Главный инженер 8 (СИ) - Фарг Вадим (книги без регистрации полные версии TXT, FB2) 📗
— Пока всё по графику, — ответил я, убирая телефон. — Устраивайся, поболтать мы ещё успеем, пока доедем до базы. Только сразу предупреждаю: сегодня знакомимся и смотрим участок, а не оформляем тебя начальником всего хозяйства.
Гаврилов пристегнулся и усмехнулся.
— Спасибо, что сразу сказали. А то Павел Романович так вашу фирму расписал, что я уже начал сомневаться, нужны ли вам люди. По его словам, у вас и работа налажена, и платят вовремя, осталось только приехать и порадоваться.
— У Скряцкого покупателю всегда везёт, даже если тот ещё ничего не купил, — сказал я. — Но насчёт оплаты он не соврал. Остальное лучше своими глазами увидите.
Михалыч повернулся с переднего сиденья, придерживая сумку на коленях.
— Паша зимой снег продаст, а потом ещё за погрузку возьмёт, — заметил он. — Но плохого работника мне советовать не станет, знает, что я потом приеду и выскажу ему всё, что думаю.
— Мне бы просто работать без этих разговоров про трудные времена, — ответил Гаврилов. — На прошлом месте заказчик задержал расчёт, а терпеть почему-то должна была наша бригада. Начальство при этом себе ни в чём не отказывало.
— Такими глупостями мы в «основе» не балуемся, своих работников уважаем, — сказал я. — Но и от вас ждём нормального отношения. Если на участке проблема, сообщаете сразу, а не в тот самый момент, когда заказчик стоит над уже разобранной трубой и требует мой номер.
Гаврилов кивнул и спросил, кто будет принимать монтаж. Услышав про Михалыча, он немного расслабился и достал телефон с присланной накануне схемой.
— Андрей Михайлович, здесь два прохода нарисованы, а на фотографии один заставлен. Его освободят или нам всё через другой носить?
Михалыч взял телефон и приблизил снимок. Они заговорили о разгрузке, потом о соседней бригаде, которая могла мешать монтажу. Я слушал, не вмешиваясь. Гаврилов не обещал закончить работу раньше срока и не рассказывал, как спасал чужие стройки. Его больше интересовало, где разместить инструмент, и кто согласует отключение. Для начала неплохо, хотя говорить в дороге не так-то уж и сложно, а вот общаться на месте, когда объект перед глазами — совсем другое дело.
Света на утреннее приглашение так и не ответила. Я дважды открыл переписку, а потом убрал телефон во внутренний карман. Она попросила время, и проверять каждые десять минут, не закончилось ли оно, было глупо. Лучше послушать человека, которому я собирался доверить работу.
А вот на базе всё сразу же закрутилось, стоило нам только подъехать. Такси ещё не успело остановиться, а Михалыч уже потянулся к двери, когда заметил у поворота к действующему корпусу грузовик. Двое рабочих готовились разгружать связку труб прямо возле проезда.
— Мужики, погодите снимать! — окликнул их Михалыч, оставив сумку на сиденье. — Вы сейчас здесь всё уложите, а погрузчик потом как пройдёт?
Из-за кабины вышел прораб в поцарапанной каске.
— У меня разгрузка согласована, чего вы… — начал он, но, узнав Михалыча, сбавил тон. — Андрей Михайлович, на площадке пока занято. Сюда временно приняли, следующая машина через час придёт.
— Вот через час они друг друга и запрут, — Михалыч подошёл ближе. — А край площадки почему не используете?
Прораб показал на поддоны. Старик прошёл за грузовик, посмотрел, сколько там места, и вернулся. Пока они разбирались, я расплатился с водителем и достал оставленную сумку. Гаврилов стоял рядом, с интересом наблюдая за разгрузкой.
— Эти два поддона можно убрать к ограждению, место там подготовлено, — сказал Михалыч. — Освободите площадку, потом водитель переставит машину. Только сначала людей отведите, не надо у него под колёсами крутиться.
Прораб ещё раз оглянулся, прикинул расстояние и махнул рабочим. Спорить он уже не стал. Один пошёл за погрузчиком, второй принялся убирать с пути обрезки упаковки, Михалыч же вернулся к нам и забрал у меня сумку.
— Приехал, называется. Даже вещи вынуть не успел, а они уже проход собираются завалить.
