Вертолёт, 2007 №1 - Журнал Вертолет (книги хорошем качестве бесплатно без регистрации TXT) 📗
В день своего юбилея Владимир Викторович принимал поздравления от родных, близких, друзей и коллег со всей страны. К этим поздравлениям и пожеланиям здоровья и дальнейших успехов присоединяемся и мы, редакция журнала «Вертолет».
Редакция журнала «Вертолет»
ИСТОРИЯ
Гигант В-12: первый раз в ввздухе
![Вертолёт, 2007 №1 - pic_95.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/0/6/4/3/2/206432/1401173892/pic_95.jpg)
В июне 2007 года исполняется 40 лет со дня первого подъема в воздух вертолета Ми-12 (В-12) — уникальной машины, на которой впоследствии было установлено 8 мировых рекордов грузоподъемности, до сих пор не перекрытых. Создание этого самого большого и грузоподъемного вертолета в мире стало выдающимся достижением советского вертолетостроения, Генерального конструктора М.Л. Миля. Первый полет Ми-12 был весьма драматичным. Сегодня об этом полете на страницах журнала вспоминает Герой Советского Союза, заслуженный летчик-испытатель Василий Петрович К0ЛОШЕНКО.
![Вертолёт, 2007 №1 - pic_96.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/0/6/4/3/2/206432/1401173892/pic_96.jpg)
В.П. Колошенко
Первый полет вертолета В-12 был назначен на 27 июня 1967 года. День выдался тихий, теплый, солнечный. В Подмосковном поселке Панки у сборочного цеха Московского вертолетного завода на бетонной площадке в ожидании первого полета стоял самый большой и самый грузоподъемный в мире вертолет В-12. Он не был похож ни на один из существовавших в мире вертолетов: огромных размеров самолетный фюзеляж заканчивался высоким килем с рулем поворота и стабилизатором с рулем высоты, два крыла обратного сужения — двигателями и редукторами, к которым крепились два несущих винта. Крылья и шасси были соединены между собой и с фюзеляжем мощными трубчатыми стойками — подкосами.
За год до этого события Министр авиационной промышленности СССР П.В. Дементьев издал приказ, в котором говорилось:
«Для проведения заводских испытаний изделия 65 (так сначала обозначался вертолет В-12 — прим. авт.) приказываю назначить экипаж в составе: первый летчик-испытатель В.П. Колошенко, второй летчик-испытатель Г.В. Алферов, штурман-испытатель В.В. Журавлев, бортинженер С.А. Бугаенко, бортрадист В.Н. Столяров, ведущий инженер Д.Т. Мацицкий, помощник ведущего инженера В.А. Изаксон-Елизаров, помощник ведущего инженера Л.С. Маневич, ведущий инженер по радиоспецоборудованию М.В. Дедов, ведущий инженер по прочности С.А. Бушканец. На период подготовки и проведения наземных и летных испытаний изделия 65 обязанности начальника ЛИБ возложить на B.C. Отделенцева».
…Вокруг вертолета собрались конструкторы, аэродинамики, летчики-испытатели, инженеры по летным испытаниям, рабочие, некоторые пришли целыми семьями! Прибыли и представители научно-исследовательских институтов Министерства авиационной промышленности СССР, Гражданской авиации и Военно-воздушных сил. Приехали представители газет и журналов, радио и телевидения. Все с волнением ждали, когда раскрутит свои огромные винты, а затем совершит свой первый полет вертолет-гигант.
Настроение у всех было приподнятое. Совсем недавно были созданы и запущены в серию вертолеты Ми-1, Ми-2, Ми-4, Ми-8, Ми-6, Ми-14, Ми-10 и Ми-ЮК. За короткий срок они успели доказать всему миру свои уникальные возможности, на них было установлено много рекордов дальности полета и грузоподъемности. И вот на поле стоит новый вертолет, более чем в два раза превосходящий по грузоподъемности Ми-6 и Ми-10!
По случаю предстоящего торжественного события вблизи вертолета установили трибуну. Недалеко от В-12 так, для порядка, стояли пожарные и санитарные машины. Приготовились к съемкам кинооператоры и фотографы.
На трибуну поднялись Михаил Леонтьевич Миль, Марат Николаевич Тищенко, Александр Самойлович Браверман, Семен Григорьевич Бродский, Иван Сергеевич Дмитриев, Владимир Александрович Изаксон-Елизаров, Дмитрий Тихонович Мацицкий, поднялся на трибуну и я как командир экипажа. Духовой оркестр заиграл гимн Советского Союза…
Михаил Леонтьевич поблагодарил всех конструкторов, инженеров, механиков, двигателистов, рабочих, всех, кто принимал участие в создании вертолета. Как всегда, его слушали затаив дыхание.
