Кронштадтский мятеж - Семанов Сергей Николаевич (бесплатные серии книг .txt) 📗
В итоге так называемая непосещаемость, то есть различного рода прогулы, «в среднем за последние пять месяцев 1920 г. по всей промышленности Петрограда составила 15,9 % среди рабочих и 10 % среди служащих». [81]
Именно в этот период тяжелое положение широких масс трудящихся еще более усугубилось топливным и продовольственным кризисами, разразившимися одновременно и внезапно. Обе эти экономические катастрофы были взаимосвязаны и взаимообусловленны. Расстройство транспорта (в первую очередь железнодорожного) приводило к тому, что даже наличные запасы продовольствия и топлива порой было невозможно доставить в соответствующие районы.
Урожай 1920 г. в целом оказался благоприятным. Несмотря на военное лихолетие, сбор основных видов товарной продукции сельского хозяйства также прошел удовлетворительно. Однако доставка продовольствия в потребляющие районы Европейской России сделалась необычайно трудной. На узловых станциях Юга и Западной Сибири, Северного Кавказа и Средней Азии скапливались многие тысячи пудов хлеба, однако нехватало подвижного состава для своевременной его доставки. В то же время многие паровозы из числа исправных простаивали из-за нехватки топлива. В значительной мере именно этой причиной и вызывались продовольственные трудности в стране. 2 и 3 марта 1921 г. одновременно в газетах «Правда» и «Известия» было опубликовано официальное заявление президиума ВСНХ «Топливное положение СССР». [82] Отмечались три главных района топливного кризиса: Украина, где запас донецкого угля «на поверхности» (то — есть добытый за прошлые годы) был исчерпан, а наладить угледобычу не удалось; Западная Сибирь, где топливный кризис был связан с упадком работ в Кузнецком бассейне; и, наконец, Петроград, где положение с топливом, как подчеркивалось в центральной советской печати, резко ухудшилось именно в начале 1921 г.: в январе в город было доставлено лишь 35 % запланированного количества угля, а в феврале — 25 %.
Между тем петроградская промышленность «во второй половине 1920 г. начала расширять производство, многим крупным металлообрабатывающим предприятиям увеличили программу, были открыты горячие цеха, требовавшие большого количества топлива. Летом и осенью топливо поступало более или менее регулярно (в частности, речным путем). [83]
Расширение производства тормозилось нехваткой рабочей силы, которая пополнялась трудмобилизациями. [84] Эта мера, безусловно, была вынужденной: масса кадровых пролетариев распылилась далеко за пределы города, привлечь этих людей вновь на производство в условиях полуголодного Петрограда являлось делом весьма проблематичным.
Однако расширение производства оказалось кратковременным. Уже с декабря 1920 г. почти прекратился подвоз угля из Донбасса, который являлся традиционным поставщиком топлива для петроградской промышленности. Незначительное количество нефти, поступившее в Петроград, могло обеспечить лишь предприятия группы «водосвет» (то есть водоснабжение и освещение города). [85] В декабре 1920 г. и отчасти в январе 1921 г. предприятия действовали в основном за счет запасов топлива, оставшегося от летней навигации. [86] К началу февраля в Петрограде сложилось следующее положение: в наличии имелось 3200 тыс. пуд. топлива, а среднемесячная норма потребления равнялась 6000 пуд. [87]
Поступление топлива в Петроград в последнее полугодие 1920 г., по официальным данным Петросовета, рисуется следующим образом (ежемесячно в тыс. т): [88]
![Кронштадтский мятеж - i_004.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/2/2/3/6/3/222363/1413826375/i_004.jpg)
Таким образом, в Петроград за вторую половину 1920 г. было завезено 80 % запланированного количества твердого и 49 % жидкого топлива. Такое положение следовало бы признать тяжелым, но отнюдь не катастрофическим, если бы не одно немаловажное обстоятельство: резкое падение количества поступившего в город топлива в конце 1920 г.
Предприятия, задыхаясь от нехватки топлива, работали в пол-и четверть мощности. Это вызывало новые непроизводительные растраты сырья: при неполной загрузке цехов и, следовательно, малой производительности топлива расходовалось не меньше, а порой больше, чем при работе на полную мощность.
