Путешествие по Сибири и Ледовитому морю (с илл.) - Врангель Фердинанд Петрович (лучшие книги читать онлайн бесплатно .TXT) 📗
На основании своих наблюдений Ф. П. Врангель пришел к твердому убеждению, что полярный бассейн, этот расположенный в непосредственной близости к берегам Сибири ледниковый погреб огромной мощности, оказывает решающее влияние на климат и на многие стороны естественной жизни России. В ту пору этот ледник оставался почти не исследованным. Вот почему Ф. П. Врангель в путешествиях уделил столь большое внимание климатологическим наблюдениям.
Ничто достойное внимания и изучения не было им упущено. Работы по астрономии, геодезии, навигации, гидрографии, метеорологии и по изучению земного магнетизма – все эти обширные главы естествознания вошли в программу выполненных им исследований. К своему труду «Путешествие по северным берегам Сибири и по Ледовитому морю» он издал приложение. Вот перечень содержания приложения, приведенный на титульном листе: «замечания о Ледовитом море, полярных льдах, северных сияниях, езде на собаках, языках туземцев, метеорологические, климатологические наблюдения и таблицы географического положения мест».
Насколько тщательно Врангель относился к возложенным на него обязанностям, явствует из следующего.
По возвращении экспедиции в Петербург Государственный Адмиралтейский департамент поручил академику Ф. И. Шуберту дать отзыв об астрономических и геодезических работах Врангеля. Почтенный астроном, ознакомившись с тетрадями Врангеля «с тем вниманием, какого они заслуживают во многих отношениях», был изумлен точностью вычисленных координат. В статье, посвященной разбору этих работ, он писал: «Я думаю, что нельзя довольно приписать похвал и удивляться ревности, деятельности, старанию, искусству и познанию этих офицеров [6].
И чем охотнее отдадут им эту справедливость, что путешествие их, в особенности Врангеля, есть самое трудное, с которым относительно трудов и опасностей никакое другое путешествие сравниться не может… Сравнение промежутков времени с разностью высот или лунных расстояний показало мне, что наблюдения этих двух путешественников столь верны, насколько можно их сделать с помощью подобных инструментов. Чтобы учинить наблюдения сколь возможно точными, они не упускали ни одной предосторожности, ни одной поправки, например, поправки рефракций термометром или барометром, что необходимо под этими большими широтами. Я делал строгие вычисления многих наблюдений и не открыл нигде никакой важной погрешности, почти всегда находя секунду в секунду широту и долготу».
Что касается других научных работ Врангеля, то Шуберт наиболее ценными считает его наблюдения «отклонения и наклонения магнитной стрелки в этих высоких местах». Метеорологических же наблюдений Фердинанда Петровича хватило бы, по мнению ученого, для составления особой любопытной статьи.
![Путешествие по Сибири и Ледовитому морю (с илл.) - i_009.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/5/3/2/3/8/253238/1433834226/i_009.jpg)
![Путешествие по Сибири и Ледовитому морю (с илл.) - i_010.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/5/3/2/3/8/253238/1433834226/i_010.jpg)
Кстати заметим, что звездные наблюдения Врангелю, так же как и Анжу, нередко приходилось делать при морозе в 30° по Реомюру и ниже, т. е. когда ртуть замерзала. Ртуть разогревали в специально устроенной для этой цели кожаной походной палатке и, налив ее в искусственный горизонт, спешили поскорей, пока ртуть не потускнела от холода, «взять высоту» звезды. При работе с секстантами кожа пальцев примерзала к инструментам, на пораженных местах образовывались раны. Приходилось прибегать к особым предосторожностям: обертывать инструменты войлоком, при наблюдениях задерживать дыхание, «иначе стекла и зеркала мгновенно покрывались тонким слоем льда или инеем, что происходило даже от одной испарины нашего тела».
«Несмотря на то, – замечает Врангель, – мало-помалу достигли мы такой ловкости, что производили наши наблюдения при 30° мороза и ночью, при тусклом свете маленького ручного фонаря, с достаточной точностью сосчитывали на дуге секстанта градусы, минуты и секунды…»
Врангель и Матюшкин положили на карту значительную часть северо-восточного сибирского берега, с запада на восток от реки Индигирки до Колючинской губы, то есть на протяжении 35 градусов по долготе.
Во введении к своему труду, в историческом обозрении путешествий по Ледовитому океану, Врангель приводит несколько примеров неудовлетворительной описи берега, сделанной его предшественниками. Так, по определению Геденштрома широта Св. Носа «разнствует около 1°5' недостаточно против вернейшей обсервации лейтенанта Анжу». В других местах берег был более чем на полградуса положен южнее истинного своего положения. От западного мыса острова Котельного (группа Новосибирских островов) до восточного острова Новой Сибири по данным Геденштрома значилось 285 миль, а по исследованиям Анжу оказалось всего 25 итальянских миль, и т. д. «Подобные неверности, – замечал Врангель, – делают опись Геденштрома ненадежною». Еще более ненадежными, а порою и вовсе неопределенными, были известия о положении береговой черты к востоку от Колымы, что дало повод создать фантастическую гипотезу о соединении Американского материка с Азиатским материком перешейком близ Шелагского мыса. Эта гипотеза была окончательно опровергнута путешествием Врангеля.