Экипаж поднимается в вертолет. Я занимаю свое кресло — левое, командирское, пристегиваюсь к сиденью. На месте второго пилота — Герман Алферов. За моей спиной садится бортинженер Сергей Бугаенко, его место оборудовано приборами контроля работы всех четырех двигателей и гидравлических систем. Место бортоператора занимает ведущий инженер по летным испытаниям вертолета Владимир Изаксон-Елизаров. Штурман Владимир Журавлев, бортрадист Станислав Иванов и бортэлектрик Семен Рыбалко поднимаются на второй этаж кабины пилотов, их рабочие места там.
Запускаем двигатели, вот винты вышли на рабочие обороты. Шумы несущих винтов, вибрации конструкции вертолета не вызывают подозрений. Еще раз осматриваю свою приборную панель — все в норме. Нажимаю кнопку самолетного переговорного устройства, опрашиваю членов экипажа о готовности к взлету. Все готовы.
Теперь все внимание вертолету, его ответам на мои действия органами управления. Чуть приподнимаю рычаг шаг-газа и перемещаю ручку циклического шага вперед. Вертолет медленно начинает руление вперед. Чуть нажимаю правую педаль, и вертолет, продолжая двигаться вперед, послушно начинает разворачиваться вправо. Нажимаю левую педаль, и машина с правого разворота переходит в левый. Отклоняю ручку циклического шага вправо, и левое колесо слегка приподнимается. При отклонении ручки влево приподнимается правое колесо. Убедившись в исправной работе органов управления, выруливаю на достаточно удаленное от зданий место, которое ранее выбрал для взлета.
Выхожу на радиосвязь с командно-диспетчерским пунктом:
— КДП, я девяносто восьмой, добрый день. Прошу взлет.
— Взлет разрешаю!
И я, установив нейтрально ручку циклического шага и педали ножного управления, медленно начинаю поднимать рычаг шаг-газа. Увеличивается мощность двигателей, усиливается шум несущих винтов. Все хорошо, да так и должно быть! Продолжаю поднимать рычаг шаг-газа. Чувствую, как увеличивается мощность двигателей. Еще больше отклоняю рычаг шаг-газа, начинает подниматься передняя амортстойка с парой колес, затем носовая часть вертолета. Для того чтобы он не начал перемещаться назад, еще больше отклоняю вперед ручку циклического шага. Вертолет не разворачивается ни вправо, ни влево — значит, я правильно определил нейтральное положение педалей. Чувствую, как приподнимаются колеса основных шасси. И вот вертолет уже в воздухе и поднимается вертикально вверх все выше и выше! И на смену напряженному чувству ожидания возможных отклонений от нормы в поведении вертолета и готовности предотвращать их приходит чувство восторга: эта новейшая машина, имеющая полетный вес более семидесяти тонн, поднялась и, послушно, подчиняясь органам управления, выполняет то, чего хочу от нее я! Хочу, чтобы мы недвижимо висели над бетонной площадкой, и вертолет прекратил подниматься и завис в воздухе! Надо зафиксировать это неподвижное висение, и мне это удается! Вертолет неподвижно висит!
И вдруг словно многотонным молотом кто-то ударил по вертолету сверху, и машину начало бросать то вверх, то вниз с большой амплитудой. Я не мог прекратить эти броски, хотя прекрасно понимал, что они могут привести к поломке вертолета в воздухе.
Вдруг, к своему ужасу, я почувствовал, что вертолет начал крениться вправо. Для устранения этого крена я стал перемещать ручку циклического шага влево, но крен все увеличивался. И только когда ручка циклического шага достигла левого упора, вертолет вдруг из правого резко завалился в левый крен. Стараясь исправить увеличивающийся левый крен, я начал перемещать ручку циклического шага вправо, но это привело к прекращению увеличения крена только после того, как ручка достигла правого упора.
Теперь вертолет продолжал, «подпрыгивая», заваливаться то в левый, то в правый крен. Предпринимаемые мною движения рычагами управления ни к чему не приводили. Мне представлялось, что для прекращения бросков вертолета я должен остановить рычаг шаг-газа в таком положении, чтобы вертолет завис на высоте нескольких метров. Но я не мог этого сделать из-за резких колебаний машины в вертикальной плоскости. Может быть, я смог бы оставить рычаг в верхнем положении, но это могло привести к резкому, недопустимому падению оборотов несущего винта. Что будет потом с неуправляемым вертолетом, неизвестно. Оставить рычаг шаг-газа в нижнем положении тоже опасно: это приведет к тому, что вертолет рухнет на землю. Что делать?