Великие химики. Том 1 - Манолов К. (библиотека электронных книг TXT) 📗
— Ничего, Марта, уже поздно. Как чувствуют себя дети?
— Хорошо. Они давно спят.
Марта поставила ужин и, помолчав немного, нерешительно сказала:
— Господин Гофман, я знаю, что экономке не полагается давать советов, но мне все же хочется дать вам один совет.
Гофман посмотрел на нее с любопытством.
— Говорите, Марта, я слушаю вас.
— Мне кажется, вам надо жениться. Вы еще молоды, да и детям нужна материнская ласка.
Гофман задумался. Быть может, Марта права. Он был всегда желанным гостем в лондонском обществе: умел поддерживать и светскую беседу в гостиных, и вести серьезный научный разговор в государственных учреждениях и на промышленных предприятиях, где прислушивались к его совету и мнению не только по вопросам, связанным с химией, но и по вопросам образования, гигиены и многим другим. В Лондоне у него было много друзей не только среди мужчин, но и среди женщин.
Особенно благосклонно к нему относилась Розамунда Уилсон. Она была стройна и хороша собой. Порой казалось, что она сошла с полотен Тернера. В 1856 году Розамунда стала женой Гофмана. Она сумела согреть его сердце и окружила ученого теплом и заботой. И это не замедлило сказаться на его научной работе.
В результате почти двухлетних усилий ему удалось синтезировать новый анилиновый краситель, дающий красивый красный цвет. Он назвал его анилиновым красным [462]. Этот краситель тоже образовывался при окислении анилина, но подробные исследования Гофмана показали, что он получается лишь в результате окисления смеси анилина и толуидина. Подобный краситель появился и во Франции под названием фуксин. Гофман исследовал оба вещества и установил, что они идентичны. Этот синтез несколько прояснил процессы, которые протекают при получении анилиновых красителей, и тем не менее данных все еще было недостаточно. Необходимо было найти условия, при которых могли связаться несколько молекул анилина.
— Может быть, попробовать осуществить эту реакцию с помощью какого-нибудь другого соединения? — размышлял Гофман вслух. — Стоит проверить влияние галоидных производных.
— В настоящий момент у нас есть хлороформ, тетрахлорметан и тетрахлорэтан, — подсказал его ассистент Петер Грисс [463].
— Начнем с теми галоидными производными, которые содержат больше хлора. Это даст возможность образования более сложных веществ.
— Придется нагревать компоненты в запаянной трубке, поскольку тетрахлорэтан легко улетучивается.
— Возможно, реакция пойдет и с обратным холодильником. Попробуем оба способа.
![Великие химики. Том 1 - i_088.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/6/3/7/2/0/263720/1442317083/i_088.png)
Опыты Гофмана дали великолепные результаты: получилась новая краска — розанилин. Кроме практической стороны, Гофмана интересовала и теория процесса. Каким путем образовалось новое соединение? Как связывается анилин с тетрахлорметаном? Сложные анализы и промежуточные синтезы дали ответ: розанилин содержит три атома водорода, способных замещаться радикалами. В результате розанилин превращался в продукт, удобный для дальнейших синтезов; этот краситель стал родоначальником целой семьи анилиновых красителей.
Шарль Жерар и Жорж де Лер получили анилиновый синий нагреванием смеси розанилина и анилина. Гофман доказал, что новый краситель содержит три фенильных радикала — так появился трифениланилин. Многократные попытки ввести в молекулу и другие радикалы в конце концов тоже дали положительные результаты. Нагревая розанилин с йодистым этилом и метилом, Гофман получил два новых красителя фиолетового цвета (триэтилрозанилин и триметилрозанилин) и сразу запатентовал метод их производства.
До того времени тканей, окрашенных в фиолетовый цвет, почти не было, поскольку не знали природного красителя для этой цели. Появление фиолетового красителя вызвало настоящую сенсацию в салонах мод. В течение нескольких лет единственным модным цветом был фиолетовый, фабрики производили только этот краситель, названный «фиолетовый Гофмана».
Значительные успехи в области синтеза органических красителей принесли Гофману немалые доходы, но они не принесли ему счастья. Через четыре года после женитьбы он потерял и вторую жену. Дети Гофмана, а их было к тому времени уже пятеро, снова осиротели. Единственным утешением для него осталась работа.
В 1861 году Гофман организовал Лондонское химическое общество и стал его первым президентом.
В его лаборатории был осуществлен синтез еще одного красителя, дававшего великолепный зеленый цвет — «метиловый зеленый». Розанилин, «фиолетовый Гофмана», «метиловый зеленый» и ряд других красителей, которые производили в Англии, получили всеобщее признание на Международной выставке в Лондоне в 1862 году. Никогда еще человеческий глаз не любовался такими красивыми тонами, столь разнообразными оттенками. Интерес к анилиновым красителям вызвал к жизни анилиновую промышленность и в других странах. Особенно большую активность проявили немецкие химики; однако одного желания для успешного развития этой промышленности было мало: требовались и хорошие специалисты. В Германии было много молодых способных химиков, но они нуждались в опытном советнике и руководителе. В 1862 году министр просвещения предложил Гофману занять кафедру химии в Бонне вместо профессора Карла Бишофа [464]. Гофман принял приглашение с большим удовлетворением, так как оно давало ему возможность навсегда вернуться на родину.