Вот при каком уровне тогдашней картографии пришлось работать Врангелю и Анжу! По прибытии моряков в Петербург на основе произведенной ими описи были составлены подробные карты, впоследствии подвергшиеся весьма незначительным изменениям.
Помимо описи и картографирования сибирского побережья от Индигирки до Колючина, Врангель совершил несколько продолжительных поездок по льду, удаляясь от берегов на 250 километров с лишком. Поездки эти предпринимались для отыскания неизвестной земли. «Препятствия, поставленные природою, не позволили Врангелю, – по выражению современника Врангеля, впоследствии декабриста, А. Корниловича [7], – убедиться собственными глазами в существовании земли, которая, по словам чукчей, лежит на севере от мыса Якан, но он приготовил преемнику своему в этом деле все способы к ее открытию. Он указал место, откуда должно искать ее, и способы, как удобнее до нее достигнуть».
Большой заслугой Врангеля является организация первой метеорологической станции в Северной Якутии, где расположен «мировой полюс холода». Под руководством Врангеля с декабря 1820 по март 1824 года, с перерывами лишь на время экспедиционных отлучек, в Нижне-Колымске велись ежедневные метеорологические наблюдения четыре раза в сутки. Просматривая эти записи, мы между прочим узнаем, что средняя температура в январе в Нижне-Колымске была —31°55' по Реомюру. Метеорологические наблюдения Врангеля были впоследствии использованы в труде К. Веселовского «О климате России» и в книге Вильда «О температуре воздуха в России».
В приложениях к своему труду «Прибавления к Путешествию» Врангель дал краткую сводку научных работ, проведенных им во время путешествия. Из нее мы видим, что ни одна область естествознания, полезная для изучения Арктики, не выпала из поля его зрения.
Большой заслугой Врангеля и его спутников является обилие собранных ими замечательных по интересу и полноте сведений о народах, обитавших в неизученных еще обширных районах северо-востока России.
Особый интерес представляет краткий словарь местных наречий, составленный спутником Врангеля мичманом Матюшкиным.
![Путешествие по Сибири и Ледовитому морю (с илл.) - i_011.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/5/3/2/3/8/253238/1433834226/i_011.jpg)
Незаменимыми помощниками Врангеля во время его походов, как прибрежных описных, так и ледовых, были его верные друзья – штурман Козьмин и в особенности мичман Матюшкин. Товарищ Врангеля по кругосветному плаванию на «Камчатке», Федор Федорович Матюшкин по заданию Врангеля совершил самостоятельные поездки к берегам рек Большой и Малый Анюй и по тундре к востоку от Колымы. Одна из этих поездок была организована с целью разузнать, что за народ чукчи, и, если возможно, наладить с ними связь. Расположив к себе чукчей, войдя к ним в доверие, Матюшкин обстоятельно ознакомился с бытом и нравами этого народа, о котором раньше путешественники ничего, кроме плохого, не слышали. В представленных Матюшкиным подробных отчетах, вошедших в труд Врангеля, прекрасно изображены многие бытовые картины чукотской жизни: ярмарка в Островном, сцена крещения чукчи, посещение ими палатки.
6
Шуберт имеет в виду также и лейтенанта Анжу, начальника экспедиции по исследованию северо-восточного побережья Сибири между Яной и Оленьком с Новосибирскими островами. Врангель определил широту и долготу 115 пунктов. Анжу – 65. В вычислениях Анжу Шуберт нашел несколько погрешностей. Статья Шуберта опубликована в «Записках Государственного Адмиралтейского департамента», ч. VII, 1824.
7
Александр Осипович Корнилович был штабс-капитаном и членом Южного тайного общества. За участие в декабристском восстании он был осужден на каторжные работы и сослан в Сибирь, откуда в 1823 году был доставлен в Петербург и заключен в Петропавловскую крепость. В 1832 году Корнилович был освобожден из крепости и отправлен нижним чином в один из кавказских полков, где и скончался в 1834 году. Корниловича высоко оценил А. С. Пушкин, использовавший его исторические статьи для своих произведений («Полтава», «Капитанская дочка», «Арап Петра Великого», и проч.) Перу Корниловича принадлежат также интересные статьи по вопросам географии. Его статья о Врангеле «Известия об экспедициях в Сев. – Вост. Сибирь лейтенантов Врангеля и Анжу в 1821, 1822 и 1823 гг.» помещена в «Северном Архиве» (1825, ч. 13, № 4).