Жизнь с нуля в альтернативном мире. Том 1 (СИ) - Бурдин Дмитрий (книга бесплатный формат TXT, FB2) 📗

«А, понял, жизни учит… Всё делать по инструкции и куё-моё. Знали бы вы, кто перед вами… я и ток — это одно и то же».

— Почему? — спросил я чисто ради приличия и уважения к старшим.

— Потому что мы делали всё по уму. Не по ПУЭ — ПУЭ это уже потом. По совести. Каждый контакт — на совесть. И если ты в бригаде схалтуришь — тебя не уволят. Тебя побьют. Свои же. И правильно сделают.

— Спасибо за информацию, — спокойно сказал я.

Но ему было мало.

— Я вот смотрю на тебя и вижу умный взгляд. Знаешь, у кого такие глаза были? У моего старого начальника отдела, Николая Петровича Громова. Царствие ему небесное.

Аминь.

— … он пришёл в энергетику в сорок восьмом, с фронта. Прошёл всю войну, от Москвы до Берлина. И вот он как смотрел? Так, будто уже всё видел. Будто ему сто лет, а не пятьдесят. Вот и у тебя так же.

Я молча откусил огурец. Ну, хм, по идее, мне уже шестой век.

— Ты из детдомовских? — спросил он вдруг.

— Из детдомовских, — кивнул я.

— Родился бы ты раньше, я бы взял тебя в подмастерья. Научил бы ПУЭ нормально, а не этой шараге. У тебя, Артур, рука золотая. И голова. Только вот… будто ты не отсюда. Будто ты из другого мира.

Я чуть не поперхнулся чаем.

— Не преувеличивайте, Владимир Ильич.

— Не преувеличиваю. Ну да ладно, вот мой номер, — он написал на клочке бумаги. — Если будет беда или вопрос — звони. Я как детдомовский детдомовскому помогу!

Я взял бумажку. Спрятал в карман.

— Спасибо, Владимир Ильич.

— Не за что, — он отхлебнул чай.

После Владимир Ильич достал из кармана пятьсот рублей и протянул их мне:

— Держи. Спасибо, Артур. Я уж думал с этим щитком возиться до смерти.

— Не за что, — я взял деньги. — Если что — звоните.

Владимир Ильич закрыл за Артуром дверь, постоял в прихожей. Барсик тёрся о его сапоги и мурлыкал — впервые за два месяца. После он прошёл на кухню, сел за стол.

«После Артура погреб притих, — подумал он. — И кот больше не воет на земляную стену».

Владимир Ильич был старой закалки, много знал и о многом думал. Но вот сейчас… думал он именно о взгляде Артура.

Глаза. У парня были глаза, которые были у людей, которые видели слишком много.

Он встал, подошёл к окну. На улице шёл мелкий дождь. Артур шёл по дорожке к калитке, и Владимир Ильич видел, как у забора его встретил Валентин. Сосед. Мужик с татуировкой паука на шее и перстнем на пальце.

Владимир Ильич видел, как Артур что-то сказал. Как Валентин — отступил. На полшага. Потом ещё. И ушёл. Почти побежал.

Владимир Ильич присел к окну, прищурился. Валентин отступил от двадцатилетнего щегла из хабзы. Валентин, которого на районе боялись все, от старух до участкового.

Владимир Ильич покачал головой. Достал из кармана телефон. Набрал номер — старый, давний, по которому звонил раз в пять лет.

— Серёга, — сказал он в трубку. — Это Лаврентьев. Владимир Ильич. У меня тут… был мальчишка. Электрик. Артур. Земцов. Из ГМК. Слушай, я тебе скажу одну вещь, и ты не смейся. У этого парня глаза — как у моего старого начальника отдела. Будто он сто лет на этом свете. Похоже, я не один это заметил.

На том конце линии помолчали. Потом ответили.

Владимир Ильич положил трубку. Долго смотрел в окно. Потом пошёл на кухню, сел за стол, допил холодный чай. И впервые за два месяца спустился в погреб, просто чтобы посмотреть.

Земля в стене была сухой. Тёплой. Чистой. Никаких свежих нор. Барсик спустился с ним, обнюхал стену, лёг на пол и задремал.

Владимир Ильич улыбнулся и схлынул.

Я вышел на крыльцо, спустился по дорожке к калитке и тут остановился. У калитки, на своей стороне забора, стоял мужик.

