Четверокнижие - Лянькэ Янь (лучшие книги читать онлайн бесплатно txt, fb2) 📗
Двор штаба завален чугунными чушками. Прямоугольными, квадратными, овальными, синими, серыми, иссиня-черными, исчерна-серыми. И специальный человек взвешивает чушки, которые доставляют в штаб из участков, записывает результаты. А грузчики бросают чушки в грузовик. Звонкий стук оглашает главную улицу.
Оглашает весь мир.
Спросит кто-нибудь:
— И куда его дальше повезут?
Грузчик скажет:
— На сталелитейный завод.
— А на кой он там?
— Темнота, твою мать! Разве не знаешь, что на сталелитейном из чугуна выплавляют арматуру и стальные трубы?
И тогда всем людям на свете ясно, в чем польза такого чугуна. Сначала чугунные груды высились во дворе, будто горные вершины, и каждый день их вывозили в город двумя грузовиками. Теперь чугуна убавилось, потому что в зоне перевоспитания закончился материал для переплавки. Последние две недели грузовик простаивал во дворе по несколько дней и все равно не мог наполниться.
Источник чугуна иссяк.
В деревнях исчез запах железа. Только стояли вдоль дорог и у околиц пустые глинобитные печи, покрасневшие от долгой работы.
И в это самое время Лаборант с Мальчиком нашли черный железный песок. И нашли технологию песочной плавки. Лаборант изучал физику — физику металлов. Он открыл, как плавить песок, получил пять больших красных звезд и отправился домой. А Мальчик выплавил на берегу Хуанхэ первую партию чугуна из песка и спустя два дня пути привез его в штаб. Начальство погладило песочные чушки, погладило Мальчика по голове, налилось румянцем. Начальство выдало Мальчику почетную грамоту и зачитало текст грамоты перед собранием: «Грамота, — эти иероглифы начальство читало очень медленно, а все остальные быстрее. — Настоящая грамота выдана Мальчику в качестве поощрения за активное участие в государственном строительстве и значительный вклад в развитие сталелитейной отрасли».
Дальше начальство зачитало название главного штаба и дату.
Под гром аплодисментов Мальчик вышел получать грамоту. Получать большой красный цветок.
Теперь Мальчик сделался большой знаменитостью в штабе и во всей зоне перевоспитания. Вечером начальство пригласило Мальчика на банкет, подавали вареный рис, белые пампушки, свинину с овощами, тушеную курятину и вино. И сказал Мальчик:
— Позовем моих заключенных, которые телеги тащили?
С краю поставили еще один стол, вынесли заключенным вареного риса, белых пампушек и свинины с овощами, а тушеную курятину с вином выносить не стали.
На банкете начальство спросило Мальчика:
— Ты в провинциальном центре еще не бывал?
Мальчик покачал головой.
Начальство задумчиво помолчало и сказало Мальчику так:
— Ты сегодня привез на трех телегах тонну чугуна. Если до конца года успеешь выплавить сто тонн, сначала отправим тебя на торжественную церемонию в окружной центр, а там поедешь в провинциальный центр и в столицу.
И стало в точности так. И лицо Мальчика запылало красным румянцем:
— За каждую тонну пообещайте мне грамоту, мешок муки и два больших красных цветка. Выплавлю сотню тонн чугуна — поеду в провинциальный центр на торжественную церемонию.
Мальчик никогда не был в провинциальном центре. Никогда не был и всегда мечтал побывать. В поселке всего одна улица. В уездном центре три. В окружном центре улиц и переулков по меньшей мере три десятка. А сколько улиц в провинциальном центре?
Мальчик видел поселок, уездный центр и окружной центр, а провинциального центра еще не видел.
Не видел и мечтал увидеть.
Мальчик думал, выплавим сотню тонн чугуна, заработаем сто почетных грамот, двести больших красных цветков, и я поеду встречать Новый год в провинцию. На обратном пути к берегу Хуанхэ Мальчик сидел в телеге, которую тащил Богослов. Мальчик долго размышлял, разглядывая небесную твердь, и наконец заговорил:
— Помоги мне сосчитать: из ста пятидесяти цзиней черного песка получается сто цзиней чугуна. Сколько нужно песка, чтобы выплавить сто тонн чугуна? У нас всего двадцать печей, одни побольше, другие поменьше, выплавка занимает около пяти дней; сколько времени нужно, чтобы получить сотню тонн чугуна?
