Кина не будет - Каневский Александр Семенович (читать лучшие читаемые книги txt, fb2) 📗
АДЕЛАИДА: Я должна владеть информацией.
Снова подмосковная дача Валентина. Всё те же лица.
ВАЛЕНТИН: Чем читать мне нотации, лучше скажи, когда мы на твоей свадьбе погуляем?
ДУБИНСКИЙ: Ищешь лишний повод напиться?
ВАЛЕНТИН: Хочу, чтобы ты наконец женился.
ДУБИНСКИЙ: Чего ты меня подгоняешь?
ВАЛЕНТИН: Боюсь, что ты засидишься до критического возраста.
ДУБИНСКИЙ: Что это значит?
ВАЛЕНТИН: Это значит, что, когда тебя обвинят в изнасиловании, ты уже не сможешь предъявить орудие преступления.
Дубинский рассмеялся.
ДУБИНСКИЙ: Я это учту. И ускорю поиски.
ВАЛЕНТИН: Я тебя уже со столькими хорошими бабами знакомил, но ты же переборчив, как царевна Несмеяна. Например, вот, наша соседка по даче… (Кивает в сторону веранды, где беседуют женщины.) … чем не вариант: вдова, симпатичная, обеспеченная, хороший коттедж, большой участок, любит копаться в огороде, у неё много земли, и у коттеджа, и на участке…
ДУБИНСКИЙ (завершая его фразу): …и плюс ещё чернозём под ногтями. Кончай быть свахой. Помни, что сказано в Библии: не пожелай жену ближнему своему!
АНЮТА (с веранды): Мальчики, пора ехать, скоро стемнеет: не люблю ездить в темноте.
ВАЛЕНТИН: Мы готовы.
ДУБИНСКИЙ: Валя, как ты после выпивки сядешь за руль? Давай я отвезу вас, а ты завтра вернёшься за своей машиной.
ВАЛЕНТИН: Яшенька, не боись! Мой «Мерседесе», если поставить на него пушку, может работать танком — в нём я чувствую себя защищённым.
Мужчины поднимаются, прощаются с соседкой, идут к калитке. Она, призывно глядя на Дубинского, приглашает.
СОСЕДКА: Приезжайте почаще. Вместе капусточку будем квасить.
ДУБИНСКИЙ (поёживается и вполголоса говорит Валентину): Тогда я здесь вообще больше не появлюсь — не терплю квашеную капусту.
Садясь в машину, Валентин командует другу.
ВАЛЕНТИН: Езжай за нами, я знаю кратчайший путь!
Грохот от столкновения двух тяжёлых машин, сирена «Скорой помощи», полиция, носилки, кладбище, прощальные речи, погребение, мраморная плита с надписью: «Валентин и Анюта Горчаковы».
Всё это происходит на фоне голоса Дубинского — это он рассказывает Елене.
ДУБИНСКИЙ: …Самосвал был нагружен бетонными плитами, он превратил «Мерседес» в гармошку. Его разрезали, чтобы их вынуть. Смерть была мгновенной. Отец успел прикрыть маму своим телом, но это не помогло. «Мерседес» стал для них катафалком.
Елена подавлена, растеряна, оглушена этим несчастьем.
ЕЛЕНА: Я осталась одна. Что мне делать? Лучше бы я была с ними в машине!
ДУБИНСКИЙ: Не говори глупости! Ты должна жить и радоваться жизни, чтобы не огорчать папу и маму, они там… (Указывает на небо.) …они наблюдают за тобой. Ты должна продолжать папино дело: он завещал тебе всё своё состояние, всё имущество, движимое и недвижимое, и весь бизнес.
ЕЛЕНА: Господи, я же в этом ничего не смыслю!
ДУБИНСКИЙ: Не волнуйся, я возьму на себя контроль за бизнесом и буду тебя постепенно вводить в курс дела. И ещё: чтоб ты не оставалась одна, я нашёл одинокую пожилую украинку, которая мыкалась по съёмным квартирам, зарабатывая на пропитание уборками в богатых виллах. Я предложил ей переехать к тебе, стать домоправительницей и вести хозяйство. Она радостно согласилась. Зовут её Таисия Богдановна, она чистоплотна, аккуратна, очень вкусно готовит — я недели две пользовался её услугами. Завтра утром она придёт, покажи ей всё ваше хозяйство — и к ужину у тебя уже будет очень вкусная еда.
Гостиная. Стол накрыт красивой скатертью, на нём два прибора: Елена и Таисия Богдановна готовятся к ужину. Елена расспрашивает Таисию.
ЕЛЕНА: Что вас подтолкнуло на переезд в Россию? Одной, в чужую страну, в немолодом возрасте — это же не легко.
ТАИСИЯ: Муж без отключки пил, не сдюжила.
ЕЛЕНА: Сколько вы с ним прожили?