Чтобы иметь возможность продолжить свою исследовательскую работу, Гофман распорядился переоборудовать лабораторию Боннского университета по образцу лаборатории Либиха. Однако еще до того как было закончено оснащение лаборатории, Гофман получил другое приглашение — ему предлагали занять место недавно скончавшегося Эйльгарда Митчерлиха в Берлине. Прожив двадцать лет в Лондоне, Гофман навсегда теперь расставался с ним. Шел 1865 год. Множество друзей и почитателей ученого в Англии искренне сожалели об его отъезде. Накануне он устроил прощальный обед, на который пригласил самых близких своих друзей. Их собралось свыше семидесяти человек; не было конца самым искренним сожалениям и добрым пожеланиям.
В Берлине работал бывший ассистент Гофмана Карл Александр Мартиус [465]. Вместе с Паулем Мендельсон-Бартольди он построил анилиновую фабрику в Румельсдорфе, неподалеку от Берлина, и здесь продолжал свою исследовательскую работу.
Когда Гофман переехал в Берлин, старая их дружба возобновилась. Мартиус помог Гофману установить тесные связи с немецкими промышленниками и учеными. Знакомство с Гуго Купенгеймом и Эрнстом Шерингом привело Гофмана к работе над проблемами неорганической и фармацевтической промышленности. Благодаря своим знаниям и высокой культуре, он и в Германии занял ведущее место в кругу ученых и промышленников. В его лаборатории трудились многие молодые ученые, внесшие впоследствии немалый вклад в развитие химии и химической промышленности. Кроме анилиновых красителей, Гофман пытался синтезировать и другие виды красителей. В результате тщательного изучения сафранина и индолина ему удалось создать ряд хинолиновых красителей, дающих отличные синие, красные и желтые цвета.
Особенно важным оказалось открытие возможности внутримолекулярных перегруппировок, в результате которых одно соединение превращалось в другое. Гофман получил анилин, в котором один атом водорода аминогруппы был замещен метиловой группой. Однако в процессе очистки это вещество превращалось в толуидин, поскольку метиловая группа менялась местом с одним атомом водорода бензольного кольца.
Это было совершенно неожиданно и казалось необъяснимым. Гофман провел опыты повторно, но результат был тем же. Тогда возникла мысль провести реакцию с метилированным толуидином вместо метилированного анилина.
Ученый приступил к эксперименту. И в этом случае в молекуле вещества происходило аналогичное перемещение входящих в состав атомов — метилированный толуидин превратился в ксилидин. Гофман продолжил опыты, применил ароматические амины с двумя, тремя и более метиловыми группами в бензольном кольце и метилированной аминогруппой. По окончании реакции получался ароматический амин с одной лишней метиловой группой в бензольном кольце по сравнению с исходным веществом. Таким образом Гофман получил три-, тетра- и пентаметиланилины. С помощью этой новой реакции сразу увеличилось число соединений, из которых синтезировали красители, а гофмановская перегруппировка оказалась очень удобным способом синтеза промежуточных продуктов. Эта реакция имела большое значение не только для производства красителей, но и вообще для органической химии [466].
462
В 1858 г. Гофман получил анилиновый красный (аналогичный анилиновому красному, полученному в 1856 г. химиком Я. Натансоном). Этот краситель был повторно синтезирован французом Э. Вергеном и назван им фуксином. Гофман установил, что этот краситель является солянокислой солью розанилина и получить его можно только из анилина, содержащего толуидин (Мусабеков Ю. С., Черняк А. Я., ук. соч., с. 180–181).
463
Иоган Петер Грисс (1829–1888) — немецкий химик, открыл ароматические диазосоединения, основоположник промышленности азокрасителей. О Гриссе см.: Farber E. — In: Great Chemists, ук. соч., с. 635, 941–942; Джуа М., ук. соч., с. 351–352; Быков Г. В. История органической химии: Открытие важнейших органических соединений, ук. соч., с. 117–119 и др.; Волков В. А. и др., ук. соч., с. 154.
464
Карл Адам Бишоф (1855–1908) — профессор химии и технологии в Рижском политехническом институте; получил малоновый ангидрид, участвовал в разработке учения об изомерии. О Бишофе см.: Быков Г. II. История органической химии: Структурная теория, физическая органическая химия, расчетные методы. — М.: Химия, 1976, с. 52–54 и сл. Волков В. А. и др., ук. соч., с. 60.
465
Карл Александр Мартиус (1838–1920) — немецкий химик, один из основателей Немецкого химического общества и промышленности искусственных красителей в Германии.
466
Нельзя не отметить то большое прогрессивное значение, которое имела разработка и введение Гофманом новой номенклатуры органических веществ. Он предложил термин «алифатические соединения», наименования с окончанием -ан (для парафинов), -ен (для олефинов) и -ни (для ацетиленовых углеводородов). См.: Мусабеков Ю. С., Черняк А. Я., ук. соч., с. 180.