Богослов остановился, взял палку и стал чертить по земной тверди, чертить и бормотать: сто цзиней чугуна — это сто пятьдесят цзиней песка. Тысяча цзиней чугуна — это полторы тысячи цзиней песка. Стало быть, тонна чугуна — это три тысячи цзиней песка. У нас двадцать печей, в среднем одна печь выдает триста цзиней чугуна, значит, двадцать печей выдадут шесть тысяч цзиней чугуна. Выходит, чтобы выплавить сто пять тонн чугуна, каждая печь должна пройти тридцать пять циклов. Если один цикл занимает пять суток, тридцать пять циклов это сто семьдесят пять суток, то есть почти полгода.
Договорив и досчитав, Богослов встал на ноги, а земная твердь осталась лежать у дороги, исписанная и исчерченная. Казалось, будто на тверди земной подрались два краба. И твердь земная подставила себя лицу Мальчика. Растерянному и огорченному.
— А если сократить цикл на два или три дня, если каждая печь будет выдавать пятьсот или восемьсот цзиней чугуна, если построить еще несколько печей, тогда мы успеем к Новому году выплавить сотню тонн чугуна?
Мальчик спросил, и по лицу его снова разлился румянец.
И по тверди земной разлился алый свет.
И стало так. Солнце поднялось. Другие телеги маячили вдали, дожидались Мальчика с Богословом. И они тронулись в путь. Мальчик уселся на телегу, Богослов тащил телегу по тверди земной. На обращенном к солнцу лице Мальчика играла светлая улыбка:
— Я не буду сжигать твою Библию, только оштрафую тебя на пять малых цветков, и заставлять на нее мочиться тоже не буду, — сказал Мальчик. — В конце года я поеду в провинцию. Вернешься в лагерь — скажи людям, что к Новому году надо выплавить сто тонн чугуна, тогда тридцать пять заключенных отправятся домой, совсем как Лаборант.
Богослов изумленно оглянулся.
— Сорок, пятьдесят заключенных отправятся домой, — говорил Мальчик. — В твоей книге написано: сказал Бог, да будет свет, и стал свет, сказал Бог, да будет вода, и стала вода.
И Богослов пустился бежать, таща за собой телегу, подобно ослу, и солнце лилось ему на голову. И твердь земную осиял свет.
Глава восьмая
1. «Старое русло», с. 300–309
На пятый день Мальчик вернулся к берегу Хуанхэ из штаба, куда отвозил с заключенными чугун. И молва не обманула: если песочный чугун из поселка доставят в округ, оттуда в провинцию, а затем в Пекин, часть заключенных девяносто девятого участка получит амнистию и отправится на свободу, в большой мир. Кто получит амнистию? Само собой, заключенные, которые проявили себя активнее всего и получили больше красных цветков. И люди стали еще отчаяннее собирать черный песок, рубить деревья, выплавлять чугун. И что самое главное, теперь на берегу Хуанхэ плавкой песочного чугуна занимался не один девяносто девятый участок — новая технология распространилась на всю зону перевоспитания, и двух недель не прошло, как берег Хуанхэ заполонили люди с магнитами. А перед Новым годом к многотысячному контингенту зоны перевоспитания, собиравшему песок и выплавлявшему чугун, добавились обычные крестьяне, — волоча за собой магниты на веревках, они мерили шагами растянувшиеся на сотни ли песчаные отмели. И на другом берегу Хуанхэ сначала замаячили силуэты людей, а вскоре появились печи, загорелся огонь в печах. И печное зарево вознеслось к небу вместе с дымом, и по берегам Хуанхэ стало светло.
Технология песочной плавки, которую открыли Мальчик и Лаборант, в мгновение ока распространилась по берегам Хуанхэ, по всей стране и по всему миру. И к Новому году плавильные печи выстроились вдоль Хуанхэ длинной вереницей, днем по берегу половодьем катился стук топоров. Ночью сотни тысяч печей тоже пылали огнем, и в свете яркого пламени река напоминала длиннющего огненного дракона.
Из Пекина во все уголки страны отправили документ, прославлявший Мальчика, и на том документе стояла красная печать столичного Комитета по выплавке стали, отчего в сердце каждого заключенного девяносто девятого участка воссияло солнце. И каждый верил, что его имя появится в списке первой партии амнистированных, и каждый всеми силами старался заработать красные цветки.