ТАИСИЯ: Двадцать пять годков.
ЕЛЕНА: Столько терпели?
ТАИСИЯ: Жалела. Человек он добрый. И несчастный. Мечта у него была выучиться на актёра. Батька не дал, мол, это не профессия, мол, мужик должен уметь заработать, поэтому заставлял его играть на аккордеоне. Они жили в деревне под Черновцами. В хате была русская печь. Отец сажал туда Стёпу, моего будущего мужа…
ЕЛЕНА (в ужасе): Куда сажал? В печку?!
ТАИСИЯ: В неё. Закрывал заслонку и ждал. Когда печь нагревалась, Стёпа начинал стучать, мол, выпусти. Отец спрашивал: «Играть будешь?» — «Нет, — отвечал Стёпа». — «Тогда ещё чуток погрейся». Когда становилось жарко, Стёпа кричал: «Буду, буду!», батька выпускал его и заставлял играть. Так и выучил. Он на свадьбах играл, на похоронах. Зарабатывал неплохо, но пил, много пил… Каждый месяц уходил в запой.
ЕЛЕНА: Бедненькая! И детей у вас не было?
ТАИСИЯ: Не хотела рожать от алкоголика.
Елена поднялась, подошла и обняла Таисию.
ЕЛЕНА: Я очень вам рада!
Таисия тоже обняла её.
ТАИСИЯ: Вы, родненькая, перетерпите: горе большое, но надо выдюжить. Я вам, как смогу, во всём помогать буду.
ЕЛЕНА (не скрывая появившихся слёз): Вы меня научите готовить настоящий украинский борщ?
ТАИСИЯ: И пампушки с чесноком, и вареники с вишнями! Кстати, сейчас вы их спробуете.
Сообщив это, Таисия направилась в кухню.
ЕЛЕНА: Бедная моя талия!
Университет. Вход в актовый зал. Из зала периодически звучат аплодисменты — там выпускникам вручают дипломы. Обладатели их, счастливые и радостные, выскакивают из зала.
В глубине коридора группа выпускников образовала круг, внутри которого, победно размахивая дипломами, по очереди танцуют свежеиспеченные специалисты. Окружающие аккомпанируют им, ритмично хлопая в ладоши.
Из зала с дипломами в руках выходят Григорий и Амиран.
АМИРАН: Ну дожили!
Обнимаются. Услышав хлопки и увидев танцующих, Григорий хватает друга за руку.
ГРИГОРИЙ: Пошли! Исполним обет!
АМИРАН (удивлённо): Какой обет?
ГРИГОРИЙ: Забыл? Эх ты! Девичья память! Мы же на первом курсе все поклялись, получив диплом, станцевать победный танец.
АМИРАН (хлопнув себя по лбу): И вправду, забыл — ранний Альцгеймер! Пошли спляшем.
Они вливаются в круг. Внутри круга старательно вытанцовывает какой-то кудлатый парень. Окружающие ему «аккомпанируют» хлопками.
АМИРАН: Что за танец?
КУДЛАТЫЙ (выдав последнее па, сообщает): Наш народный белорусский: лявониха!
АМИРАН (прыгает в круг и объявляет): Наш народный грузинский: лезгинка!
Лихо отплясывает под аккомпанемент окружающих. За ним в круг врывается Григорий.
ГРИГОРИЙ (объявляет): Наш народный русский танец: трепак!
Отплясывает с выкрутасами, переходящими в лихую присядку.
Они выходят из круга, идут по коридору. Амиран не скрывает своего восхищения.
АМИРАН: Не знал, что ты так умеешь!
ГИГОРИЙ: Забыл? Я же посещал курсы народных танцев. Но ты тоже здорово выдал! Где-то учился?
АМИРАН: Зачем? Мы, грузины, выскакиваем из чрева матери, уже танцуя лезгинку. И лезгинкой отмечаем все радостные события в жизни.
Григорий вдруг остановился.
ГРИГОРИЙ: Это замечательная традиция! Возьмём её на вооружение.
АМИРАН: То есть? Не понял.
ГРИГОРИЙ: Объясняю. Мы решили, получив дипломы, идти к Елене, делать предложение и требовать ответа. Так?
АМИРАН: Так.
ГРИГОРИЙ: Для кого-то из нас её ответ станет праздником, так?
АМИРАН: Так.
ГРИГОРИЙ: Поэтому, если она выберет тебя, ты на своей свадьбе станцуешь лезгинку, если меня — я на своей свадьбе буду отплясывать трепака.
Амиран хлопает его по плечу.
АМИРАН: Хорошая мысль, но только наоборот: если у меня будет свадьба — ты выдашь лезгинку, если у тебя — я спляшу трепака! Это будет подарком каждому из нас и подтверждением, что мы, независимо от её выбора, остались друзьями!
