Отыгрывать эльфа не просто - Кондратьев Леонид Владимирович (чтение книг .TXT) 📗
![Отыгрывать эльфа не просто - Кондратьев Леонид Владимирович (чтение книг .TXT) 📗](/uploads/posts/books/53920/53920.jpg)
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Отыгрывать эльфа не просто - Кондратьев Леонид Владимирович (чтение книг .TXT) 📗 краткое содержание
Скажете, что отыгрыш роли эльфа это ерунда? Тогда отыграйте ее в настоящем теле дроу в реальности 1941 года. Да, магии почти нет, но у вас есть знания современного человека и навыки трехсотлетнего эльфа-диверсанта. Задача ясна? Тогда вперед! Все — на защиту Родины от немецко-фашистских захватчиков!
Отыгрывать эльфа не просто читать онлайн бесплатно
![Отыгрывать эльфа не просто - i_001.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/7/0/9/3/6/170936/1373791460/i_001.png)
Леонид Кондратьев
ОТЫГРЫВАТЬ ЭЛЬФА НЕ ПРОСТО
![Отыгрывать эльфа не просто - i_002.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/7/0/9/3/6/170936/1373791460/i_002.png)
ГЛАВА 1
Главное — хвост!
26.06.2009
Отыгрывать эльфа непросто, еще сложнее отыгрывать эльфийского разведчика. Но то, что предложил мне мастер на отыгрыш в будущей ролевке, сперва вызвало сильное недоумение: как отыграть разведчика-дроу, отправленного для исследования поверхности? Нет, ну допустим, волосы я покрашу, благо длиной могу гордиться — с первого курса института отращивал, — конечно, до копчика не дотягиваются, но только чуть-чуть. С красными глазами без белков тоже проблем не будет — контактные линзы еще никто не отменял. Но вот что делать с черной кожей? С помощью лома, такой-то матери, ударной дозы трех видов автозагара и найденной в обувном ящике ваксы фабрики «Красный большевик» образ немного офигевшего темноэльфийского разведчика был почти создан. Дополнил его самолично сшитый в прошлом году на базе костюма разведчика «леший» маскарадный костюм «гилли», псевдоэльфийский плащ из масксети и шелковой основы, наикрутейший берестяной, обшитый хэбэшной масксетью колчан и купленный на нечестно закалымленные деньги блочный лук. Как я его буду отыгрывать, я не знаю, но таскать с собой самоделку из «полена» ниже моего достоинства. В принципе до начала игры оставалось еще три с половиной часа и где-то сорок два км расстояния до места проведения, так что смывать с таким трудом наведенную маскировку я не стал — накинул капюшон плащ-палатки поглубже, положил в карман паспорт, охотничий билет и чинно прошествовал мимо обалдевшего кота в прихожую. Когда-то давно, еще в десятом классе, я заинтересовался изготовлением индейских мокасин и теперь, после кучи запоротых кож, порезанных дратвой рук и проколотых сапожной иглой пальцев, являлся единственным в городе владельцем предмета зависти всех знакомых ролевиков. Зашнуровавшись и включив в плеере тихую жизнеутверждающую музыку (сегодня это была «Мельница»), быстро спустился во двор. Испытав, как всегда, тихое шипение агентов ЦРУ (это я о бабушках, обсидевших ближайшие к подъезду лавочки), быстрым шагом двинулся в сторону ж. д. вокзала в надежде успеть на электричку. Быстрая пробежка по улице в «гилли», с луком в руке и колчаном на спине является, с моей точки зрения, компромиссом между активным поиском милиционеров и попыткой добить окружающих обывателей танцем. Поднявшись по эстакаде на вторую платформу и убедившись в отсутствии электрички, в ожидании прибывающего состава принялся от нечего делать прогуливаться вперед-назад по перрону, с учетом не особо солнечного утра и замечательной температуры в двенадцать градусов поглубже натянув капюшон и засунув руки в карманы. Светить наращенными акриловыми ногтями с кинжальной заточкой не особо хотелось — до сих пор вспоминаю свои ощущения после взгляда девушки-мастера в салоне красоты, — по-моему, несмотря на попытки объяснить, что такой маникюр требуется для отыгрыша эльфа, девушка начала подозревать меня в чем-то небесно-синем. На перрон медленно подтягивались ранние дачники и просто личности неопределенной наружности, и наконец-то, после двадцатиминутного ожидания, подъехала электричка. Разместившись на лавке, прислонив лук и сняв колчан, я вытянул ноги, с наслаждением расслабился, прислонившись к стеклу, вперился взглядом в заоконную действительность и сделал музыку на плеере погромче. На следующей остановке затолкалась еще толпа дачников, и я обзавелся попутчиками — тремя тетками формата «носитель помидорной рассады стратегического назначения» и одним дедулькой с замечательной резной палкой и протертым брезентовым рюкзачком.
