Несгибаемый граф. Тетралогия (СИ) - Яманов Александр (читаем книги онлайн бесплатно полностью без сокращений .txt, .fb2) 📗
– Эти земли пустуют. Особой обиды на вас нет. Наоборот, императрица велела вернуть беглецов, но без насилия, а лаской. Только ваши старейшины отказались, поэтому фон Траубенберг не стал нападать на вашу орду. Хотя ханы Нуралы и Абылай этого очень хотели, – говорю чистую правду. – Русские власти до последнего пытались сохранить с калмыками добрые отношения.
– Понятно, кто‑то должен гонять воевать с крымцами и их вассалами, – понимающе усмехнулся нойон.
– Возможно. Но Крымское ханство доживает последние годы. Сейчас русская армия способна бить татар без вашей помощи – хватает башкирской и казацкой иррегулярной конницы. Ведь наши крепости приблизились почти к Перекопу. Думаю, через десять лет никто не вспомнит о некогда грозных слугах османского султана.
– Тогда зачем мы вам? – в голосе нойона послышалась сталь.
– Вы нужны для Кавказа. Россию ждёт большая война с османами за обладание Чёрным морем. Естественно, что после победы над турками мы столкнёмся с новым врагом – горскими народами, не желающи [1]ми подчиняться империи. Произойдёт это раньше, чем думают многие. Там нам потребуется лёгкая кавалерия. И вы, калмыки, подходите как никто другой. Заодно сможете держать часть границы. Дербетов, а также воинов Эркетеневского и Багацохуровского улусов хватит, чтобы держать южную границу. Тем более что потомки хана Дондук‑Омбо, ставшие князьями Дондуковыми, не потерпят в своей вотчине соперников. Нас больше, и оставшийся народ по‑разному принял крещение. Многие не верят в навязанного бога и продолжают чтить Будду. Однако время сделает своё дело, и дети нынешних жителей улусов станут настоящими христианами. Заодно потеряют боевой дух предков, осев на земле. А настоящий воин‑кочевник никогда не будет пахать землю или жить в деревне.
– Для того калмыки и нужны России. Я предварительно списался, выяснив настроение в Петербурге. Там жалеют об уходе лучших сил вашего народа. Скажу больше, власти пока не понимают, что скоро столкнутся с противодействием кавказских горцев и ногайцев. Война с османами просто переходит на другие земли. И именно калмыки могут помочь сдерживать набеги магометан на Тереке и Куме. Гребенские казаки и лояльные горцы сами могут не справиться. Придётся строить длинную и затратную оборонительную линию. Лучше отдать эти степи вашему народу, который при помощи России сможет их удержать.
– Ваши слова очень откровенны, граф. Даже циничны. Поэтому я склонен им поверить. Но ведь у вас нет указа, подписанного Её Величеством? – дождавшись моего кивка, Гюнга‑Церен продолжил: – Поэтому всё попахивает авантюрой с непонятным концом.
Какие он слова знает! Шучу. Нойон на самом деле весьма образован, он вроде и по‑французски немного говорит.
– У вас беспроигрышная ситуация. Земли Малой орды практически беззащитны. Более‑менее сплочённую силу сейчас представляют адаевцы. Но они кочуют южнее, у Каспия и Арала. Значит, вы спокойно можете занять земли от Яика до Эмбы и истоков Тобола. Да хоть вокруг Ишима селитесь. Надеюсь, вы сможете сами разбить Среднюю орду, перекрывающую вам путь на запад?
Глаза собеседника полыхнули такой ненавистью, что я аж внутренне поёжился. Что‑то похожее я испытывал, когда увидел могильник с русскими детьми. Но нойон быстро успокоился и удивил меня следующей фразой:
– Разбить хана Абылая и снять с него шкуру живьём – это желание всех торгутов. Мы бы давно пошли войной на Среднюю орду. Только маньчжуры не дают, поддерживая баланс сил в степи. Они ведь держат в заложниках многие семьи. Это тоже огромная проблема. Нам сложно увести весь народ, даже большую его часть. Людей в дороге надо кормить. А скот сильно задерживает движение. Даже если мы ударим по маньчжурским крепостям и запрём их гарнизоны, то через полтора месяца нас догонит конница родов, верных Богдыхану. Многие наши воины пали при исходе. Воевать одновременно с халха и киргиз‑кайсаками мы не сможем. Наш народ окажется между молотом и наковальней, ведь их поддержат маньчжуры. Если мы сядем в оборону, попытавшись задержать преследователей, пока будем бить Старшую орду, то подойдёт цинская пехота. В этот раз они не будут щадить никого.