Давно нечищенные и неремонтированные паровые котлы потребляли двойную норму топлива. На заседании Петросовета 11 февраля 1921 г. было доложено, что в среднем на каждую единицу выпускаемой продукции расходуется топлива в 2–3 раза больше, чем до войны. [89]
Предвидя тяжелое положение с топливом в предстоящую зиму, ВСНХ еще 11 июля 1920 г. предписал местным организациям принять меры к снабжению населения из местных ресурсов. Впоследствии, однако, было отмечено, что месттяые организации не всегда хорошо справлялись с этим. [90] Именно так обстояло дело в Петроградском промышленном районе.
Основным топливом для Петрограда в создавшихся условиях должны были стать дрова. Лесных ресурсов собственно Петроградской губернии было недостаточно, поэтому заранее предполагалось, что топливные нужды индустриального центра будут пополняться за счет лесодобычи Олонецкой, Череповецкой, Вологодской, Новгородской и Псковской губерний. По расчетным данным предполагалось, что в январе 1921 г. Петрограду потребуется 18 тыс. вагонов дров, то есть по 600 вагонов в день; однако расстроенный транспорт не смог выдержать этой нагрузки, и в целом за указанный месяц было доставлено лишь 15 % расчетного количества дров. [91] Специальная комиссия СТО отметила в своем постановлении от 24 февраля 1921 г., что доставка дровяного топлива в Петроград в течение всей зимы систематически не выполнялась. [92]
В создавшихся условиях партийная организация Петрограда была вынуждена принять чрезвычайные меры. 1 февраля Исполком Петросовета специальным решением создает особую «топливную пятерку». В принятом по этому поводу постановлении указывалось:
«Пятерке этой, облеченной весьма широкими полномочиями, поручается все дело снабжения Петрограда дровами. В распоряжение пятерки откомандировываются 100 ответственных работников, которые должны быть мобилизованы в 24 часа». [93]
«Топливной пятерке» были подчинены все организации, ведавшие погрузкой и перевозкой дров по железным дорогам, ей предоставлялись карательные функции. [94]
С 5 февраля в «Петроградской правде» появляется специальная рубрика «На топливном фронте», материалы которой, напоминавшие фронтовые сводки, шли весь февраль и часть марта, даже во время резкого обострения положения в дни кронштадтского мятежа. Чрезвычайными усилиями «топливной пятерке» удалось добиться некоторого улучшения в подвозе топлива. [95]
В целом за февраль поступление к городу топлива (в том числе торфа) увеличилось по сравнению с январем почти в 1,5 раза: по данным Петротопа, в январе прибыло в Петроград 5949 вагонов с топливом, а в феврале — 8929 вагонов. [96] В этом большую роль сыграло принятое Совнаркомом 1 февраля 1921 г. решение о закупке за границей около 300 тыс. т каменного угля; по словам В. И. Ленина, уголь предназначался для того, «чтобы оживить промышленность Петрограда и текстильную». [97] По сообщениям печати, первые эшелоны с импортным углем стали прибывать в Петроград из Архангельска уже в 20-х числах февраля. [98]
81
82. Там же.
82
83. «Правда», 2, 3 марта 1921 г.; «Известия», 2, 3 марта 1921 г.
83
84. ЛГАОРСС, ф. 6276, оп. 6, д. 132, л. 61.
84
85. ЛГАОРСС, ф. 1000, оп. 5, д. 1, л. 26.
85
86. «Кронштадтский мятеж». Сб. документов. Л., 1931, стр. 126.
86
87. ЛГАОРСС, ф. 1000, оп. 5, д. 1, л. 27.
87
88. «Петроградская правда», 12 февраля 1921 г.
88
89. «Правда», 24 февраля 1921 г.
89
90. ЛГАОРСС, ф. 1000, оп. 5, д. 1, л. 27.
90
91. «Известия», 3 марта 1921 г.
91
92. «Петроградская правда», 6 февраля 1921 г.
92
93. ЛГАОРСС, ф. 1000, оп. 5, д. 245, л. 2.
93
94. «Петроградская правда», 2 февраля 1921 г.
94
95. «Петроградская правда», 3, 5 февраля 1921 г.
95
96. Сообщалось, например, об увеличении подвоза дров по Северо-Западной железной дороге («Петроградская правда», 16 февраля 1921 г.) и по некоторым другим дорогам («Петроградская правда», 27 февраля 1921 г.).
96
97. «Петроградская правда», 4 марта 1921 г.
97
98. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т, 43, стр. 69.
98
99. «Петроградская правда», 27 февраля 1921 г.