— Хм, — я сделал вид, что задумался. — А знаешь, что, Михалыч? Самой большой проблемой на базе являлось отсутствие человека, который может всё контролировать, и делать это нормально, а не как те, из-за кого моя спина получила чутка бетона и плит.
— Да, да, мы это сто раз обсуждали, — проворчал он, шмыгнув носом и посмотрев в сторону рабочих. — На самом деле, мужики здесь неплохие. Ленивые только, и иногда попросту не знают, с чего начать. Но я их…
— Вот именно, Михалыч, — я с усмешкой щёлкнул пальцами, от чего тот вздрогнул. — Вот именно. Ты так рьяно отнекивался от этой работы, что стал её полноценным полководцем.
— Чего? — недоумённо протянул он, хотя по его лицу было понятно, что он уже понял, к чему я клоню. — Ты это, Макс, давай-ка без своих директорских экивоков, мне одного Орлова хватило, Царство Небесной. Он, знаешь ли, тоже любил что-то такое сказать, понятное только ему, а ты потом стой и думай, сможешь ли отдохнуть, или тебя новой работой нагрузили.
Что ж, здесь он был прав, и эта привычка осталась со мной даже в новой жизни.
— Ты единственный из «Основы», кто здесь всё изучил и способен руководить сложными работами. Степаныч, увы, хороший, но простой работяга. А ты инженер, и именно ты будешь здесь главным, как мы и хотели. Нам ведь нужен человек, который будет здесь каждый день. Но не тушуйся, ты только проверяешь работу, а не дежуришь возле каждой поставки.
— Хэх, решил он, значит… но назначить мало, — пробормотал он. — Ты ж сам сказал, что я не буду здесь каждый день. Нам надо найти ещё кого-то, но такого, чтобы человек понимал, куда смотреть.
— Вот и присмотрись к Гаврилову. Если договоримся, монтаж и бригада будут на нём.
Кандидат поправил ремень сумки и удивлённо посмотрел на меня.
— Вы меня ещё не взяли, а я уже за разгрузку отвечаю?
— Пока только знакомим с обстановкой, — сказал я. — До обеда успеете передумать.
Михалыч хмыкнул. За его ворчанием я почувствовал удовольствие: «Резонанс» отозвался коротким теплом. Старику нравилось, что к нему прислушиваются, а не держат на объекте ради подписи. Именно поэтому стоило сразу объяснить, где заканчивается его работа. Иначе он опять взвалит на себя всё, а потом будет уверять, что ему нетрудно. Хотя, конечно, возмущаться и жаловаться не перестанет.
— Если сойдёмся, Гаврилов будет руководить монтажом, а ты принимать результат, — продолжил я. — Сам свою работу он не подписывает. И ты за бригадой по вечерам ничего не доделываешь, возвращаешь замечания тому, кто ошибся.
— Сначала посмотрим, что он умеет, — ответил Михалыч. — Ты уже должности раздал, а мы ещё до участка не дошли.
— Мне тоже интересно послушать, что вы тут без меня решили, — раздался за спиной голос Умярова. — Хозяину слово дадут или я поздновато приехал?
Сергей подошёл со стороны административного корпуса. Куртка у него была расстёгнута, а ботинки запылились. Он посмотрел на грузовик, который начал перестраиваться, и улыбнулся Михалычу.
— За тобой последнее слово, — сказал я. — Мы пока только проезд освободили.
— Вижу, Андрей Михайлович уже занялся хозяйством. Хорошо хоть до моего кабинета не добрался.
— У вас возле кабинета трубы не складывают, — ответил Михалыч. — А здесь потом сами же проехать не смогут.
Сергей засмеялся и кивнул мне:
— Твои работники снова подтверждают, что они достойны премии, Максим. Никаких долгих объяснений, сразу понятно, что спорить не стоит.
Нужный нам участок находился в действующей части базы, подальше от закрытого корпуса. Подход к стене освободили, материалы лежали на подкладках, а за ограждением виднелось здание, из которого нас вытаскивали спасатели. Я на несколько секунд задержал на нём взгляд, потом повернулся к Гаврилову.
Я представил его Умярову и предложил осмотреться. Кандидат прошёл вдоль стены, заглянул за поворот и присел возле упаковок. Михалыч стоял рядом, но с подсказками не лез.