Несгибаемый граф. Тетралогия (СИ) - Яманов Александр (читаем книги онлайн бесплатно полностью без сокращений .txt, .fb2) 📗
Именно поэтому два лучших врача едут в столицу, потому что будущее страны важнее моих переживаний. Но если бы вы знали, чего мне это стоило!
– Я буду слушаться, Коля. Обещаю! Но и ты пообещай кое‑что, – произнесла Анна, выведя меня из размышлений.
– Всё, что скажешь, – отвечаю серьёзно, продолжая гладить шелковистые волосы.
– Обещай, что не будешь работать с утра до ночи. Не забывай вовремя кушать и ложиться спать.
На душе потеплело от такой заботы. Иногда я действительно перебарщиваю, пытаясь охватить и успеть сделать всё. Вроде сам начал готовить помощников, перераспределять обязанности, но забываюсь. Анна даже три раза буквально вытаскивала меня из кабинета, заставляя лечь спать.
– А что случилось в Гусе? – Анна вдруг сменила тему.
– Мальцовские мастера сделали образец листового стекла. Мы в начале пути, но попробуем начать выпуск, когда пройдут все испытания. Это ведь не только огромные стёкла, но и зеркала. Большие, как из Франции, – я махнул рукой в сторону роскошного будуара, достойного императрицы.
Когда моя красавица увидела его в первый раз, то не могла прийти в себя от восторга.
– Ты рассказывал, – кивнула Анна. – А я когда‑нибудь увижу эти зеркала?
– Увидишь, – произношу совершенно серьёзно. – Самое лучшее зеркало я прикажу поставить в нашей спальне. Чтобы ты могла смотреться в него каждое утро и видеть, какая ты красивая.
– Ты балуешь меня, Коля, – искренне смутилась она.
Анна действительно комплексовала из‑за подарков. От драгоценностей, кроме нескольких безделушек, она сразу отказалась. Платья девушка предпочитала простые, без лишней роскоши. А вот секретер, за которым она любила работать в собственном кабинете, уже упомянутый будуар или собственная карета привели её в восторг. Но Анна всё равно мило отбивалась от очередных даров. Я же готов осыпать её золотом и бриллиантами, лишь бы она была счастлива. Но моя любовь больше радовалась редкой книге или часам, изготовленным Кулибиным. Забавные вкусы для женщины.
На время в спальне стало тихо. Тишина была тёплой, как одеяло, которым мы укрыты. Слышалось только наше дыхание. Анна водила пальцем по моей груди, вырисовывая какие‑то невидимые узоры.
– Знаешь, чего я боюсь? – вдруг спросила она.
– Чего?
– Что ты уедешь надолго, а я останусь одна. Мне будет страшно! Не потому, что я боюсь чего‑то конкретного. А просто – страшно!
Прижимаю её к себе сильнее.
– Глупости, – стараюсь, чтобы мой голос звучал уверенно. – Ты не одна. Вокруг люди, которые заботятся о тебе. Фёкла с Аксиньей и служанки всегда рядом. Усадьбу надёжно охраняют, а доктор приезжает раз в три дня. И потом я буду писать тебе письма, если уеду надолго, как было с вояжем на юг.
– Письма – это не ты, – вздохнула Анна.
– Но лучше, чем ничего, – возражаю в ответ. – Я буду писать тебе каждый день. Обещаю.
Солнце поднялось выше, и в комнате стало светлее. Пора было вставать, умываться, завтракать и прочитать корреспонденцию. Но совершенно не хотелось шевелиться. Хотелось лежать вот так, обнимая Анну, чувствуя тепло её тела. В последнее время мы так и встречали утро, болтая о всяких пустяках, а чаще обсуждая дела. Моя красавица не собиралась бросать школу и недавно закончила методическое пособие по преподаванию в младших классах. Ей помогала Фёкла, также заразившаяся педагогикой.
Аксинья продолжила музицировать и писать стихи. Кстати, получалось у неё неплохо. В январе должен полноценно заработать театр в Останкино, где почти закончили ремонт. Так вот, девочка самостоятельно написала три пьесы, которые сейчас ставит при помощи Петьки Спасова под надзором Вороблёвского. Я приказал Василию оставить хозяйственные дела, сосредоточившись на искусстве. Он ведь ещё занимается переводами западных авторов и пишет трактат о русских литераторах прошлого. Каждый человек должен заниматься своим делом. К тому же я боюсь навредить отечественной культуре. Вдруг работа крепостного режиссёра и публициста повлияет на неё в будущем?
