Венецианская маска. Книга 2 - Лейкер Розалинда (книги бесплатно читать без txt) 📗
Элену весьма удивило это сообщение, ей было известно, что Пьетро намеренно не уведомили о смерти Марко, и он узнал о ней лишь после похорон.
— А зачем он приезжал в Венецию?
— А затем, чтобы все думали, что я уже одной ногой в могиле. Вот Маурицио и послал за ним в монастырь, а это не ближний свет, и он приехал. И не зря — он сумел спасти мой глаз. Так что, благодаря стараниям Пьетро и моей матушки, я выжил.
— И синьора смягчилась по отношению к нему после этого?
— Она? Да ни за что! Ведь он же совершил преступление, по ее мнению, появившись на свет тогда, когда она уже считала, что вышла из того возраста, когда рожают детей. Моя мать не из тех, кто прощает. Тебе следовало бы уже это понять.
— У Лавинии все хорошо?
— Все хорошо, только вот устала она ужасно. У матери случился небольшой удар, когда она вернулась домой после того, как ей пришлось за мной ухаживать, и он превратил ее наполовину в инвалида. Поэтому Лавинии и приходилось день и ночь следить за ней и ухаживать.
Рука Филиппо сжала ее ладонь, Элене тут же захотелось отдернуть руку, но она превозмогла себя. Филиппо поглаживал своим большим пальцем ее ладонь.
— Понимаешь, я пока не смогу быть для тебя настоящим мужем до тех пор, пока не пройдет эта проклятая боль в ребрах, но, я думаю, ты сможешь удовлетворить меня и так, как я учил тебя.
Услышав это, Элена от души пожалела, что рапира Антонио Торризи не смогла пронзить ему сердце.
![Венецианская маска. Книга 2 - i_004.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/4/6/8/5/2/146852/1352646340/i_004.png)
Доменико вернулся, когда Елизавете исполнилось восемь недель. После концерта в Оспедале Мариэтта обнаружила, что он дома. Ее сердце подпрыгнуло, стоило ей только увидеть его. Доменико слегка осунулся за время путешествия, но это делало его еще красивее. Слова радости, высказанные им, вернули ее к действительности и не дали броситься к нему в объятия.
— Значит, у нас прекрасная дочь, Мариэтта.
Когда он, заключив ее в объятия, стал кружить по залу, она почти простила его за обман.
Никогда еще он не был с ней таким нежным и одновременно страстным, как в ту ночь. Заметив легкую перемену в ее поведении, он, не понимая истинной причины этого, всеми силами старался уверить ее в том, что счастлив стать отцом дочери.
— Если случится так, что судьба будет посылать нам лишь дочерей, — великодушно заявил он, — то Елизавета станет наследницей и главой дома Торризи. И пусть мне придется сражаться со всеми за то, чтобы в законодательство внесли соответствующее изменение.
— Нет! — встревоженная тем, что Доменико вполне мог отважиться на такой шаг, Мариэтта прижала палец к его губам. — Этому никогда не бывать! И не думай об этом! У нас еще будут сыновья. И, рано или поздно, у Торризи будет настоящий наследник.
— Хорошо, хорошо, — принялся успокаивать ее Доменико. — Незачем волноваться по этому поводу раньше времени. — Он вдруг стал очень серьезным, весьма обеспокоенный такой ее бурной реакцией. — Мне хотелось, чтобы ты не печалилась.
Доменико, устав в дороге, так и уснул, не. выпуская ее из объятий, а вот к Мариэтте сон не шел. В каком же жутком и двусмысленном положении он оказался! Даже если она и пожелает сказать ему правду, это окажется невозможным, потому что дала Элене клятву молчать и не могла ее нарушить. Значит, им необходим сын, причем, как можно скорее. Ведь если получится так, что, несмотря ни на что, Елизавета, будучи представительницей клана Челано, унаследует все, это станет совершенно невероятным предательством, и к нему приложит руку она, Мариэтта. Как можно допустить такое?
![Венецианская маска. Книга 2 - i_004.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/4/6/8/5/2/146852/1352646340/i_004.png)
Крестили Елизавету в церкви Санта-Мария делла Пиета. На роли крестных могли претендовать, разумеется, Адрианна и сестра Джаккомина, хотя монахиня почему-то отказалась.
— Не могу сказать, что не хочу этого, — объясняла сестра Джаккомина Мариэтте, — но, боюсь, для этого лучшей кандидатки, чем Бьянка, не сыщешь. Ведь она всегда так гордилась тобой и Эленой, да и вы обе тоже прекрасно относились к ней. И хотя ей всего десять лет от роду, девочка с сильно развитым чувством ответственности в отношении тех, кто младше, и вообще, очень любит малышей — добрая, никогда никого не ударит и никому не нагрубит. Мне кажется, для вашей Елизаветы нет другой крестной.
