41ый год (СИ) - Егоренков Виталий (лучшие книги без регистрации .txt, .fb2) 📗
— Эй, Админ, вертай меня скорее обратно. — заорал я Голосу. Учитывая отсутствие рта и глотки, только мысленно.
— Вы хотите возродиться в точке гибели немедленно? — педантично уточнил тот.
— Да!!!
Предыдущее тело незаметно для аборигенов исчезло (к сожалению вместе с прежним ППД, а я, вновь возрожденный хрипло зашипел от боли.
— Вы как, товарищ старшина? — озабоченно спросил меня, подошедший солдат с роскошными как у Буденного усами.
— Не дождутся!!! — ответил я с кривой усмешкой, но уже вполне бодро. — Тебя как кличут, боец?
— Мне почудилось, что вам немчура прямо в грудь засветил, — удивленно заморгал глазами усатый. — А кличут меня Бровкин Иван Брониславович, товарищ старшина.
— Мне тоже, — я рассмеялся. — Едва портки не испачкал. — я хлопнул ладонями по брюкам. — Прикинь, как бы смотрелся обделавшийся командир. Но повезло — все пули мимо прошли.
— На войне обделаться не страшно, товарищ старшина, — мудро ответил красноармеец, усмехаясь в усы, — страшно умереть глупо и бесполезно.
Я вскочил на ноги и крикнул пленным:
— Товарищи бойцы, берем фрицев, их оружие, вещички и все шустро валим в лес. Пока новые гансы не набежали.
По пути к нашему сборному лагерю я по возможности оббежал всех освобожденных, быстро расспрашивая об обстоятельствах попадания в плен и о настроении.
Бардак и паника в частях Красной армии на фронте пока, к сожалению, продолжали нарастать.
Солдаты осторожно жаловались на свое командование, отсутствие запаса боеприпасов, полное господство немецких самолетов в воздухе.
Я старался ободрить бойцов, говоря, что образовав партизанские отряды, будем бить немцев днем и ночью, но главное в спину, исподтишка и малой кровью.
В этот раз среди пленных командного состава не оказалось. Начали сортировать гансы пленных, или просто так вышло?
Приведя бойцов в лагерь и приказав распределить между ними пайки из вещмешков шестерых охранников, я снова собрал офицеров и спросил:
— Товарищи командиры, кто из вас готов получить людей под свое командование и идти бить фашистских гадов отдельно от нашего отряда? Помните я говорил о необходимости делиться на более мелкие отряды чтобы не привлекать излишнее внимание?
Все как один высказали свою готовность бить гадов, но капитан, которого я брал с собой на освобождение пленных, проявил больший энтузиазм:
— Разрешите мне!
Я обратился к нему:
— Товарищ капитан, если вы получите отряд в пятьдесят человек, то что будете делать?
Капитан на минуту прикрыл глаза, подумал и стал отвечать:
— Наверное, все-таки постараюсь пробиться к своим, но… не сразу. Ваш намек про трибунал я услышал. Двигаться буду медленно и аккуратно. Постепенно постараюсь вооружить всех бойцов оружием. Буду нападать на небольшие одинокие цели.
Если попадется железная дорога, постараюсь разобрать пару десятков метров путей. Постараюсь искупить позор плена кровью… кровью фрицев, разумеется.
— Отлично, товарищ капитан. Тогда отбирайте себе 50 бойцов, отдам вам один немецкий пистолет-пулемет, пять винтовок и три гранаты. — сказал я ему и протянул ему руку.
Он без колебаний пожал ее.
Спустя полчаса капитан с бойцами покинул наш лагерь и ушел на восток.
В последующем я узнал, что его группе довольно долго везло куролесить по немецким тылам. По пути он уничтожил несколько грузовых машин с ценным грузом и парочку мотоциклистов, после чего смог освободить группу пленных под сто человек.
Пользуясь моим советом капитан разделил выросший отряд на три части. Две из них довольно скоро попали под удары немецких подразделений из СС по борьбе с партизанами и, к сожалению, погибли, а третья с самим капитаном почти год успешно тревожила тылы гитлеровцев пока не вышла к нашим войскам.
