Жаркий август сорок четвертого (К 70-летию Ясско-Кишиневской операции и освобождения г. Бендеры - Перстнев Владимир Игоревич
Тогда, в июне — начале августа 1944 г., части дивизии занимали оборону по левому берегу реки Днестр в районе населенных пунктов Спея, Тея и Токмазея Григориопольского района. Одновременно полки дивизии получали пополнение и боевую технику, готовясь к предстоящим боям по освобождению Молдавии.
Разрабатывая планы прорыва обороны немецко-фашистских войск южнее Бендер, командование 57-й Армии 3-го Украинского фронта планировало нанести главный удар с Кицканского плацдарма. Важная роль в овладении городом и крепостью Бендеры отводилась сводному отряду, состоявшему из воинов 93-й и 223-й стрелковых дивизий. Рассматривая кандидатуры на должность командира этого отряда, командование остановило свой выбор на Емельяне Ивановиче Ермакове как опытном и грамотном офицере.
В состав сводного отряда были включены лучшие подразделения двух дивизий: учебные батальоны, отдельные роты автоматчиков, два взвода саперов, рота фугасных огнеметов для запуска дымозавесы на участке форсирования реки Днестр и полосе наступления. Исходный рубеж сводного отряда проходил по левому берегу реки Днестр, от железнодорожного моста по берегу до изгиба русла реки (против северо-западной окраины леса с. Меренешты на правом берегу).
С присущей ему энергией подполковник Ермаков Е.И. готовился к операции, выявлял огневые точки врага, отрабатывал различные способы броска через Днестр, минные и проволочные заграждения, проложенные на правом берегу.
20-го августа 1944 г. началась победоносная Ясско-Кишиневская операция. В этот и последующие дни развернулись ожесточенные бои за село Хаджимус и высоту 150.00 недалеко от южной окраины нашего города. На третий день сопротивление врага было сломлено. Видя бесперспективность своего положения, в ночь с 22-го на 23-е августа немцы начинают отвод своих войск из Бендер. Первым, кто вошел в разграбленный и разрушенный врагами город Бендеры, был сводный отряд Емельяна Ивановича Ермакова. После освобождения Молдавии он продолжил путь на запад. Его жизнь оборвалась 3 февраля 1945 г. в боях за освобождение Венгрии. Емельян Иванович был похоронен недалеко от западного пригорода Будапешта возле села Пать.
Проходят годы, десятилетия, но имя Емельяна Ивановича Ермакова навсегда останется в истории г. Бендеры.
БОЕВЫЕ ВЕРСТЫ ГРИГОРИЯ СОКОЛОВА
Едва прозвучал звонок в дверь, как на пороге показался аккуратно одетый пожилой человек с доброжелательной улыбкой на лице, опирающийся на трость. Моя встреча с Григорием Ермолаевичем Соколовым произошла десять лет назад, в год 60-летия Ясско-Кишиневской операции и освобождения города Бендеры от фашистских захватчиков, и при других обстоятельствах состояться, наверно, не могла. В телефонном разговоре накануне ветеран посетовал, что передвигается с трудом и далеко от дома не ходит. Проживал он тогда по ул. Дружбы, кстати, на самом верхнем этаже пятиэтажного дома. Было Григорию Ермолаевичу 84 года, он один из тех немногих горожан, кто освобождал город в далеком сорок четвертом. Их сегодня можно пересчитать на пальцах одной руки.
![Жаркий август сорок четвертого<br />(К 70-летию Ясско-Кишиневской операции и освобождения г. Бендеры от фашистских захватчиков) - i_005.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/6/6/1/7/9/7/661797/1574011215/i_005.jpg)
Демобилизовался он из армии еще в 1956 году в звании капитана, но в городе среди ветеранов был одним из самых заслуженных, «настоящих». Ведь прошел войну от звонка до звонка. Григорий Ермолаевич к тому же один из немногих «коренных», родился по соседству с Приднестровьем в с. Полезное Великомихайловского района Одесской области 25 апреля 1920 года в крестьянской семье. Ярких детских впечатлений в памяти не сохранилось, с ранних лет помогал родителям — отцу Ермолаю Петровичу и матери Ефимии Анисимовне, добывал хлеб насущный. В 1930 году семья переехала в село Плоское, а с семнадцати лет работал в Тирасполе на консервном заводе им. 1-го Мая автоклавщиком. По достижении призывного возраста в 1940 году юноша с группой товарищей был направлен тираспольским военкоматом в Казань, в школу санинструкторов.