Мариэтте пришлось по душе предложение монахини и то, что она в который раз уже продемонстрировала отсутствие следов эгоизма. И Доменико тоже ничего против не имел. Он знал эту девочку и любил ее, она не раз приходила в сопровождении монахинь к ним в гости во дворец после их свадьбы.
Сама Бьянка с нескрываемым восторгом отозвалась на это предложение.
— Да, да, я очень хочу! Ой, как здорово! А можно мне будет держать Елизавету, когда ее будут крестить?
Мариэтта, которая специально для беседы с ней пришла в Оспедале, с улыбкой кивнула.
— Я не сомневаюсь, что Адрианна согласится.
Элена тайком наблюдала, как крестили ее дочь, из-за решетки, за которой они столько раз пели, как и тогда, когда здесь венчали Мариэтту и Доменико. Ей очень нравилось, что крестной выбрали их Бьянку, и она с нежностью смотрела, как девочка держала Елизавету. Элена не видела дочку с тех пор, как отдала ее в руки Мариэтты. Несмотря на их надежды, Элена начинала понимать, что обречена переживать тоску всякий раз, когда она увидит свою Елизавету. Но она не могла не присутствовать на таком торжественном для ее дочери событии, и пусть даже будет потом горевать.
Вскоре она встретилась с Мариэттой, которая представила ей полный отчет о том, как растет девочка, Элена давно и с нетерпением ждала этого. Ей очень льстило, что у них с Елизаветой глаза почти одного цвета, впрочем, если быть до конца объективным, у дочери не могло быть таких непередаваемых фиалково-синих глаз, какие у Элены. По какому-то велению судьбы, в волосиках Елизаветы стали появляться хорошо знакомые Элене медные тона, столь характерные для Мариэтты. А сама Мариэтта вспоминала, что это не ее плоть и кровь лишь тогда, когда встречалась с ее настоящей матерью.
К радости Доменико и Мариэтты, подал о себе весть Антонио. Он писал, что обосновался в Женеве. И это решение созрело не только потому, что Швейцария — независимое государство, но и вследствие того, что у него там обнаружились друзья — одна семья, которой он в свое время очень помог устроиться в Венеции во время карнавала. Он писал, что еще тогда увлекся их дочерью Жанной, но, согласно венецианским законам, не имел права жениться на ней. Теперь же, когда наступил такой момент, когда эти пресловутые законы стали ему нипочем, он собирается жениться на этой девушке и в перспективе войти в банковское дело, которое ведет ее отец.
— Слава Богу, это письмо хоть принесло нам добрые вести! — воскликнула обрадованно Мариэтта, едва прочитав его. Потом, внезапно осознав, что вряд ли могло радовать Доменико, что все его братья рассеялись по белу свету, успокаивающе положила руку ему на плечо. — Не печалься, ведь мы в любой момент можем поехать к нему.
— Я думал об этом. Мне, очевидно, удастся заехать к нему, когда случится очередная миссия в те края. — Доменико хмуро читал письмо, которое Мариэтта отдала ему. Дело было в том, что Женева не так уж далеко, чтобы Филиппо Челано не послал туда своих наемных убийц, если только ему удастся пронюхать о том, что Антонио там. Вероломству Филиппо Челано пределов нет, поэтому вряд ли следует рассчитывать на то, что он останется верным традиционной дворянской морали, которой могли похвастаться совсем еще недалекие его предки. А поскольку пока след Антонио для него потерян и дуэль до конца не разрешилась, то не исключено, что очень скоро и он сам станет мишенью для подлого нападения из-за угла.
И Элена решила ничего не сообщать Мариэтте, чтобы лишний раз не тревожить ее, что ей стало известно буквально сразу же после ее прибытия домой, во дворец Челано. Речь шла о заговоре против Доменико. Элена никогда не допускалась на так называемые деловые встречи, которые Филиппо проводил со своими родственниками и знакомыми, по она стала запоминать всех, кто приходил во дворец, и без зазрения совести подслушивала все разговоры, которые велись за закрытыми дверями. Иногда до нее доходили лишь обрывки фраз, но она всегда все записывала с указанием даты и времени, надеясь, что это однажды может понадобиться для того, чтобы своевременно предупредить через Мариетту Доменико о грозящей ему опасности. И хотя Элене доселе ни разу не приходилось встречаться с Доменико Торризи лично, вопрос о его безопасности являлся для нее жизненно важным по двум причинам: первое — он любимый муж ее лучшей подруги Мариэтты, второе — отчим ее дочери.