Невысокий, плотный, в спортивном костюме тёмно-синего цвета. На шее — татуировка: паук, чёрный, с растопыренными лапами, от ключицы до уха. На пальце правой руки — перстень, крупный, с какими-то знаками. Лицо — простое, русское, скуластое, с маленькими глазками.

— Ты кто? — спросил он.

— Электрик, — ответил я спокойно. — Приезжал по вызову.

— По вызову, — он повторил это слово, будто пробовал на вкус. — А чего по моей меже шлялся?

— Я не шлялся по вашей меже. Я шёл по дорожке от крыльца до калитки.

— Дорожка — это моя межа.

Я посмотрел на него внимательнее, затем достал телефон. И, на моё удивление, за моей спиной появилась точка. В доме человека, где я только что был.

«Странно, — задумался я. — Почему сканер до этого не видел его? Да и… блин, что происходит?»

А вот передо мной был самый обычный человек.

— Я не знал, — сказал я ровно. — Меня позвал Владимир Ильич. Я пришёл, сделал работу, ушёл.

— Не знал он, — мужик хмыкнул. — А я тебя, щегла, вчера тоже видел. Ходил тут, пялился.

— Я не ходил тут вчера.

— А я говорю — ходил.

Я посмотрел на него. Прямо в эти маленькие тусклые глазки. Он меня с кем-то путал. Или прикидывался. Или просто придирался, потому что мог. Бытовая причина.

— Валентин, — он протянул руку. — Владелец смежного участка.

Я не подал руки, смотрел в телефон, и через секунду точка на радаре пропала…

«Может, нужно предмет получше сделать? А то это херня уже какая-то…»

— Слушай сюда, щегол, — он сделал шаг вперёд. Запах от него был неприятным: табак, дешёвый одеколон и ещё чего-то. А, ну и пот. — Я тут хозяин. Понял? Тут моя межа, мой забор, мои ворота. И если ты ещё раз полезешь через мой забор, орать тут будешь…

— Валентин, — я перебил его. — У вас тут поблизости есть трансформаторная будка?

— Чего?

— Трансформаторная будка? Есть?

Он нахмурился: не понял, к чему был вопрос. Но всё-таки подумал и кивнул:

— Ну, за домами СТО. А чё?

— Ну, знаю. И?

— Ещё раз докопаешься по своему сраному участку, в трансформаторной будке. Понял?

Я смотрел ему в глаза. И в этих глазах сначала было удивление, потом — злость, а вот потом — что-то новое. Чего он сам не понимал. Страх? Нет, скорее — растерянность. Он не понимал, почему вдруг стало не по себе.

Валентин отступил. На полшага. Потом — ещё на полшага. Его рука, которая лежала на заборе, дёрнулась.

— Ты, — он начал. — Ты чё…

— Я ничего, — ответил я. — Я так понимаю, ты людей кошмарить привык, — догадался я. — Не перестанешь — помрёшь, человечек.

Он молчал, а затем резко развернулся и пошёл по своей стороне забора, не оглядываясь. Шаги ускорялись. Под конец он почти бежал.

Я постоял у калитки, посмотрел ему вслед. Потом пошёл дальше на выход, закрыл за собой калитку.

«Странно, — подумал я. — Человек. Самый обычный человек. И вдруг — испугался. Чего?»

В моём родном мире существа чуяли меня по ауре. Здесь, видимо, и обычные люди могли что-то уловить. Если посмотреть правильно.

В общагу я вернулся к вечеру. Смена на ПС-4 начиналась в двадцать два ноль-ноль, так что у меня было много время. Но до гаража я не доехал. Лёг на диван, закрыл глаза. Тело гудело. Не от усталости — от работы. Магический ток, который я пропустил через себя в погребе, ещё плавал где-то в каналах, и его нужно было усвоить.

И тут телефон завибрировал.

СМС. С того же номера, что и в прошлые разы.

«Завтра придёт Вика. Готовься. С.».

Я смотрел на экран, пытался понять… чё за…

«Вика? Лиса-полукровка? Племянница Связного? А чего готовиться?»

Глава 13

Двадцать два ноль-ноль. ПС-4.

Заступление на смену прошло по плану. Сменщиком был тот самый старик, которого я видел ещё в первую ночь. И как и вчера, он просто ушёл, не оглядываясь, и бросил на прощание через плечо:

— Удачи, Земцов. Тут тихо. Бывает, что совсем тихо.

— А бывает иначе?

— Бывает всяко. Но тебе, молодому, виднее.

Он ушёл, и я остался: один на один с трансформаторами и с тем, что я собирался сделать в течение ближайших двух часов.

Зарядиться! В прямом смысле!