Тайна бильярдного шара. До и после Шерлока Холмса [сборник] - Дойл Артур Игнатиус Конан
— Скво знают толк в пытках, — заметил Парнишка.
— Право же, Папа, эта игра слишком жестокая и безнравственная, — наконец возмутилась леди Солнышко, до этого одобрительно наблюдавшая за всем происходившим из угла гостиной. Имбирный эль вызвал у нее сомнения, трубка мира привела в ужас.
Единственное, что ее радовало, — то, что дети были в полном восторге.
— Да, весьма! — согласился Великий Вождь, спускаясь на грешную землю. — Мне кажется, поэтому-то они ее так любят. Итак, воины, мы вступаем на тропу войны. Еще один клич, и мы выступаем. Вот так! Все за мной след в след. И ни звука! Если кто-то отстанет, пусть крикнет совой, а остальные ответят писком степной ящерицы.
— А каким писком?
— Да любой сойдет. И не шаркать. Когда индейцы на тропе войны, они ступают быстро и бесшумно. Если увидите, что кто-то прячется в кустах, сразу же убейте его, но не останавливайтесь, чтобы снять с него скальп.
— Ну, право же, дорогой, это уже чересчур! — вновь послышалось из угла.
— Великая Повелительница хочет, чтобы вы все-таки скальпировали его. Ну! Все готовы? Тогда вперед!
Цепочка тронулась, Папа с ружьем в авангарде, затем Парнишка и Толстик, вооруженные топориками и игрушечными пистолетами, сосредоточенные и воинственно напряженные, словно настоящие краснокожие. Двое замыкающих шли не так аккуратно, но были также всецело поглощены игрой. Этот странный боевой строй обошел вокруг мебели, выбрался на лужайку, обогнул густые заросли магнолии, прошествовал по двору и оказался у деревьев на самом его краю. Там Папа остановился, поднял руку вверх и обернулся. Его суровое лицо заставило детишек замереть.
— Все здесь? — спросил он.
— Все, все.
— Тихо, воины! Ни звука. Там, в кустах, — вражеский лазутчик. Вы двое со мной. Ты, Красный Бизон, и ты, Черный Медведь, подползите и прикончите его. Только без шума. Быстро и сразу. Когда все сделаете, дайте нам клич лесного голубя, и мы к вам присоединимся.
Двое воинов поползли к кустам, как заправские разведчики. Папа оперся на ружье и подмигнул леди Солнышку, которая встревоженно следила за происходившим, словно курица-наседка, присматривающая за разбежавшимися цыплятами. Двое юных индейцев хлопали друг друга и хихикали. Вскоре впереди раздалось воркование лесного голубя. Папа и племя двинулись к кустам, где их ждал передовой отряд. Великий Вождь, мы не нашли никакого лазутчика, — доложил Парнишка.
— И некого было приканчивать, — добавил Толстик.
Вождь нисколько не удивился, потому что выдумал лазутчика. Но признаваться в этом было никак нельзя.
— Вы нашли его след? — строго спросил он.
— Нет, Вождь.
— Дайте-ка я посмотрю.
Папа обследовал кусты с исключительной тщательностью.
— Прежде чем пали снега, здесь прошел человек, одетый в серое, с рыжими волосами и косой на левый глаз. По следам видно, что его брат держит бакалейную лавку, а его жена тайком курит.
— Ой, пап, а как ты все это узнал?
— Это легко, сынок, когда есть опыт. Слушайте, мы же индейцы на тропе войны, и помните об этом, если дорожите своим скальпом! Ага, вот и след Шалтай-Болтая!
На этом месте дядя Пэт оставил клочки бумаги, и Папа это прекрасно знал. Ребята бросились собирать их по кустам, словно свора разгоряченных гончих. Вскоре был объявлен привал.
— Великий Вождь, а почему подлый бледнолицый везде оставляет за собой бумажки?
Папа сделал над собой усилие и произвел мыслительную работу.
— Он рвет написанные им подметные письма. Потом он снова их пишет и снова рвет. Вы сами увидите, что он бросает их всюду, где бы ни шел. А теперь вперед, храбрые воины!
Дядя Пэт «наследил» по всему саду, и племя ринулось по его следу. Наконец, они остановились у проема в живой изгороди, за которым открывалось поле, где стоял небольшой сарайчик, построенный Папой. На нем висела яркая табличка с надписью «РАБОТАЮ». Он служил прекрасным прикрытием и убежищем, когда Папе хотелось спокойно покурить или немножко вздремнуть. Кроме сарайчика в поле ничего не было, но в этот раз Вождь быстро утащил все племя за изгородь и шепотом приказал им осторожно посмотреть сквозь ветви кустарника.
