Брачная вендетта госпожи Демидовой (СИ) - Боброва Екатерина Александровна (книги онлайн полностью бесплатно TXT, FB2) 📗
Я представила, как отец дает этот артефакт Элиму, как тот его носит, не подозревая, насколько он близок к смерти… Нет, все равно не могу понять, зачем отцу было убивать Элима. Неужели только затем, чтобы скрыть измену жены?
— Думается, ваш отец немножко доработал этот рецепт, покрыв артефакт световым напылением, которое начинает светиться через определенное количество времени. Сиё напыление было открыто в конце прошлого века и какое-то время было популярно на балах-маскарадах. С началом бала наряды дам становились похожи на презабавные светильники, н-да, — и взгляд Льва Георгиевича затуманился воспоминаниями.
Я кашлянула. Библиотекарь с извинениями встрепенулся и продолжил:
— Если точно рассчитать время, когда напыление начнет светиться, то разрыв-камню будет достаточно этого света, чтобы сработать даже сквозь лед. Лед при взрыве не совсем растает, а превратится в ледяной туман, который заморозит кровь на ране, не дав ей сразу вытечь, ну а каменную пыль можно легко убрать уже с тела юноши. Как я читал в отчете, ваш отец потребовал применения еще и исцеляющего заклинания, окончательно запутавшего следы.
Я кивнула. Да, так и было.
— Но, — поднял руку Лев Георгиевич, — это не объясняет того, как тело из библиотеки попало в парк.
— Я думала, мой отец отлучился и вынес его сам, — честно призналась я, — а яшма не смогла показать этот момент, так как ее память была травмирована всплеском энергии от убийства. Правда, мне непонятно, как он рассчитал время убийства. Или он знал о том, что Элим отправится в библиотеку Юсупова?
— Думаю, с последним — он сам подкинул идею сыну тайком почитать фамильный справочник о даре Юсуповых, чтобы найти ответы на свои вопросы. А время… Для того, кто знает, как проходят подобные приемы, рассчитать время, когда сын попросит разрешения отлучиться — не так и сложно. Возможно, он дал ему артефакт перед уходом Элима из гостиной, как защиту от хранителя дома, чтобы тот не прогнал его из кабинета князя.
— Да, вероятно, — согласилась я, — но теперь мне непонятно, зачем он вынес тело в парк. Это ведь было рискованно.
— Рискованно, — кивнул Лев Георгиевич, убирая книгу на полку и снимая перчатки. — Но ему обязательно нужно было оказаться у тела до того, как около него появится кто-то из хозяев. Убрать следы. Потребовать целителя. А в кабинете такой возможности не было бы. Князь опытный человек. Сразу закрыл бы место преступления, запретив доступ даже вашему отцу. Однако я уверен — господин Демидов не выносил тело и не просил никого этого сделать.
Я удивленно вскинула брови.
— Подумайте сами, — Лев Георгиевич подался вперед, — в особняке много гостей. Кто-то обязательно отметил бы его отсутствие. А провести в особняк кроме камердинера он никого не мог.
— Но как тело Элима оказалось в парке? — нахмурилась я.
На лице библиотекаря промелькнуло хитрое выражение.
— Ваш батюшка большой затейник! — провозгласил он с торжеством. — На самом деле артефактов было два! Первый убил Элима, второй заставил его мертвое тело встать, спуститься с лестницы, открыть дверь кабинета, через бильярдную выйти в мавританскую гостиную. Распахнуть окно, которое всегда было неплотно закрыто, вылезти через него, спрыгнуть с первого этажа, отправиться в парк и лечь в нужное вашему отцу место. На гостя, который в ночи вышел покурить, мало кто обратил бы внимание из слуг, заметить они его случайно.
Я прикинула расположение комнат особняка и вынуждена была согласиться с доводом Льва Георгиевича. Слуги все заняты банкетом, окна гостиных выходят в основном на Мойку. Так что в сторону парка вряд ли кто-то посмотрел бы.
— К тому же ваш отец имел неограниченный доступ к крови вашего брата. Он мог сказать ему, что кровь нужна для пробуждения родового дара. Видите ли, создание подчиняющего артефакта дело небыстрое и требует кроме долгой подготовки, крови, гм, тела при жизни его владельца. Ну а после того, как ваш батюшка одним из первых оказался у тела сына, он легко мог забрать этот артефакт, скажем, сняв с его руки.