— Когда началась война, — неторопливо рассказывал Григорий Ермолаевич, — я в числе тринадцати ребят написал рапорт об отправке на фронт. Нас направили в Приволжский военный округ. Так начинался мой фронтовой путь.
Знающий до мелочей все события и детали самой бесчеловечной войны столетия, он бережно хранил газетные зарисовки той поры, хорошо помнил и те боевые дороги, которыми прошел в составе своей 28-й гвардейской дивизии. Удивительная вещь судьба! Уйдя в армию с берегов Днестра, Григорий Соколов вернулся к ним спустя четыре года, чтобы очистить их от фашистской нечисти. Но это было потом.
Первое боевое крещение молодой боец принял в составе 76-го лыжного батальона в момент, когда немецкие полчища подступили к Москве. Здесь же получил первое ранение. С января 1942 года и до самого окончания войны он неизменный участник многих боевых действий своей родной 28-й гвардейской стрелковой дивизии, в которой прошел путь от секретаря комсомольской организации до заместителя командира батальона по политической части.
Свой посильный вклад в победу над врагом дивизия внесла уже в июле-августе 1941 года. Она одной из первых на Северо-Западном фронте приостановила дальнейшее продвижение фашистов на Ленинград и до конца стояла в обороне на побережье озера Ильмень. В крещенские морозы 1942 года она перешла в наступление, прорвала линию обороны противника и вышла в тыл 16-й гитлеровской армии. В течение 74-х дней наши бойцы вели непрерывные ожесточенные бои. Были освобождены 102 населенных пункта Ленинградской области на территории в 1440 кв. км. За ратные успехи приказом Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина боевое подразделение было переименовано в 28-ю гвардейскую стрелковую дивизию.
В 1943 году, когда центр боевых действий сместился к югу, 28-ю гвардейскую перебросили в район Касторного. В Орловско-Курской битве дивизия успешно осуществила прорыв обороны противника. С миссией освободителей воины-стрелки прошли по Украине, освобождая Белгород, Харьков и сотни других населенных пунктов. За боевые успехи дивизия была награждена орденом Красного Знамени, и ей присвоили звание «Харьковская».
Вторично раненый под Ржевом, Григорий Ермолаевич был к тому времени закаленным, проверенным в боях офицером. От Криворожья до берегов Днестра весной 1944 года соединение с боями продвигалось в очень сложной обстановке, освобождая города и населенные пункты, преодолев без малого 500 километров.
В апреле сорок четвертого боевые дороги привели Григория в родные края. 28-я гвардейская стрелковая дивизия подошла к берегам Днестра и с 11 по 12 апреля форсировала его от Суклеи до Карагаша, с боями захватила село Кицканы. Первым вошел в него 89-й стрелковый полк. Старший лейтенант Григорий Соколов был тогда уже в должности заместителя командира по политической части 1-го стрелкового батальона 92-го гвардейского полка 28-й гвардейской стрелковой дивизии.
Вслед за этим поступил приказ командования продолжать наступление в южном направлении на гряды кицканских высот.
— Когда мы заняли высоту 116, что в районе обелиска войскам 3-го Украинского фронта, и вышли на киркаештскую дорогу, — вспоминал Григорий Ермолаевич, — командир первого батальона 89-го полка Шишковец увидел две вражеские колонны. Немцы явно не собирались отдавать эти вы годные позиции. Атаковали нас со стороны монастыря силами до роты и со стороны Бендер силами полка. Завязался тяжелый бой с превосходящим по численности противником. Командование придавало важное значение удержанию кицканских высот. Комдив генерал Г.И. Чурмаев бросил на этот участок наш 92-й стрелковый полк, а командующий 82-го корпуса генерал Кузнецов направил в этот район 188-ю стрелковую дивизию.
К полудню усилиями этих частей вражеская контратака была отбита. Гитлеровцы понесли большие потери и отошли в плавни, в село Хаджимус. После этого мы перешли к обороне. Первая ее линия проходила за дамбой, в низине. Тут было очень сыро, и траншею в полный рост выкопать было практически невозможно — два-три штыка лопатой, и дальше вода. Чтобы обсохнуть, нашим солдатам приходилось натягивать брезент между деревьями и сидеть прямо на нем. Все это напоминало птичьи гнезда. Вокруг были комариные плавни: все лица у солдат в буграх и кровавых расчесах, многих трясла малярия. В нашем батальоне ею заболевало ежедневно более двадцати человек. Их вывозили ночью, и примерно столько же выздоравливающих возвращалось в строй. Вторую линию обороны готовить было не легче. Сухая глина с большим трудом поддавалась лопате.