В самой середине поля на треножнике из жердочек висел чайник. По обе стороны от него сидели сгорбленные фигуры, закутанные в цветастые одеяла. Да, славно и на совесть поработал дядя Пэт.
![Тайна бильярдного шара. До и после Шерлока Холмса [сборник] - i_013.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/6/7/0/4/0/167040/1369307825/i_013.jpg)
Охота на бизона. Старинная гравюра
![Тайна бильярдного шара. До и после Шерлока Холмса [сборник] - i_014.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/6/7/0/4/0/167040/1369307825/i_014.png)
— Вы должны взять их прежде, чем они успеют схватить винтовки, — приказал Вождь. — Что делать с лошадьми? Черный Медведь, пройди вдоль изгороди и узнай, есть ли у них лошади. Если нет, свистни три раза.
Вскоре послышался свист, и воин вернулся.
— Если бы кони там были, что бы ты сделал?
— Скальпировал их! — выступил Толстик.
— Дурачина ты! — заявил Парнишка. — Ты когда-нибудь слышал о лошадином скальпе? Их надо разгонять в разные стороны.
— Конечно, — согласился Вождь. — Если видишь пасущуюся лошадь, надо к ней подползти, вспрыгнуть ей на спину и мчаться прочь во весь опор, спрятав голову ей за шею, так чтобы видна была только твоя нога. Всегда помните об этом. Однако нам нужно схватить и убить этих мерзавцев, вторгшихся на нашу землю.
— К ним надо подползти?
— Да, подползти. Действовать по моему сигналу. Брать живьем. Я хочу их сперва допросить. Отнесете их в хижину. Начали!
Маленькие фигурки двинулись вперед, двое пухленьких малышей и двое гибких и энергичных мальчишек. Папа стоял за кустами и наблюдал за ними. Они растянулись в линию и подкрадывались к лагерю чужаков. Затем по команде Вождя они издали боевой клич и ринулись на бледнолицых, размахивая оружием. Секундой позже ревущие воины уже тащили двух тряпичных трапперов к хижине. Когда Вождь вошел внутрь, пленники стояли в углу, прислоненные друг к другу, а восторженные индейцы танцевали перед ними свой победный танец.
— Раненые есть? — спросил Вождь.
— Нет, нет!
— Руки им связали?
С насупленным серьезным лицом Красный Бизон произвел движения позади каждого из чучел.
— Они связаны, Великий Вождь.
— Что будем с ними делать?
— Головы им отрубить! — взвизгнул Толстик, снискавший себе славу самого кровожадного из всего племени. В реальной же жизни они частенько наблюдали, как он рыдал над каждой раздавленной гусеницей.
— Надо бы их к столбу привязать, — заметил Парнишка.
— Зачем вы охотитесь на наших бизонов? — сурово вопрошал Папа.
Пленники хранили угрюмое молчание.
— Можно, я застрелю зеленого? — спросил Толстик, доставая деревянный пистолет.
— Подожди, — остановил его Вождь. — Лучше всего оставить одного в заложниках, а второго послать сказать Вождю Бледнолицых, чтобы тот в три дня заплатил выкуп.
Но в этот момент, по выражению одного великого писателя, «случилось нечто странное». Послышался звук поворачиваемого ключа, и все племя оказалось запертым в хижине. Секундой позже в окне появилось ужасное лицо, сплошь покрытое грязью и травой, свисавшей из-под маленькой кепки. Жуткая фигура исполнила танец победы, а потом нагнулась и подожгла сложенные у окна бумагу и стружку.
— О боги! — вскричал Вождь. — Это же Желтая Змея, свирепый вождь Красноносых!
Снаружи разгоралось пламя и поднимался дым. Все было задумано и исполнено просто великолепно и совершенно безопасно, но оказалось чересчур для маленьких воинов. Повернулся ключ, дверь отворилась, и двое рыдающих малышей упали в объятия стоявшей на коленях леди Солнышка. Красный Бизон и Черный Медведь изо всех сил выдерживали характер.
— Я не испугался, пап, — заявил Парнишка, хотя и заметно побледнел.
— Я тоже нет! — крикнул Толстик, пулей вылетая из сарая.
— Мы запрем пленников без пищи и воды, а наутро созовем военный совет, чтобы решить, что с ними делать дальше, — объявил Вождь. — Сегодня мы сделали достаточно.