Сказки - Успенский Эдуард Николаевич (библиотека книг txt) 📗
Кругом Емелиной деревни была одна природа: леса, речка, поля с пшеницей. Чуть подальше был небольшой городок с церковью и кладбищем. А ещё дальше, так далеко, что и подумать страшно (километров за семьдесят), был стольный город, в котором царь проживал.
Звали царя Данила Грозный. Но об этом позже.
Всё началось однажды зимой. Однажды зимой братья Емели в город по делам поехали. Надо было пшеницу продать и купить кое-чего из одежды: валенки там, телогрейки овчинные. Конфет, конечно, к чаю. (Никаких киндер-сюрпризов тогда не было.)
Они двоих коней в двое саней запрягли и так ласково Емеле сказали:
— Ну, смотри, дурак, слушай наших жён и почитай так, как родных матерей. Мы тебе купим сапоги красные, и кафтан красный, и рубашку красную.
Емеля, конечно, обрадовался. Он с самого детства, как всякий умный человек, очень всё красное любил. И он сказал братьям:
— Поезжайте спокойно, братья мои, по своей заботе. Всё сделаю, как велено. Ваши жёны на меня не нарадуются.
И сам спать улёгся на печку.
И лежал он на печи до полудня: то дремал, то потолок рассматривал. В общем, занят был, много чего обдумал. В полдень невестки не выдержали и тоже ласково говорят ему:
— Что же ты, дурак! Братья велели тебе нас почитать и за это хотели тебе по подарку привезти, а ты на печи лежишь, ничего не работаешь. Сходи хоть за водой.
И ещё они добавили, что братья ему красный кафтан привезут. И ещё они добавили ему… скалкой по башке.
Емеля спорить не стал, взял две бадьи, шумовку и за водой на речку отправился. Хотя ещё и не проснулся. Идёт он и про себя думает: «До чего ж эти бабы глупые! Печка дымит, дверь в избу перекосилась, поросёнок не кормлен, а они меня на речку за водой посылают! Эх, кабы я был главный, я бы так не поступал. Я бы сперва заставил себя печь починить, потом дверь в обратную сторону перекосить, потом поросёнка накормить. А уж потом бы я сам себя бы за водой послал».
Но, как ему было велено, подошёл он к реке и спустился к проруби и захотел воду набирать. В проруби было много шуги. Емеля шумовкой начал лёд из полыньи выбрасывать.
Смотрит Емеля, а там щука плавает. Большая-пребольшая. Емеля думает: «Вот сейчас я тебя, щука, поймаю».
Он бухнулся на лёд, изловчился и щуку руками за жабры как схватит. Он, Емеля, может быть, не очень умным был, но очень ухватистым.
— Ура! — говорит Емеля. — Я теперь с речки и воду принесу и щуку. То есть сразу у меня уха в бадье получается.
![Сказки - i_018.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/6/5/6/5/0/165650/1368267083/i_018.jpg)
Радуется Емеля как маленький. А лет-то ему уже под двадцать, взрослый дядька уже. И вдруг щука как заговорит человеческим голосом:
— Отпусти меня, Емеля-дурак, обратно в реку. А я тебе ужо пригожусь. Тебе много пользы от меня будет.
— Ой, разговорилась, — сказал Емеля. — Ещё обзывается! Ты уж, щука, помалкивай, как рыбе положено. Какая от тебя может быть польза? Твоё дело маленькое, рыбное: в котелок да и в тарелку.
А щука спорит:
— Нет, Емелюшка-дурачок, от меня может быть большая польза. Я все твои желания буду выполнять. Ты только попробуй.
Емеля думал полчаса, потом решил:
— А что? Попытка не пытка. Давай, щука, будем пробовать. Только как?
— А так, — говорит щука. — Ты скажи, например: «По щучьему веленью, по моему хотенью, хочу, чтобы лёд подо мной провалился».
Емеля и ляпнул:
— По щучьему веленью, по моему хотенью, хочу, чтобы лёд подо мной провалился.
И точно, лёд под ним затрещал, и Емеля с головой под лёд залетел. С головой, но не с руками. Руки он надо льдом сумел удержать и щуку не выпустил. Ведь он, Емеля, был ухватистый.
Как его вода ледяная стала со всех сторон захватывать, он сразу сообразил, что к чему. И как закричит:
— По щучьему веленью, по моему хотенью, хочу обратно на лёд.
