Мой бывший истинный дракон (СИ) - Мауль Александра (список книг .TXT, .FB2) 📗
Когда она забирается на спину, взлетаю, и остаток дня мы проводим вместе, наслаждаясь друг другом. Я показываю Велси свои любимые места, позволяю насладиться красотами с высоты. Во дворец возвращаемся, глубокой ночью. Я беру Велисандру на руки и несу в нашу спальню.
Она выглядит такой взволнованной, и вдохновлённый и я готов многое отдать, чтобы видеть её такой, всегда.
Наклоняюсь и накрываю её губы своими, когда мы оказываемся в наших покоях. Меня бьёт дрожь, потому что я до сих пор ещё не касался её и не планирую делать этого до свадьбы, если она будет против.
Целую её нежно ласково, раскачивая на волнах удовольствия, пытаюсь насытиться ею, её вкусом, запоминаю каждый сантиметр её губ. Она прекрасна во всём и даже тогда, когда краснеет и смущается от своей неопытности.
Кажется, что мне всегда будет её мало. Прижимаю её к себе, прекращаю терзать губы, утыкаюсь в волосы, глубоко вдыхаю, опускаюсь к шее, нежно целую, опускаюсь ниже, жду, когда она остановит меня, но вместо этого Велси отстраняется и смотрит в упор. От её взгляда подкашиваются ноги, сколько в них решимости, а затем протягивает руки, они трясутся от волнения, когда она принимается расстёгивать мою рубашку. Перехватываю её руки и сжимаю.
Закрываю глаза и глубоко вдыхаю, зверь беснуется, сердце колотится как сумасшедшее от одной мысли, что она позволит мне сегодня сделать её своей, обладать ею и показать, как сильно я её люблю и как нуждаюсь в ней.
Открываю глаза и помогаю Велисандре избавить меня от рубашки, а потом занимаюсь её платьем, едва сдерживаюсь, чтобы просто не разорвать его, покрываю поцелуями шею, плечи, спину.
То, что я чувствую, когда, наконец, соединяюсь с Велси, делаю её своей, бьёт меня по голове. Кажется, что на какое-то мгновение я даже могу почувствовать её эмоции, мы становимся одним целым. По телу пробегает приятная дрожь, а в груди, словно раскалённый шар. Сердце замирает, когда в голове стучит мысль: Велисандра моя истинная, та, что была рождена для меня и моего внутреннего зверя.
Когда наступает утро, собираюсь рассказать ей о нас и нашей связи. Из-за волнения мне не удалось сомкнуть глаз. Я прижимал её к себе, целовал, потом любовался тем, как она спит и не мог поверить, что Высшие силы не только сохранили мне жизнь, но и подарили истинную. Я попросил слуг накрыть для нас в саду, чтобы сегодняшний завтрак стал для нас особенным, чтобы это утро запомнилось нам. И, похоже, так всё и будет, утро действительно запомнится нам, но только не так, как я представлял.
В коридоре нас останавливает стража и на мой немой вопрос, они отвечают, что я задержан по приказу моего отца.
Воспоминания Рейна
— Рейнальд, — приветствует отец, когда стража приводит меня в зал совета. Его голос звучит холодно и твёрдо, и я сжимаю руки в кулаки от злости.
— Значит, тебе было мало опозорить меня своим недостойным выбором. Показать всем, своё неуважение к отцу и открытое неповиновение, — начинает он.
Вчера отец открыто сказал мне: его заботит, что я ослушался приказа, оставил на человеческих землях своих людей, хотя он уверен в том, что они в состоянии защитить себя. Сегодня, похоже, появились новые претензии.
Да, люди способны за себя постоять и у них есть своя армия. Но если уж он нарекает меня будущим правителем, то я буду делать то, что посчитаю нужным. А я считаю нужным защищать свой народ. Неважно считает он их при этом достойными или нет.
Признаюсь, что меня тошнит от него и ему подобных, которые считают себя лучше прочих, но при этом ни силу, ни превосходство своё не используют, чтобы защитить слабых.
Так уж сложилось, что драконы правят уже много веков, но если Великий Дроган и был достойным правителем, то моему деду и отцу до него далеко. Впрочем, я боюсь, что однажды и сам превращусь в кого-то подобного.
