Кеес Адмирал Тюльпанов - Сергиенко Константин Константинович (список книг .txt) 📗
Часть первая.
К БОЮ, ТЮЛЬПАНЫ!
![Кеес Адмирал Тюльпанов - kees007.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/4/5/3/2/24532/1333160718/kees007.png)
ЗНАМЕНИТЫЙ ГОРБУН КАРАКОЛЬ
![Кеес Адмирал Тюльпанов - kees009.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/4/5/3/2/24532/1333160718/kees009.png)
В шестом часу утра я был уже на ногах. Подмёл у дома, пучок соломы, потерянный на дороге, отнёс на кухню, зимой пригодится.
Погрелся на солнышке, съел чёрствый роггерброд, большой кусок ржаного хлеба, и побежал к Михиелькину.
Сегодня воскресенье, значит, не надо идти к Слимброку, не надо весь день щипать овечьи шкуры. Правда, и есть будет нечего. Слимброк даёт за работу один роггерброд и кусок вяленой рыбы. Ну ничего, есть у меня ещё ячменный сухарь и кувшин отличной воды из городского колодца.
Зато воскресенье, и солнышко светит, как по заказу.
А Михиелькин, наверное, спит. Любит поспать Михиелькин. Неделю назад, в праздник росы, когда проспавших восход стегали зелёными ветками, здорово ему досталось.
– Вставай, Михиелькин! Вставай, соня! – закричал я. – Идут тебя бить дубовыми палками!
Михиелькин поворочался, что-то свалил и забурчал:
– Кончились ваши дурацкие праздники. Дайте поспать.
– Вставай, Михиелькин! – закричал я. – Разве не знаешь, что на площадь приехал горбун с медведем и сейчас будет представление!
– А? – сказал Михиелькин и зевнул. – Тогда ладно. Теперь я разбужу Боолкин.
Боолкин, сестра Михиелькина, и любит поспать не меньше его.
И вот мы втроем бежим по улице.
![Кеес Адмирал Тюльпанов - kees008.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/4/5/3/2/24532/1333160718/kees008.png)
На площади перед Питерскерком, собором святого Питера, стоит маленький жёлтый фургон, запряжённый собакой, такой огромной, лохматой, каких я не видел. Тут же сидит облезлый медведь и трёт себя лапой. Рядом расхаживает маленький человечек с горбом. На нём фиолетовые штаны и дурацкий колпак.
– Почтенные горожане! – кричит он писклявым голосом. – Ду-ду-ду! – Это он дует в дудку. – Храбрые жители славного Лейдена! Послушайте историю знаменитого горбуна Караколя из деревни Водрез возле Бинша!
– Это ты-то знаменитый? – спрашивают из толпы.
– А почему бы и нет? Конечно, я! Разве вы не слышали о городе Бинше?
– Это где-то во Фландрии.
– А раз вы слышали о городе Бинше, значит, слышали о Караколе – горбатом метельщике, который победил великана Голиафа и спас принцессу Эглантину!
– Так ты метельщик? – спрашивают из толпы. – Где же твои мётлы и веники?
– Да, я метельщик! – закричал горбун. – Я продавал веники и жил этим, пока не отправился путешествовать. Но дело не в этом! Я победил самого Голиафа. У него было восемь голов, неужели не слышали? Сначала я отрубил ему одну голову – рраз! Потом другую…
– Не знаем мы никаких великанов! – закричали в толпе. – Да ещё с головами!
– Да ну? – удивился горбун. – Я путешествовал целых два года. Я был в Зеландии, где воды больше, чем земли, и в Лимбурге, где, наоборот, горы. Я объездил Гёльдерланд и Фрисландию. Я был в Гронингене и Дренте, не говоря уже о Фландрии, где родился. И везде есть великаны – правда, разные. Но вот я приезжаю в Южную Голландию, в славный город Лейден, победивший испанцев, и мне говорят, что не слышали о великанах. Разве они у вас не встречаются?
– Нет, не встречаются, – сказали в толпе. – В соседних провинциях, может, и есть, но к нам они не заходят. Может быть, Дирк Корнелисзон великан? Он ростом с полмачты. Или его дочка Роза? Она весит больше коровы, а её башмаки, как футляр от скрипки. Может, они великаны?
– А сколько у них голов? – спросил горбун Караколь.
– По одной голове у Дирка и Розы.