Да, мог. Вокруг стояли лишь слуги, которые ничего не понимали в магии.
— Неужели существуют артефакты, поднимающие мертвых? — в моем голосе проскользнуло недоверие.
— Увы, дитя мое, наш мир полон страшных вещей. Правда, такие артефакты довольно редки, потому что требуют не только крови, отпечатка ауры, еще пару-тройку сложных ингредиентов, но и много времени на создание. В Европе известен случай, когда вдова, которая после смерти мужа должна была остаться на улице, создала такой артефакт во время длительной болезни супруга. После смерти мужа, она подняла его тело, подчинила себе. И тот правил баронством еще добрых пять лет, пока обман не был раскрыт приехавшим в гости кузеном. Но, конечно, ни о каких поднятиях кладбищ, сотнях оживших мертвецов не может быть и речи.
И я успокоенно выдохнула. Нам только оживших мертвецов не хватало в Петербурге.
Глава 18ч2
— Однако, — и Лев Георгиевич посмотрел на меня поверх очков, — что вы, милая барышня, собираетесь со всем этим делать? С нашими домыслами, которые и доказательствами-то не являются.
— Я думала обратиться к следователю, который вел дело, — честно призналась я. Должен же он признать тот факт, что усыпление хранителя указывает на предумышленное убийство, а не на случайное, как было установлено следствием. А все собранные нами сведения укладываются в идеальную картину.
Лев Георгиевич хмыкнул, потер подбородок. Моя идея ему явно не пришлась по душе.
— Следователь, конечно, фигура весомая, но дело он уже закрыл. К тому же я слышал кое-что об нем. Человек он не простой. Не любит задавать лишних вопросов и действует исключительно в рамках закона. Такой в лучшем случае выслушает вас, в худшем — даже на порог не пустит, но точно не станет возобновлять расследование без серьезных улик. Его не просто так поставили вести это дело. Кому-то не хотелось, чтобы следствие зашло не туда.
Я удрученно кивнула. Нечто такое я и предполагала.
— Остается единственный вариант — отправиться к отцу, пока он не уехал в Вышневец и заставить его признаться в убийстве.
Брови Льва Георгиевича удивленно скакнули вверх, в глазах мелькнуло сомнение в моем здравомыслии, и я поспешно пояснила:
— Я могу создать призрак Элима.
Да, это был тот самый запасной план, к которому мне крайне не хотелось прибегать. Возвращение в родной дом пугало до дрожи, как и встреча с отцом, но, похоже, других вариантов у меня не осталось.
— Призрак. Интересный подход, — медленно произнес библиотекарь, спасибо, что глупой курицей не назвал. — Знаете, может и сработать. Убийцы не любят встречаться с жертвами. Однако, насколько я понимаю, ваше образование не включает в себя подобных дисциплин, — высказал он справедливое опасение.
Возразить тут было нечего. В университет, уж тем более на предметы, связанные с магией, женщинам вход был запрещен
— Я справлюсь, — клятвенно заверила я его.
Мне есть кому помочь. Прокопий Прокопьевич, конечно, поворчит и потребует десяток ватрушек. Хранитель дома будет более осторожен — придется раскрыться.
В целом создание полупрозрачного отпечатка внешности человека не особо сложная вещь. Главная задача — удержать созданную структуру, заставить ее двигаться и говорить, а на это требовалась прорва энергии.
Со стабилизацией мне поможет хранитель. Нужно лишь подобрать подходящий материал в качестве якоря. С речью и движением я планировала справиться сама, закрепив призрака на себя.
— Если я правильно вас понимаю, — Лев Георгиевич побарабанил пальцами по подлокотнику кресла, — вы собираетесь наведаться в дом отца и с помощью призрака вашего брата добиться от него признания в убийстве. Однако, я вижу здесь много сложностей. Главное: вам нужен свидетель и охранник. Подозреваю, если отец обнаружит ваше присутствие, живой вы оттуда не выберетесь. А свидетель понадобится достаточно весомый, чтобы его слово было безоговорочно воспринято судом. И не просто судом, а императорской семьей.