— Где ты вчера был? — слышу его и смотрю в искажённое яростью лицо своего отца, наблюдаю, как медленно темнеют его глаза, чувствую, как ярость плотной дымкой окутывает нас и оседает неприятным налётом на коже. Понимаю, что между нами снова случится ссора. — Я спрашиваю, где ты был вчера?
Прячу руки в карманы и жду, когда он преодолеет расстояние между нами. Во мне нет волнения от встречи с ним, как бывало в прошлом, кажется, что и ненависти к нему не ощущаю. Мои мысли заняты Велисандрой, и я всё ещё не отошёл от того, что мы разделили и от новости, что она моя истинная.
— Я весь вечер провёл со своей невестой, отец. — отвечаю спокойно и вижу, что мой ответ его не устраивает.
Ярость отца пахнет как кислота, даже начинает неприятно жечь глаза, и отрезвляет, когда он подходит совсем близко. Уж не представляю, чего там он себе надумал, точнее, ему помогли.
Хмыкаю и издаю рык, когда замечаю Реджиналия.
Ну, куда же без неё?
Реджи… бездна её поглоти.
Стискиваю зубы и прищуриваюсь, когда эта стерва приближается к нам и окидывается меня презрительным взглядом.
— И что весь день пропадал в объятиях человечки? Уж позабыл о своих делах? — спрашивает она, и я едва сдерживаюсь. Яд сочится из каждого слова, а в глазах такая ярость и ненависть, что я вот-вот захлебнусь.
Хочу наброситься на неё, но между нами холодная война и если я дам волю слабости, то проиграю. Слишком многое поставлено на кон. В том числе благополучие моего народа.
— Почему ты не доложил отцу о своих планах? — спрашивает она и получает в ответ равнодушный взгляд.
— О каких планах я должен тебе доложить отец? — спрашиваю и вопросительно поднимаю бровь — Разве мы не обсудили вчера всё, что ты хотел?
Отец качает головой, а в глазах плескается ярость и наверняка растекается по его телу обжигающей волной. То, что вижу в его взгляде мне не по душе, поэтому делаю шаг назад, но рука отца оказывается на моём плече.
— О твоих планах, в которые ты посвящаешь эльфов. Говорят, помощь, в которой я им отказал, ты любезно собираешься предоставить, ко всему прочему они рассчитывают и на защиту со стороны драконов. В обмен на что? Можешь мне объяснить? — спрашивает отец и внутри всё стягивается в тиски. Неужели среди моих близких появился предатель?
Да, я встречался с эльфами и заручился их поддержкой.
— Я собираюсь защищать их от нападения игисов. — отвечаю спокойно. Знаю, что моё спокойствие способно вывести из себя куда сильнее, любого пререкания.
— А о том, что ослушался моего приказа и оставил большую часть людей на их границах, тоже расскажешь? — спрашивает он и я чувствую, как его трясёт от злости. Вот это уже неприятно. — Что у тебя за дела с ними? Что у тебя на уме?
— Знаешь, как это выглядит, Рейнальд? — вмешивается Реджиналия — Как предательство своего отца, сговор и попытка устроить переворот, чтобы занять трон. — говорит она. Вот это поворот. Накрутила так накрутила, уверен, моему отцу это понравилось — наказание за это смерть. — Произносит она, и я замечаю, как слегка приподнимаются вверх уголки её губ.
Ярость вспыхивает внутри и растекается по венам. Я, конечно, буду бороться, но если отец решит меня наказать, я это приму.
Чувствую, как страх липкими щупальцами окутывает меня и ползёт вверх по позвоночнику. Мне нужен Аякс, и я срочно должен что-то предпринять, чтобы обезопасить Велисандру. Идея о том, чтобы рассказать отцу о том, что я нашёл истинную, теперь не кажется, мне такой хорошей как было до того, как я вошёл в зал совета. Теперь я собираюсь сделать всё, чтобы они об этом не узнали. А также мне нужно вывести Велисандру, если мне не удастся убедить отца в том, что не планировалось никакого переворота.
— Уверен, ты бы этого очень хотела, — бросаю ей, и она отшатывается от силы моей ярости и ненависти. Только небеса знают, как я мечтаю однажды спалить её в огне своей ярости за годы мучения, что она мне обеспечила. Всякий раз, когда я смотрю на неё и всякий раз, когда она открывает рот каждый шрам на моём теле и моей душе, оставленный по её милости, не затянувшийся после наказаний отца, науськанного моей мачехой, горит адским огнём и требует отмщения.