– Нет. – Караколь щёлкнул пальцами. – Это не великаны. У моего Голиафа было десять голов. Есть ещё великан Гайян. У него тоже одна голова, но он выше любой горы. А есть Каменный человек, его не пробивает пуля. Я говорю правду.
– Всякое бывает, – сказал кузнец Сметсе Смее.
– И старый Помпилиус может это подтвердить! – закричал Караколь. – Встань, славный медведь, подтверди мои слова!
Медведь встал, поклонился и приложил лапу к груди.
– Помпилиус никогда не врет! – сказал Караколь. – Не пожалейте монету для старого Помпилиуса!
– Монету надо заработать, – сказали сзади, и я узнал голос Слимброка, моего хозяина.
Брр, я даже поёжился! До чего надоел мне этот Слимброк. Не отдохнешь от него даже в воскресенье.
– За что же ему монету? – спросил Слимброк.
– За то, что он хорошо пляшет и говорит правду, – сказал Караколь.
Слимброк усмехнулся:
– Ну, пляшет – ещё куда ни шло. А уж с правдой совсем плохо. Какая же правда, если ты врёшь, а он подтверждает?
– Что-о? – У Караколя даже глаза округлились. – Я вру?
– Вот-вот. – Сказал Слимброк. – Сначала сказал, что у твоего Голиафа было восемь голов, а потом – десять. Так сколько у него было голов? Может, одна?
Караколь обиделся. Во всяком случае, у него был такой вид. Он даже руки заложил за спину и выставил ногу в фиолетовом чулке. Он сложил губы трубочкой и гордо сказал:
– Сколько ни было, все мои.
– Шулер ты, – сказал Слимброк. – Не было никакого Голиафа, я-то уж знаю.
Караколь совсем обиделся. Он подошёл к Слимброку и, глядя на него снизу вверх, спросил:
– А ты всё знаешь, почтенный горожанин?
– Да уж побольше тебя, – ответил Слимброк.
– Тогда скажи мне, кто отдыхает в деревне Лиссе, что в трех часах ходьбы от твоего дома?
Слимброк даже поперхнулся:
– В деревне Лиссе? – Мне показалось, что он растерялся. – В деревне Лиссе? – Глаза его остановились на девочке в розовом платье. – Что это на ней за платье?
– Какое платье? – Караколь удивился.
– Это платье моей дочери! – закричал Слимброк. – Они его украли!
– Побойся бога, – сказал Караколь. – Это платье я купил ещё два года назад в Эйдаме.
– Воры! – кричал Слимброк. – Воры! Украли платье!.. Девочка убежала за фургон, а Слимброк схватил Караколя за пояс Но в это время большая собака рванулась вместе с фургоном и с рыком ударила грудью. Слимброк взмахнул руками и полетел прямо в канаву.
– На помощь! – закричал он. – Эй, ребята!..
По мосту бежали с палками его работники.
– Смывались бы вы отсюда, – сказал Сметсе Смее. – Не могу за вас заступиться, потому что должен Слимброку десять флоринов.
– Ещё два года назад, в Эйдаме… – бормотал Караколь, бегая вокруг фургона. – Такое старенькое…
– Ему от жадности померещилось, – сказал Сметсе Смее.
– Лучше бегите, – сказали в толпе. – Работники у него крепкие.
– Куда же бежать? – спросил испуганный Караколь. Девочка стояла у фургона, и по щекам катились слёзы. Тогда я решился:
– Бегите за мной, я покажу, где спрятаться.
– Бегите за нами, – сказали Боолкин и Михиелькин.
![Кеес Адмирал Тюльпанов - kees012.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/4/5/3/2/24532/1333160718/kees012.png)
Пока Слимброк вылезал из канавы, мы уже мчались по переулку. Обогнули церковь святой Марии, сделали зигзаг и выскочили на Господскую улицу. Пыхтел медведь Помпилиус, скрипели колеса, собака бежала высунув язык, а девочка в розовом платье держалась за край повозки, так и не выпуская из рук барабана.
– Я мог бы не удирать, – ворчал на ходу Караколь. – Помпилиус умеет постоять за друзей. Но что будет со мной, если он прихлопнет доброго горожанина, как муху?
По переулку мы бежали на Новую улицу, повернули, и вот мы уже на улице Солнечная Сторона.
– Это мой дом, – сказал я. – Въезжайте во двор.
– А что скажут твои родители, добрый мальчик? Мне и заплатить-то им будет нечем.
– Нет у меня родителей, – сказал я.