Между любовью и ненавистью - Роуз Шейн (книги хорошем качестве бесплатно без регистрации txt, fb2) 📗

– Разумеется, она не включила меня в чат, – буркнула я себе под нос. Плевать, что люди говорят за моей спиной, но Рита питала ко мне особую неприязнь. Изо всех сил я старалась не погружаться в эти мысли. Моя самооценка не нуждалась в еще одном недоброжелателе, вызывающем тревогу. Вот почему я в первую очередь решила уехать от сестры и матери.

Не теряя ни минуты, я вызвала такси и надела платье, решив закрыть глаза на измятую ткань. Времени на укладку не оставалось, поэтому пришлось ограничиться пенкой для волос, позволив локонам естественно ниспадать волнами, затем нанесла консилер, чтобы скрыть веснушки, накрасила губы красной помадой и занялась ресницами, после чего быстро сбежала вниз по нескольким лестничным пролетам и стала дожидаться такси.

Я вздохнула. Раз он не замечал меня месяц, то, может быть, и сейчас не увидит.

Я знала, что он останавливался и в других местах, чтобы проверить обстановку. Палома из-за этого всегда была как на иголках.

Оказавшись в автомобиле, я попросила водителя как можно быстрее доставить меня на курорт «Тихоокеанское побережье» и тут же тяжело вздохнула, увидев пробки. Мне ни за что не успеть, если только машины не расступятся передо мной словно Красное море. В итоге я разговорилась с водителем, узнала о его семье и троих детях, пытаясь провести время с пользой. На всякий случай запомнила несколько новых маршрутов, потому что, возможно, начну в будущем добираться на работу на велосипеде, тем более что недавно приобрела симпатичный старый бирюзовый двухколесный транспорт на гаражной распродаже.

– По выходным движение обычно нормальное, но, кажется, случилось что-то серьезное, – пробормотал водитель, когда мы встали намертво. – Может, мне подъехать к служебному входу на курорт? Иначе ждать придется долго.

– Так получится быстрее? – уточнила я.

– Вероятно. Пешком вы обойдете пробку.

Я кивнула, надеясь, что еще есть шанс. Хоть мои предыдущие попытки изучить территорию курорта заканчивались неудачей, потому что я каждый раз терялась, поэтому старалась не уходить далеко от пекарни и лобби, где работала в поте лица.

Осознание ошибки пришло ко мне сразу после того, как я покинула такси, – автомобиль стремительно умчался, оставив меня наедине с величественным белым зданием, которое будто парило над океаном и заставляло чувствовать себя крохой на его фоне. Всякий раз, когда я обращала на него внимание, у меня захватывало дух.

Хотя Доминик Харди вел себя как настоящий придурок, однако его гениальность и художественный талант не подлежали сомнению. О своих достижениях он предпочитал не распространяться, да это и не требовалось. Пусть он и был самым черствым, ворчливым и невыносимым человеком из всех, кого я встречала, но к его мнению прислушивались. И я в том числе. Невозможно оспорить совершенство. Его творения говорили сами за себя, и вскоре весь мир присоединился к этому разговору.

Журнал за журналом.

Награда за наградой.

Его мастерство в проектировании курортов для империи HЕАТ не имело себе равных.

Стоя у боковой стены здания, я видела, как оно растянулось на множество кварталов. Движение полностью встало, да и мне под таким знойным калифорнийским солнцем тоже не желательно никуда торопиться. Постоянные нагрузки привели к тому, что мои ноги, особенно лодыжки, сильно отекли, что было заметно из-за иногда возникающих проблем с задержкой жидкости.

Вздохнув, я слегка приподняла подол платья. Раньше мне казалось, что сочетание кремового, кораллового и бежевого создаст элегантный образ. Но теперь я сожалела о выбранном платье макси, легкий материал которого развевался при каждом торопливом шаге.

Обливаясь потом, я влетела в вестибюль с болтающейся в разные стороны сумочкой Биркин в надежде, что приветственная речь не закончилась. Как назло, вращающаяся дверь повернулась недостаточно быстро, и я врезалась в нее гораздо сильнее, чем мне хотелось бы. Взоры всех присутствующих синхронно устремились в мою сторону, хотя они сидели лицом к виновнику торжества.

Доминик Харди возвышался над приглашенными, излучая уверенность в своем деловом костюме, который я не раз замечала на мужчине, пока он проходил мимо моей пекарни. Пиджак сидел безупречно, выгодно подчеркивая ширину плеч, а лацканы акцентировали внимание на подтянутой фигуре. Он был воплощением классического мужчины.

И к тому же раздраженного.

Зеленые глаза его сощурились, впиваясь в меня, а на подбородке, покрытом легкой щетиной, которая придавала ему особую харизму, дрогнул мускул. Однако тело подвело меня, пока я стояла там, пытаясь не истечь слюной и сохранить твердость в ногах.

– Что ж, – его звучный, повелительный голос эхом отразился от стен вестибюля, – рад, что вы наконец-то к нам присоединились, мисс Милтон.

Отлично, он соизволил обратить на меня внимание. Я устремилась к месту, которое оставила для меня Палома, и села, промямлив извинения.

– Хотелось бы верить, что в день открытия наших ресторанов, магазинов и пекарен вам не придется извиняться. – Упрек был справедливым. Я лишь кивнула, не поднимая взгляда, молясь о том, чтобы земля разверзлась подо мной.

К счастью, он перешел к другой теме.

– Имейте в виду, что требуется идеально согласовывать время работы ресторанов друг с другом. Мисс Милтон, пожалуйста, проработайте со своим персоналом и Ритой вопрос о том, чтобы ваше меню и график сочетались с работой других ресторанов. У нас забронированы номера на семидесяти пяти этажах, и я хочу, чтобы все пять ресторанов были доступны для гостей. Разрешение на открытие нашей пляжной зоны получено, и, надеюсь, вы уладите все в течение ближайшего месяца.

Палома с воодушевлением толкнула меня в плечо.

Один из присутствующих поднял руку, но грозный взор Доминика вынудил его тут же опустить ее.

– В данный момент я не собираюсь отвечать на вопросы. После экскурсии по отелю адресуйте их Рите.

Часы показывали еще 15:03, а он уже развернулся, призывая нас следовать за ним. Непринужденная беседа, похвала вроде «молодцы» и «так держать» после тяжелого рабочего дня не были его сильной стороной. Хотя рассадка стульев предполагала длительное выступление, все повскакивали со своих мест и ринулись за ним, будто стадо послушных овец, какими мы и были.

Когда толпа поднялась, я, спотыкаясь и моргая, плелась за всеми, а Палома поддерживала меня под локоть. Видимо, это конец. Никаких вступительных слов, никаких призывов к сплоченности, даже мотивационной речи не прозвучало.

– Мы не будем знакомиться или?..

Палому это нисколько не смущало. Она подпрыгивала рядом со мной как ребенок, впервые попавший в кондитерскую. Волосы изящно покачивались в такт движениям, эффектно демонстрируя свое естественное сияние. Безупречно ровное черное каре, обрамляющее плечи, придавало ей столь смертоносный образ, насколько это возможно для миниатюрной женщины ростом метр пятьдесят.