой разительно… но я считаю, что вот тут мы одинаковы, госпожа Хва-Бэнти. Ведь независимо от того какого мы роста, как выглядим внешне, сколько у нас рук или лап, живем мы в лесах, обитаем на мелководье или ползаем по дну самых глубоких подводных бездн… независимо от всего этого в первую очередь мы создания мыслящие. Думаю, ахилоты пишут свои книги, люди свои… но есть ли разница зажато писчее перо в пальцах перепончатых или нет, а может даже удерживается щупальцем или когтями… ведь слова и предложения пишутся разумом, а тело… тело лишь выполняет его приказы.
Тишина…
Она пристально смотрит мне в глаза. А я пытаюсь сообразить какого вообще черта морского я ей выдал вот это все что, к моему собственному удивлению, гнездилось где-то у меня в мозгу.
— Глубокие мысли — наконец изрекла он — Очень глубокие…
М-да…
Прозвучи такие вот прохладные слова на свидании и можно смело делать вывод, что романтикой там больше и не пахнет, а в его итоге все разойдутся в разные стороны. Как хорошо, что у нас тут не свидание, а просто случайная встреча и диалог о литературе…
Я смущенно улыбнулся:
— Прошу прощения, если был излишне многословен.
Может мне общения не хватает? Ну не делового, а такого чтобы по интересам так сказать или просто по душам. Поэтому и выплеснул внезапно…
— Я люблю многословие — уголки чувственных губ чуть изогнулись в легком намеке на искреннюю улыбку.
И вот эта прекрасная девушка до сих пор без мужа? И это её называют за глаза Хваткой Бесплодкой? Поразительно…
Не верю…
Наверняка кто-то есть — тайный любовник, а может и не особо тайный. Ну или там стадия воздыханий и безмолвных серенад под забором — а безмолвных, потому что семья не из простых и любому певцу быстро втолкуют, что не у того забора он вздумал кошаком подводным завывать трагично…
— Пауки… — сказала она, продолжая стоять в шаге от меня, скрестив руки под грудью так, словно обнимая сама себя — Что думаете о пауках, господин Бульквариус?
— Вы о разумных?
— О да. Именно о них. Не о обычных насекомых. И да, я знаю, что на самом деле они членистоногие хелицеровые… или многоколенчатые, если уж мы говорим о пауках морских… Но я говорю именно о разумных пауках, о тех, кто живет среди нас ахилотов, являясь одной из разумных подводных рас…
— Ответ по настоящему сведущей леди — улыбнулся я — Вас интересует мое мнение о ком-то из них или…
— Что вы думаете обо всей их многоногой расе, господин Бульквариус?
— Ну… я лично знаю нескольких пауков. Однако знаю не так долго, чтобы у меня создалось хоть какое-то впечатление. И опять же разве можно по нескольким из расы судить по всей расе? Посему я могу высказать мнение лишь о ком-то конкретном, если вас, госпожа Хва-Бэнти, интересует именно он и я знаком с ним лично… вы планируете вести дела с кем-то из пауков?
— А вы ведете с ними дела, господин Бульквариус?
— Случается — признался я — И не вижу в этом ничего дурного.
— Войны с пауками привели к чудовищным последствиям для всего подводного царства… мы до сих пор не оправились и не вернули себе и половины былого могущества. По сию пору многие подводные королевства пребывают в руинах…
— Но ахилоты победили.
— Да… и заплатили очень высокую цену. Моя семья происходит из одного из таких ныне разоренных небольших королевств далеко к северу. Моим предкам пришлось бежать — тем, кто не мог сражаться. Остальные подняли гарпуны и встретили смерть достойно…
— Приношу свои искренние соболезнования. Терять близких — всегда тяжело.
— Вам приходилось терять кого-то?
— Отца и мать — коротко и без улыбки ответил я — Да, мне приходилось терять близких.
— Мои соболезнования, господин Бульквариус.
— Благодарю от всей души, госпожа Хва-Бэли…
— И пусть разумные пауки ныне живут среди нас… разве можно верить тем, кто поедал нас будто промысловую рыбу?
— Я пока не могу дать вам никакого ответа. Поэтому я и покупаю книги о прошлом, чтобы добавить к ним позже свои личные знания о настоящем и… быть может составить какие-то предположения о будущем…
— И снова — очень глубокие слова, господин Бульквариус. Я запомню их. И даже запишу.
— Вы слишком добры к моим мысленным скромным возможностям…
— Чай? Кофе?
— А?
— Кофе — она решительно кивнула и взмахом руки указала на дверь — Я бы выпила пару чашек кофе за увлекательной беседой с умным джентльменом… если меня угостят этим кофе.
Встрепенувшись, я часто закивал:
— Прошу прощения! Порой я такой… — мой взгляд упал на дубовую стойку — Порой я такой дубовый, что самому стыдно. Благодарю за оказанную мне честь, госпожа Хва-Бэли — я с великой радостью угощу вас кофе!
Мне показалось или она сама смущена? Это ведь не едва заметный румянец смущения на её щеках?
Отбросив глупые мысли, я торопливо оплатил покупки — семь золотых монет! Проклятье! Надо же было сцапать для прикрытия столь дорогие книги! Дождавшись, когда мне все уложат в сумку, повернувшись, одарив меня волной тонкого аромата, она сообщила:
— Неподалеку есть милая кофейня и можно посидеть за столиком прямо на улице.
— Отлично!
Ну да — никто со мной нигде уединяться не будет, надо соблюдать приличия — а «местные» преимущественно ведут себя весьма сдержанно. И незамужней девушке из богатой семьи важно сохранить свою репутацию столь же белоснежной, как и её платье.
— Правда ли что вы награждены нагрудным знаком Чистосердие Приглубья третьей степени? — неожиданно спросила она, пока мы шли к выходу.
Едва не споткнувшись, я ответил утвердительно:
— Это так.
— Почему не носите на груди? Из скромности?
— И поэтому тоже — хмыкнул я — Храню бережно, наградой дорожу, но стараюсь не привлекать к своей персоне слишком уж много внимания.
— Нагрудный знак может помочь во многих делах…
