Путешествие по Сибири и Ледовитому морю (с илл.) - Врангель Фердинанд Петрович (лучшие книги читать онлайн бесплатно .TXT) 📗
Капитану Головнину очень хотелось увидеть Наполеона. Однако англичане, с исключительным рвением охранявшие бывшего императора, категорически воспротивились не только встрече, но даже посещению долины Лонгвуд, где находилась резиденция Наполеона. Желание Врангеля посмотреть хотя бы «одним глазом» на Наполеона было так велико, что он с товарищами несколько часов рассматривал в зрительную трубу «столь примечательное место». Но Наполеон не показывался. До офицеров дошли слухи, что он в эти дни болел.
Теперь «Камчатка» приближалась к берегам родины. В конце июня 1819 года, простояв несколько дней у Азорских островов, шлюп, в последний раз перед европейскими портами, пополнил свои запасы. Потом посетили Портсмут и Копенгаген. И вот уже снова Балтика.
5 сентября 1819 года «Камчатка» бросила якорь на Кронштадтском рейде. Плавание, продолжавшееся 2 года и 10 дней, благополучно закончилось.
Служба на «Камчатке» была серьезной школой для мичмана Врангеля. Она дала ему отличный морской опыт. Овеянное поэзией морской стихии, полное ярких, захватывающих впечатлений, это первое его плавание окончательно сформировало духовный облик моряка-географа. То, что Врангель во время плавания зарекомендовал себя с наилучшей стороны, имело огромнее значение для всей его последующей судьбы. В подлинном смысле «добрым гением» для Врангеля оказался капитан Головнин. Впоследствии он смело рекомендовал его начальником экспедиции, отправляемой правительством для обследования берегов Северо-Восточной Сибири.
Во время двухлетнего плавания Врангель ежедневно вел дневник, куда с педантической аккуратностью записывал все, что видел, слышал и думал. К великому сожалению, этот дневник погиб во время пожара. Восстановить его автору не удалось. Уже в старости Врангель не раз в кругу друзей с воодушевлением вспоминал многое из виденного и сожалел о том, что ему не удалось сохранить дневник и сделать его общим достоянием.
К исходу первой четверти XIX века наиболее слабо изученными на территории России оставались ее приполярные области, в частности северо-восточные районы Сибири. Правда, в свое время места эти посещались казаками и местными промышленниками. От давних казачьих походов остались карты и описания. Потом, уже в XVIII веке, здесь работали отряды Великой Северной экспедиции. Однако вследствие крайнего несовершенства инструментов и примитивных приемов исследования существующие карты были весьма далеки от достоверности.
![Путешествие по Сибири и Ледовитому морю (с илл.) - i_007.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/5/3/2/3/8/253238/1433834226/i_007.jpg)
Те, кто видел европейские карты XVII века, знают, что географы того времени рисовали у Шелагского мыса перешеек, соединяющий Евразийский и Американский материки. После работ Великой Северной экспедиции мысль о перешейке могла быть бесспорно отброшена. Но все же впереди в море, в туманной дали ледяных просторов находилось «что-то» помимо льдов. Это «что-то» было неведомой, гористой землей, якобы затерявшейся в восточной части Ледовитого океана. Уже давно о ней ходили смутные слухи, передаваемые со слов коренных поселенцев этих мест.
Редко когда попыткам достичь гипотетической земли предшествовало столько вымыслов, легенд и всякого рода преувеличений. Эта таинственная земля давно привлекала исследователей, но непреодолимые ледовые преграды всякий раз препятствовали смельчакам. Пройти сколько-нибудь значительное расстояние в глубь льдов им не удавалось. А тут еще из поколения в поколение передавались рассказы местных жителей – чукчей – об островах, которые якобы виделись впереди в ясную погоду, о птицах, летящих с севера и на север. Воображение рисовало вдали уже не острова, а целые земли, быть может, населенные людьми и обильные промысловым зверем. Из года в год размеры этих земель росли, молва истолковывала скудные данные на все лады.
