Бич и молот. Охота на ведьм в XVI-XVIII веках (с иллюстрациями) - Антология (читаем книги бесплатно .txt) 📗
Множество признаний, вырванных под пыткой и, судя по всему, внушенных де Ланкром, было записано и переведено на французский. Семнадцатилетняя Мария Дендарт описала, как она в ночь на 27 сентября 1609 г. натерлась мазью и полетела на шабаш. Продемонстрировать мазь суду она не могла, так как дьявол, рассердившись, что она раскрыла его секреты, спрятал ее. Собадина де Субиетт и ее шестнадцатилетняя дочь Мари де Нагий рассказали, что дьявол всегда будил их, когда наступала пора лететь на шабаш, и открывал для них окно. Мари де Маригран, 15 лет, с подругами ездила на дьяволе, принявшем облик осла, в Биарриц. Отец Пьер Бокаль из Сиборо сознался, что служил дьявольскую мессу во время шабаша, за что ему заплатили вдвое против обычного. Мастерство судьи де Ланкра было таково, что ему удалось выведать у девушек мельчайшие подробности сексуальных контактов с дьяволом. Он не допускал и сомнения в том, что все эти признания заслуживают доверия, подтверждая свою убежденность ссылкой на то, что Католическая церковь совершила бы уголовное преступление, наказывая ведьм за иллюзии, а не за реальное посещение шабашей. Поэтому всякий, кто подвергает сомнению правомерность казней, подвергает сомнению и действия самой Церкви, а стало быть, совершает тяжкий грех. Массовые сожжения, которые устраивал де Ланкр, повергли весь Лабур в полный хаос. Крайнюю враждебность населения по отношению к себе судья объяснял происками дьявола: благородные семейства предпочитали мириться с колдунами, нежели терять родственников; 5000 рыбаков, вернувшихся с Ньюфаундленда, узнав, что в их отсутствие их возлюбленных сожгли как ведьм, стали требовать правосудия. Наконец, когда де Ланкр сжег троих священников, епископ из Байонны Бертран д'Эшо спас пятерых других священников из тюрьмы и присоединился к оппозиции. Де Ланкр прекрасно знал, какую ненависть он внушает всем, и жаловался, что в ночь на 24 сентября 1609 г., пока он спал, в его спальне отслужили черную мессу.
![Бич и молот. Охота на ведьм в XVI-XVIII веках (с иллюстрациями) - pic_17.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/7/7/6/1776/1386595038/pic_17.jpg)
Допрос Доминика Торделя
![Бич и молот. Охота на ведьм в XVI-XVIII веках (с иллюстрациями) - pic_18.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/7/7/6/1776/1386595038/pic_18.jpg)
Случай отца Доминика Горделя, приходского священника из Северо-Восточной Франции, обвиненного в ведовстве в 1631 г., служит превосходным примером церковного процесса.
Мы, епископ Сити, главный викарий при монсеньоре кардинале Лотарингском в его епархии в Туле, проследив за процессом с применением пыток, который был учинен по просьбе главного патрона упомянутой епархии по делу мастера Доминика Горделя, приходского священника из Вомекура, обвиненного в ведовстве, других преступлениях и искусстве черной магии, имеем сообщить следующее:
На основании предварительных показаний против упомянутого священника были выдвинуты обвинения, и для их расследования было открыто слушание, в ходе которого прозвучали признания, противоречащие друг другу, а затем отречение от них.
Показания обвиняемого были подвергнуты освидетельствованию и сопоставлены с предшествующими показаниями свидетелей, в особенности Клода Катлинотта и Анри, жены Дидье Гобара из Бетанкура, сожженных за преступление ведовства, которые подтверждали обвинение против упомянутого Горделя и настаивали на нем до конца. Другие обвинения поступили от Бастена Клода и Манжотты, детей Клодона Пеллетьера из Имона, а также Туссены и Жанны, дочерей Жана Ноэля из Матенкура, обвиненных в ведовстве на основании собственного признания и содержавшихся под стражей в Мирекуре, — все они подтвердили обвинения против упомянутого Горделя во время очной ставки с ним и сообщили, что несколько раз встречали его на сатанинских сборищах, где он практиковал черную магию.