Четвёртый воспитанник покойной Фетиньи нашёл себя в канцелярии. Учительствовать Мите не понравилось, зато вести секретарские дела – даже очень. А когда я ознакомил парня с системой архивации, составлением личных дел и картотеки, то его восторгу не было предела. Кстати, Афанасий постепенно перешёл в ревизоры, где чувствовал себя гораздо лучше. Моё огромное хозяйство требует надзора и тщательных проверок. Заодно я решил постепенно менять отцовскую управленческую гвардию, особенно из присосавшихся к хозяйству семейств. Место Афони без потери качества работы занял Иван Белозёров, также отнятый у Вороблёвского. Этот молодой человек ещё и пробовал себя в литературе, что всячески мной одобрялось. В общем, перестройка всё идёт и идёт по плану. Ха‑ха!
– Расскажи мне о своих делах, – произнесла Анна. – Мне так нравится слушать, как на ровном месте вырастает что‑то долговечное, призванное служить людям. Начни с заводов.
Умеет она подластиться! Лишь бы не вставать. Впрочем, о своих проектах я готов говорить часами.
– В Ясенково сейчас настоящее Вавилонское столпотворение, – начал я, обняв любимую женщину. – Мы начали перестраивать завод с нуля, потому что старые домны никуда не годятся. Но сначала пришлось сложить печи для производства кокса, я тебе о нём рассказывал. Вроде получилось, и можно с уверенностью смотреть в будущее. Самойлов даже работает с большим опережением. Уже через два года заводы дадут металла втрое больше, чем раньше. Заодно в округе перестанут жечь лес, который я приказал восстанавливать. В первую очередь сейчас засаживаются берега рек и места вырубок. Уже готова школа для мастеров, работников и детишек. С паровой машиной пока хуже. Её хотели использовать для кузнечного молота. Зато водяные колёса очень помогают, в том числе лесопилке.
– Я хочу посетить Ясенково. Ты так задорно о нём рассказываешь, – слышу в ответ. – А что с «Русской торговой компанией» и «Сырьевым товариществом»? Как скоро ты захватишь мир?
Анна тихо рассмеялась, и я следом. Ей очень понравились истории про двух мышат – Розова и Мозга, рассказанные мной в шутку. Пришлось потом писать целый цикл рассказов, адаптировав сюжеты под местные реалии. Забавно, но они пришлись по душе не только воспитанникам и дворцовой челяди. После публикации рассказов в литературном приложении «Коммерсанта» меня буквально завалили письмами с просьбой продолжать. Причём писали как подростки, так и дети. Пришлось вспомнить десяток сюжетов и отдать работу упомянутому Белозёрову, гораздо лучше владеющему слогом.
Вот я и рассказал Анне о создании монополии в шутливом тоне. Она, конечно, смеялась, обсуждая проект, но прекрасно понимала его важность.
– Мы обязательно съездим на юг, и ты увидишь, что такое огромный чугунолитейный завод. Зрелище просто завораживающее! Особенно для тех, кто впервые сталкивается с металлургическим производством, – начинаю рассказывать по порядку. – Касательно судоходной компании: голландцы не обманули. Они не только продали нам корабли, обеспечили фрахтом и помогли с экипажами. Главное, мы получили право на постройку в Гамбурге собственных причалов и складов. Также у компании теперь есть полноценные представительства в этом немецком городе, а вскоре откроется в Амстердаме. Это настоящая победа! Пусть пока маленькая. Через год заработает наша верфь, что даст развитию компании мощный толчок. Страна в целом тоже выиграет.
Анна потёрлась носиком о мою грудь, выразив таким образом одобрение. Она умная и понимает, что я на самом деле задумал.
– С «Сырьевым товариществом» ещё лучше. Оно никоим образом не зависит от иностранцев, датского короля с его Зондским проливом или штормов на Балтике. Пайщиками компании стали одиннадцать богатых и влиятельных людей, а также казна выкупила десятую часть. То есть наш проект будет поддерживаться императрицей, – на самом деле обязательство продать пай казне – не самая лучшая новость. Но Анне об этом лучше не знать. – Перерабатывающие предприятия строятся в месте впадения реки Тосны в Неву. Инженеры посчитали это наиболее удобным местом. Заодно началось привлечение мастеров, завоз оборудования, инструментов и обучение людей. Когда осенью будущего года начнёт поступать сырьё, производства будут готовы его обрабатывать.