— Сынок, ты агрегат-то свой не подвинешь? — обратился ко мне дедуля, пытаясь устроиться на оставшемся кусочке лавки, как-то неловко вытягивая правую ногу.
— Да, дед, никаких проблем, — ответил я, сдвигая колчан в угол и ставя лук между ногами. — Что ж я, совсем зверь, что ли?
Крайняя тетка непонятной наружности в мохеровой кофте резко возмутилась:
— Значит, женщинам он место от своей хреновины освободить не захотел. У нас, может, рассада нежная, ее на полу держать нельзя, двинет какой-нибудь ногой, и сколько труда насмарку!
— Женщина, ваша рассада может постоять и на полу, — буркнул я. — А вот лук могут и стукнуть, а он денег стоит. — Тут я понял, что пропал, видно, день у этих дам в связи с ранней побудкой не задался с самого начала и им срочно требовалось на ком-то оторваться.
— Развалился тут как фонбарон, а женщины разместиться не могут, совсем молодежь оборзела, обвешался какой-то хренью, как бомж, расставил на весь вагон железок, да еще и выступает!
— И вообще, спрятал харю свою и приличных женщин оскорбляет! — булькнула вторая соседка с корзинкой на коленях, из которой выглядывала тщедушная рассада а-ля чернобыльская конопля.
— Да пьяный он, вот и морду прячет! — поддакнула последняя жертва приусадебного хозяйства.
— Вы уверены, что хотите увидеть мое лицо? — уже начиная внутри истерически подхихикивать, замогильным голосом произнес я.
— Что, с похмелья-то хари стесняешься? Вот молодежь, нажрутся самогонки, а наутро харями-то синими да похмельными светят, пьяни несусветные!
Достав из кармана руки, я протянул их к капюшону, с тихим шелестом шелковой основы плаща в полумраке вагона сгустившейся тенью проявились кисти рук, на которых мрачно блеснули отполированные, черные, в тон коже, кинжальные когти. Потянув за края капюшона, стянул его с головы, обнажив молочно-белые волосы и иссиня-черное лицо. Раскрыл алые, без белков и зрачков глаза и произнес:
— С добрым утром, садоводы-огородники! — широко улыбнувшись увеличенными в прошлом месяце у знакомого стоматолога клыками.
ГЛАВА 2
Пурум-пурум-пурум! Вопилки!
Тогда же
— Тарам-парам! А, черт, дальше не помню!
Напевая примерно такую ахинею, я медленно двигался в сторону леска, выглядывающего из-за развалин полустанка. Видно, когда-то давным-давно уже не существующий колхоз решил подойти к строительству монументально и засандалил остановку из «м-а-а-леньких» фундаментных блоков, что положительно сказалось на ее вандало- и осадкоустойчивости. Настроение плавно колебалось между отметками «хи-хикс» и «бу-га-га», солнышко светило, но утренняя прохлада компенсировала слои одежды и препятствовала сухой возгонке организма. Если бы не убитая напрочь грунтовка и необходимость через полкилометра перейти к передвижению по свежевспаханному полю, все было бы просто замечательно. Судя по протоптанной на поле нехилой тропинке, на месте сбора уже толпа народа.
Что стоит рассказать о лесе? Лес — это не только место, где можно поставить палатку и быть съеденным наутро комарами или соседом, у которого уже три дня как закончились продукты. При желании среди деревьев есть шанс найти что-то съедобное или условно съедобное — или не найти, а подстрелить, что при наличии хотя бы рогатки проблем вроде бы не представляет. Но рогатка — это не наш метод, поэтому, пристроившись на поваленной лесине, как будто специально установленной на опушке, я открыл колчан и достал из разгрузки контейнер с охотничьими наконечниками и стал их любовно навинчивать на стрелы. (Кстати, метод одевания разгрузки под «лешего» — это нечто: жутко неудобно, но при этом ничего не видно, и мастеру привязаться не к чему!) Ничего не могу с собой поделать, — люблю красивое оружие, и в этом отношении лук стоит, по моему мнению, все-таки на первом месте. Стандартная загрузка моего колчана — пятьдесят стрел, причем все со свинчивающимися наконечниками, что обеспечивает их полную универсальность. В наличии есть целых четыре типа боевых наконечников вплоть до бронебойных, а при прикручивании резинового, как я его называю, «демократизатора» стрелы спокойно допускаются мастером на ролевку. Для различных «птичек» или «кабанчикофф» (да-да, есть такой факт в биографии, только леснику ни слова! Тссс!.. Хрум-хрум-хрум!) присутствуют широкие охотничьи срезни.