Неудивительно, что в XVIII веке некоторые сибирские географы, а вслед за ними и европейские ученые, стали утверждать, что впереди сибирского берега простирается огромных размеров земля, которая тянется не более не менее как до берегов Северной Америки. Между прочим, в существование этой колоссальной арктической территории еще в середине XIX века верил такой крупный ученый, как Петерман (1822–1878).
Снова выплыл на свет вопрос о том, соединяется или нет Азия с Америкой, вопрос, казалось бы полностью разрешенный Великой Северной экспедицией. Как это ни странно, но спустя 77 лет после Великой Северной экспедиции Врангелю, отправляющемуся для описи прибрежий Северо-Восточной Сибири, адмиралтейство официально поручило: «разрешить гипотезу о соединении Азии с Америкой».
Экспедиция в далекий, неизведанный уголок страны организовывалась со всей тщательностью и учетом неизбежных трудностей. Было решено поручить начальство над нею опытному и образованному моряку.
Когда возник вопрос о лице, достойном быть руководителем экспедиции, В. М. Головнин, пользовавшийся большим авторитетом в морских кругах, назвал Врангеля. За годы плавания на «Камчатке» Василий Михайлович, сам превосходный моряк и человек больших научных познаний, хорошо узнал и оценил Врангеля. Бывалого моряка особенно привлекало то, что юный мичман в свободные от служебных обязанностей часы непрерывно занимался; с особым рвением осваивал практическую навигацию, мореходную астрономию, общее землеведение. На второй год плавания Врангель пристрастился к чтению полярных путешествий. Эта новая его страсть не оставила Врангеля и по окончании путешествия на «Камчатке».
Теперь он мог по достоинству оценить те препятствия и затруднения, которые ставила исследователю арктическая природа. Чтобы победить эти препятствия, нужно многое, очень многое знать. Эта простая истина была бесспорна. И Врангель неутомимо учился. Его можно было видеть то в мастерской физических инструментов, то на университетских лекциях по астрономии, физике, минералогии…
Несмотря на свой сравнительно юный возраст – ему было только 24 года – Врангель был признан наиболее подходящим лицом для дальнего и ответственного похода. Адмиралтейство приняло его кандидатуру в начальники экспедиции, не встретив нигде возражений.
Знаменитое путешествие по северным берегам Сибири и по Ледовитому морю было выполнено Врангелем в период с 1820 по 1824 год. Преследовало оно двоякую цель. Прежде всего необходимо было разыскать ту землю (на север от Чукотского полуострова), существование которой удостоверялось многими слухами; во-вторых, Врангелю предписывалось произвести точнейшее описание берегов Сибири между Яной и Колымой и далее за Шелагский мыс.
Одновременно формировались два отряда: один, под начальством лейтенанта Анжу, отправлялся на реку Яну, другой, которому предписывалось начать изыскания от реки Колымы, был поручен Врангелю.
Второй отряд был невелик. Помощниками Врангеля, делившими с ним все горести и радости похода, были: мичман Матюшкин, товарищ Врангеля по путешествию на «Камчатке», штурман Козьмин, доктор медицины Кибер, «сведущий по части естествознания», слесарь Иванинков и матрос Нехорошков, прекрасно знакомый с плотничным ремеслом.
![Путешествие по Сибири и Ледовитому морю (с илл.) - i_008.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/5/3/2/3/8/253238/1433834226/i_008.jpg)
Организацию экспедиции и все свое замечательное путешествие Врангель подробно описал в книге «Путешествие по северным берегам Сибири и по Ледовитому океану». Отсылая читателей в отношении подробностей к этому труду, остановимся здесь лишь на главнейших итогах экспедиции.
Американский китобой Лонг, открывший в 1867 году землю в точно указанном Врангелем месте, писал: «Я назвал эту землю именем Врангеля потому, что желал принести должную дань уважения человеку, который еще 45 лет тому назад доказал, что полярное море открыто». Эту важнейшую научную заслугу Врангеля подчеркивал позднее и шведский полярный путешественник Адольф Эрик Норденшельд (1832–1901). «Врангель и Анжу, – писал он, – оказали важную услугу исследованию полярных стран, доказав, что море, даже вблизи полюса холода, не покрыто сплошным и крепким ледяным покровом даже и во время сильнейших морозов».