Вопросы, заданные упомянутому обвиняемому о том, как он богохульствовал и изгонял бесов, его ответы, документальные свидетельства, на которые ссылался обвиняемый, проведенное нами дознание касательно ценности этих документов, а также другие сведения, представленные в пользу заключенного, прилагаются. Суду вышеуказанного главного патрона данного процесса предлагаем также отчет о судебных процедурах и пытках, примененных к обвиняемому сегодня в присутствии врача и хирурга, которые обследовали его тело на предмет каких-либо дьявольских знаков, а также другие относящиеся к делу предметы. По зрелом размышлении и при соблюдении законности в упомянутом деле, безо всякого предубеждения к обвинениям, выдвинутым в ходе следствия, нами было принято решение приговорить упомянутого Горделя, подозреваемого, к допросу с применением пыток, обычных и с пристрастием, тисками для пальцев, страппадо и ножными тисками с целью исторгнуть из него все сведения и заставить дать ответы на все вопросы касательно обвинений, вытекающих из предварительного следствия, имен сообщников и других тайных действий. Полный отчет будет составлен и отправлен главному патрону, согласно его требованию, для дальнейшего суда, который ему угодно будет произвести.
![Бич и молот. Охота на ведьм в XVI-XVIII веках (с иллюстрациями) - pic_19.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/7/7/6/1776/1386595038/pic_19.jpg)
Дано в башне под названием Ла-Жольетта епископского дворца в Туле 26 апреля 1631 года, в час пополудни, в присутствии преподобного мастера Жана Мидо, главного архидьякона и каноника упомянутой церкви в Туле, мастера Антуана д'Антана, священника, ведающего раздачей милостыни в городе Сити, а также Шарля Матио, доктора медицины, и Жана Марсона, хирурга из Туля, которых мы попросили помочь в проведении процесса и проследить за тем, чтобы в отношении упомянутого Горделя не было допущено чрезмерных жестокостей. Упомянутому Горделю после строгого внушения о серьезности обвинений против него объявили, что ему лучше добровольно признаться в своих преступлениях, не заставляя нас прибегать к приготовленным для него пыткам, и рассказать всю правду, как только его приведут к присяге, заставив положить обе руки на Святое Писание. Он ответил, что никогда не был колдуном и не заключал договоров с дьяволом, публичных или тайных. После этого мы приказали мастеру Пуарсону, палачу города Туля, наложить тиски на пальцы его левой руки, за исключением тех, которыми благословляют. Обвиняемый воскликнул: «Иисус, Мария» — и повторил, что никогда не был колдуном. Тогда тиски наложили на те же пальцы правой руки, и обвиняемый воскликнул: «Святой Николай!»
На вопрос, заключал ли он договор с дьяволом, обвиняемый ответил отрицательно и выразил желание умереть в объятиях Господа.
Тогда мы приказали перенести упомянутые тиски на большие пальцы ног, после чего обвиняемый заявил, что никогда не был ни на одном шабаше и не видел ни одного и закричал: «Иисус, Мария! Святой Николай!», а также «Святая Мария, Мать Господня! Сладчайший Иисус!»
На вопрос, сопровождал ли он Клода Катлинотта на шабаш, обвиняемый ответил, что нет и сам никогда ни на одном шабаше не бывал.
После этого обвиняемого по нашему указанию поместили на лестницу и растянули до первой ступеньки. На вопрос, бывал ли он когда-нибудь на шабаше и заключал ли союз с дьяволом, он ответил только: «Иисус, Мария» — и добавил: «Я умираю!» На вопрос, занимался ли он когда-либо колдовством и притворялся ли, будто во время шабаша соединяет двоих в подобии брака, ответил «нет». Нами было отмечено, что на протяжении всей процедуры обвиняемый не говорил ничего, кроме «Иисус, Мария!», и утверждал, что никогда не заключал никакого союза с дьяволом, тайного или публичного, и не бывал на шабаше.