Его из воды в момент и вынесло. Он щуке и говорит:
— Всё. По рукам… нет, по плавникам. Договорились.
И пока щука не передумала, он сунул её в воду и говорит:
— По щучьему веленью, по моему хотенью, хочу, чтобы вёдра с водой сами домой пошли.
И надо же так — вёдра сами собой домой пошли. Потопали себе по деревне, словно тапочки. Словно какой-то невидимый великан их на ноги надел. Старухи деревенские видят это и кричат:
— Караул! Вёдра неведомой силой сами идут. Емеля их успокаивает:
— Какой такой неведомой силой? Как это так сами? Это я их послал.
— Ты?! — поражаются бабушки. — Какой такой силой?
— Силой ума своего, — отвечает Емеля.
И тут старухи задумались:
— А наш Емеля-дурак, он, кажется, не дурак вовсе, если у него сила ума такая великая!
А одна самая хитрая старуха говорит:
— Ох, Емеля, если ты такой умный, не мог бы ты силой ума своего мне крышу поправить?
Емеля на это отвечает:
— Крышу поправить большого ума не требуется. Да у тебя самой три внука имеются ничуть не глупее меня. Вот пусть они свой ум на твоей крыше и проявляют.
Пришёл Емеля домой и снова на печь завалился.
А жёны братьев Фёкла и Груня гулянье вёдер по деревне не видели. Они детишек качали. И ничего про повышенную умность Емели ещё не знали. Они ему говорят:
— Хватит тебе, Емеля-дурак, на печи валяться. Пора свинью пойлом кормить. Не накормишь свинью, братья тебе подарков не привезут.
Емеля про себя думает: «Надоело мне эту свинью каждый день откармливать. По щучьему веленью, по моему хотенью, хочу, чтобы свинья сразу стала размером с избу».
И тут началось. Свинья сразу размером с избу сделалась и весь коровник разломала. Вышла она в огород, все яблони поела. Потом свою свиную рожу прямо через окно в избу сунула и давай Емелю с печи языком слизывать.
Емеля как испугается, как закричит:
— Ой, караул! По щучьему веленью, по моему хотенью, хочу, чтобы всё назад вернулось.
Как захотел, так у него и вышло. Свинья сразу уменьшилась и в коровник вернулась. Яблони снова выросли. Окно починилось. И что самое интересное, вёдра с водой обратно к проруби протопали и всю воду обратно в речку вылили.
Пришлось Емеле самому снова за ними к проруби шагать, самому снова воду набирать и с полными бадьями самому домой возвращаться. (Потому что он больше со щучьим веленьем экспериментировать не хотел. Он его побаиваться стал.)
![Сказки - i_019.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/6/5/6/5/0/165650/1368267083/i_019.jpg)
Как вернулся Емеля, так сразу снова на печку лёг. Надо было полежать спокойно после таких событий, обдумать всё.
Лежит Емеля, думает, отдыха не знает. Думал, думал, даже заснул от напряжения. А тут невестки опять со своим:
— Чего лежишь, дурак Емеля, дров нет, ступай за дровами.
Хотел было Емеля их одёрнуть, да вспомнил про красный кафтан, красную рубаху и красные сапоги и утёрся.
— Сколько дров вам надобно? — спрашивает.
— Много, — отвечают невестки Фёкла и Груня.
— Ладно, — отвечает Емеля. — Будут вам дрова.
Вышел он во двор, взял два топора, сел в сани, лошади даже не запряг и говорит:
— По щучьему веленью, по моему хотенью, езжайте, сани, в лес за дровами сами.
Сани сами и поехали, да не в крестьянский лес, а в господский, что был около города. А когда мимо города ехали, он на своих санях без лошади столько народу передавил, что ужас!
Тут все закричали:
— Держи его! Лови его! — однако не поймали.
(Я думаю — не очень-то и старались. У них тогда автомобилей не было. Так что самоходные сани для них в диковинку были. Они больше кричали и дивились, чем держали или ловили.)
Приехал Емеля в лес, вышел из саней, сел на колодину и приказывает:
— А ну, один топор, руби с корня, другой — дрова коли! Топоры принялись за работу. Вмиг большое сухое дерево срубили. (Топоры, видно, не дураки были. Живое дерево губить не стали.) И начали его на дрова разделывать.
Дрова получались просто на диво. Мало того, что они были хороши, они ещё сами в сани укладывались.