Капитана и его людей почти не мучили в НКВД, всего неделю допросов, а потом в полном составе довооружили и сбросили на парашютах в немецкий тыл. Людей с таким опытом отправлять в штрафбат это все равно что микроскопом гвозди забивать.
Ко мне подошел майор, принявший командование в лагере в мое отсутствие (до плена майор, а фамилия его была Петренко, занимал должность зампотыла пехотного полка, незаменимый в армии человек):
— Товарищ старшина, нужно что-то срочно решать по питанию личного состава. А то народ от бескормицы падать скоро начнет.
— А то я не знаю, товарищ майор, самому жрать так сильно хочется, что хоть фрицев сырыми жуй. — ответил сердито
Тут я хлопнул себя по лбу, вспомнив, про схрон трофейной тушенки, созданный мною вместе с Мухиным, Ивановым и Петляевым.
Я мысленно потратил один вопрос и выяснил у Голоса, что до него нам идти всего пятнадцать километров. Перед моим взором возникла незримая для других стрелка, указывающая направление.
Глава 9
Эпизод 9
21.00 24.06.41
Вечерело, но стоял июнь, было светло, и до темноты можно успеть пройти еще не один километр. Однако, по совету бывалого лесовика, сержанта Маркова решили отложить поход до схрона на раннее утро.
— Тут и ясным днем, товарищ старшина, найдется увалень, который умудрится на ровном месте себе ногу сломать или растянуть, а уж по темноте можем больше народу покалечить чем в бою. — так он сказал, и был прав.
— Всем спать, завтра спозаранку пойдем до еды. — крикнул я бойцам, — боевая группа ко мне.
— Товарищ старшина, — попросил майор, — вы с собой командиров берите, хотя бы в качестве наблюдателей, или вторыми номерами на имеющееся оружие. Пусть учатся вашему партизанскому методу.
Было очевидно, что успешное освобождение еще одного отряда пленных убедило его в необходимости расстрела сбрендившего полковника.
— Хорошо. Товарищи командиры, вы тоже с нами на задание. Будете перенимать тактику, заодно покритикуете если что.
По пути к дороге я толкнул офицерам еще одну короткую речь для правильной эмоциональной накачки:
— Как вы должны знать из истории, товарищи командиры, был такой великий полководец Наполеон, родом из Корсики, он стал императором Франции и настоящим гением на поле боя, в сражениях побеждал практически любого противника, но ничего не смог сделать ни с русскими партизанами, ни с испанской герильей.
Его гигантская армия сгинула в России почти целиком, как кусок сахара в чае, во многом благодаря партизанам, перерезавшим линии снабжения и коммуникации. — я почти физически почувствовал, что наконец-то сумел достучаться до всех командиров, что теперь они действительно начнут думать как воевать эффективно, а не будут бездарно бросать солдат под немецкую технику.
Мы вышли к краю дороги, я и оставшийся из капитанов с исконно русской фамилией Зимбельманн как основные боевые единицы сели за деревьями рядышком, а солдаты с винтовками и запасные с гранатами расположились справа и слева, страхуя нашу двойку.
Прежде чем все расположились по своим местам я трижды повторил, что начавшему стрельбу без команды вобью бревно в… в общем этот нехороший человек будет серьезно наказан.
Первой же целью оказалась еще одна группа пленных. Человек под сто, охраняемая всего четверкой немцев.
Я едва не махнул рукой команду «отбой». Куда мне еще столько человек? И так большая орава скопилась, голодная и безоружная. Немцы сами их пленили, пусть сами и кормят.
Остановила меня мысль, что это наши люди, пусть и из параллельного мира. А русские друг друга не бросают. Да и мои бойцы не поняли бы меня, если бы мы не освободили товарищей из плена.
— Огонь, — крикнул я, и наш отряд стал богаче на 1 МР38, три винтовки, пять гранат и еще сотню голодных солдат, включая двух лейтенантов.
По уже отработанной схеме я загнал освобожденных бойцов на сто метров в лес, распределил пайки охранников между новичками. Каждому всего по крошке, но хоть лишний день позволит не сдохнуть.
Новичкам я толкнул короткую пятиминутную речь про наш новый партизанский быт, который позволит им смыть позор плена. Кровью… немецкой…