Тогда мы приказали развязать его, а затем поместить на указанную лестницу во второй раз; обвиняемый не переставал повторять: «Иисус, Мария! Святой Николай! Матерь Божия, помоги мне!» На вопрос, бывал ли он когда-либо на шабаше, ответил «нет». Когда его растянули немного сильнее, воскликнул: «Иисус! Я умираю!» Обвиняемому напомнили, что, если он скажет правду, его отпустят, но он ответил, что никогда не бывал на шабаше, и не мог сказать ничего, кроме «Матерь Божия, помоги мне!» После внушения о необходимости отречения от всякого союза с дьяволом ответил, что отрекся от всего и что никогда не бывал на шабаше. На вопрос, сколько раз он бывал на шабаше и каких людей там встречал, ответил, что никого не видел, не знает, что такое шабаш, никогда там не был, и продолжал кричать: «Святой Николай! Сладчайший Иисус! Господь, сжалься надо мной! Они терзают тело невинного человека!»
Тогда мы распорядились отпустить его ненадолго и в третий раз растянуть на упомянутой лестнице, после чего сделали внушение о необходимости говорить правду. Но другого ответа, кроме «Я умираю! Святой Николай! Иисус! Мария! Они убивают меня! Матерь Милосердная, не оставляй меня!», не услышали. На вопрос, каким образом он излечил человека, у которого глаз вышел из орбиты, он ответил, что сделал это при помощи оливкового масла и имени Господнего. Продолжал призывать Иисуса, Марию, Божию Матерь, и святого Николая, моля, чтобы они не покидали его и привели его душу в руки Божий. «Я никогда не видел шабаша, восковой куклы и никогда не раздавал магического порошка». Затем произнес по-латыни: «Избавь меня от клеветы людской, Мария, Матерь Благодатная, Матерь Милосердная», и еще «Святой Доминик, мой покровитель, помоги мне! Мария, Матерь Благодатная, Матерь Милосердная, защити нас от врага и прими нас в час смертный! Смилуйтесь! Смилуйтесь! Умираю, умираю! Святая Мария, будь моей защитницей, я говорю правду. Я никогда не втыкал булавок в восковую куклу, и не видел ни одной, и никогда не вступал в союз с дьяволом».
Когда его предупредили, что не следует так полагаться на дьявола, который все равно его обманет, ответил, что никогда не вступал в союз с дьяволом. Тогда мы приказали освободить ею ненадолго, но он все продолжал кричать: «О, я умираю, я больше не выдержу!» Мы неоднократно напоминали ему о необходимости подумать о своем духовном спасении, так как ввиду такого количества показаний против него он, конечно же, не может не быть колдуном, и просили его пожалеть себя, поскольку, кощунственно применяя экзорцизм, он повинен в колдовстве и ведовстве. Он ответил, что если когда-нибудь изгонял бесов втайне, то просит за это прощения, а колдуном никогда не был. После этого мы распорядились наложить тиски на его левую руку, ногу и бедро. Он продолжал кричать, что никогда не был на шабаше, и повторял: «Умираю! Сломлен! Иисус, Мария! Я отрекаюсь от дьявола!» Мы приказали завернуть тиски потуже, на что он ответил, что сказал правду, что никогда не бывал на шабаше, повторяя: «Иисус! Мария! Матерь Божия, смилуйся надо мной! Никогда я не вступал в союз с дьяволом, тайный или явный. Я никогда не поддавался его соблазнам!» Его зажали сильнее, он завизжал: «Иисус! Мария! Отец Предвечный, помоги мне! Ногу сломали! Я никогда не видел шабаша. Я никогда не был на шабаше. Отрекаюсь от дьявола и признаю Святую Троицу. Отдаю себя в руки ангелов Господних. Смилуйся, молю тебя, Господь, смилуйся!»
Наконец мы приказали снять его с лестницы, на которой он провисел, растянутый, около четверти часа, пока накладывали тиски, и подвести к огню. Мы напомнили ему, что суда Господня избежать ему все равно не удастся, хотя суда человеческого он избежать может, и что он должен покаяться в своих преступлениях ради спасения души. На что он отвечал, что всегда был достойным человеком и верным священником и никогда не совершал тех преступлений, которые ему приписывают. После этого мы оставили его в башне Ла-Жольетта около огня под присмотром стражи и велели ему подписать протокол процесса, где уже был проставлен год и число.