– Значит, я помогу вам.
– Как? Неужели… – в глазах Гюнга‑Церена вспыхнули искорки надежды.
– Да, – подтверждаю его незаданный вопрос. – Я соберу все возможные силы, прихвачу артиллерию и ударю по хану Абылаю с запада. Ваша задача – идти вперёд как можно быстрее. Как вариант, проведите разведку, узнайте о пастбищах, куда киргиз‑кайсаки отгонят скот, и захватите его. Своих же баранов пустите под нож, заготовьте мясо, купите зерно и уходите налегке. В районе озера Обаган вас будет ждать хлеб, крупы, овёс и даже кибитки. Дальше обоз просто не пройдёт. Мои войска выйдут в марте, пока будут стоять морозы. Далее мы дождёмся, когда степь подсохнет, и атакуем Среднюю орду. Ваша задача – пройти северной дорогой две с половиной тысячи вёрст. Как раз к июлю доберётесь, заодно добьёте восточные роды киргиз‑кайсаков и заберёте их скот. В конце августа калмыки спокойно преодолеют Яик и остановятся в своих старых кочевьях. Если Петербург это не устроит, то вы сможете спокойно вернуться на восток, заняв пустующие степи от Тобола до Ишима.
Нойон некоторое время думал, явно прикидывая маршрут и ресурсы. Наверняка он с соратниками их не раз обсуждал.
– Тогда зачем нам идти на Яик? Лучше остаться в указанном вами междуречье, – логично заметил собеседник и впился в меня взглядом.
Я никак не выказывал своих эмоций, хотя и было желание улыбнуться. Это было самое слабое место моего плана. Южная Сибирь, переименованная в будущем большевиками, мне нужна самому. Вернее, России, о которой я пекусь. Между истоком Тобола и Ишимом поселятся не только русские и поволжские крестьяне. Надо будет переместить туда некоторые башкирские роды, заодно перетянуть позже монголов‑халха. Но сплочённые и мощные калмыки стране там невыгодны. Пусть это звучит цинично, но они нужны на Северном Кавказе как буфер, позволяющий империи расширяться и одновременно тратить на это меньше ресурсов.
– Думаю, в Петербурге такой исход не одобрят. Подумайте сами, князь, – впервые называю нойона русским титулом. – Кто позволит вам поселиться рядом с Сибирским трактом? Одно дело – слабосильные киргиз‑кайсаки, и совсем другое – ваши воины. Надо понимать, что их ждут на Кавказе, Кубани и за Доном, когда Россия вновь пойдёт войной на турка. Какой смысл в орде, даже целом ханстве, расположенном в подбрюшье Сибири? Случись размолвка, вы перекроете путь доставки серебра с Алтая и Нерчинска. В ответ нам придётся присылать войска, строить новые крепости, договариваться с маньчжурами. В итоге ваш народ ждёт судьба Джунгарского ханства, чьё ойратское население цинцы вырезали практически полностью, оставив безобидных пастухов и детей, раскиданных по кочевьям других народов. Те же киргиз‑кайсаки изрядно увеличили численность за счёт ваших детей и женщин.
На скулах нойона заиграли желваки. Впрочем, он быстро совладал с эмоциями, хотя ещё сидел минуты три и думал.
– Я согласен, – произнёс Гюнга‑Церен, сняв с моих плеч тяжелейший груз.
Не дав мне начать мысленно ликовать, нойон сообщил просто замечательную новость.
– Курултай выбрал меня военным вождём. Поэтому я имею право говорить от всех нойонов и старейшин. Скажу больше, с нами готовы идти ойраты, оставшиеся в живых после маньчжурской резни, а также некоторые роды халха. Предлагаю обсудить детали и связь. Если мы протянем хотя бы два года, то возвращение станет невозможным. Даже год – больше у нас нет.
Дорогой ты мой человек! Да я готов начать операцию хоть завтра. Если бы не грядущая зима, то процесс бы пошёл. Ничего страшного, потерпим до весны. И начнём по‑настоящему менять историю!
Глава 9
Октябрь 1776 года. Орская крепость. Российская империя
