Арсенал-Коллекция 2015 № 07 (37) - Коллектив авторов (книги без регистрации полные версии TXT) 📗
В качестве вывода можно сказать следующее. Тщательное планирование, относительно большой наряд сил и точное выполнение поставленных задач привели к успеху в этой сложной операции. «Ниобе» вовсе не являлся беспомощной жертвой, как может показаться по результатам его последнего боя. В других обстоятельствах, например, при несогласованности в действиях разных групп советских ударных самолетов, он мог бы иметь шанс нанести им больший ущерб и даже уцелеть. Однако пилоты справились со своими ролями, последовательно нанеся все более мощные удары и умело распыляя внимание противника. Особенно следует отметить то, что советское командование не ограничилось штурмовиками и пикировщиками. Рискнув пустить в бой низколетящие топмачтовики, оно фактически выиграло схватку. Не будь двух попаданий тонных бомб, крейсер уцелел бы, пускай и со значительными повреждениями. Надо также признать, что операции помогло отсутствие вражеских истребителей. Как показала практика воздушно-морских боев на Севере, наличие в воздухе даже небольшого количества немецких самолетов снижало эффективность ударов.
КТВ des 9.Sicherungsdivision 16-31 Jun. 1944 / NARAT-1022, roll 3559.
KTB des 3.MS-Flottilla 16-31 Jun. 1944 / NARAT-1022, roll 3197.
KTB des 31.MS-Flottilla 16-31 Jun. 1944 / NARAT-1022, roll 3262.
Niobe (Flakkreuzer), Gefechtsbericht zum Untergang / NARAT-1022, roll 2951.
Морозов M. Торпедоносцы Великой Отечественной. - M.: Яуза-Эксмо, 2011.
Groner Е. Die deutschen Kriegsschiffe 1815-1945. Bd.7. - Bonn: Bernard & Graefe Verlag, 1990.
Хроника Великой Отечественной войны Советского Союза на Балтийском море, Ладожском и Чудском озерах. Выпуск 6. - М.: Военмориздат, 1951.
Богатырев С., Овчаренко А. Потопление «Ниобе» // «Авиация и время», 2004, №4.
http://mop-78.livejournal.com/7654.html
![Арсенал-Коллекция 2015 № 07 (37) - img_127.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/5/7/8/1/5/9/578159/1495562016/img_127.jpg)
Цифрами на схеме обозначены: 1 - 105-мм орудия С/32; 2 - 40-мм автоматы «Бофорс»; 3 - счетверенные 20-мм автоматы «Фирлинг»; 4 - РЛС «Вюрцбург»
Водоизмещение: нормальное — 3512 т Размерения: 94,7 14,8 5,4 м
Энергетическая установка: 2 ПМ, 12 ПК, 9750 л.с.; 830 т угля
Скорость: 16 уз (фактическая неизвестна, т.к. механизмы находились в очень плохом состоянии)
Бронирование: палуба 51 мм
Вооружение: 8 1-х — 105-мм/45 орудий С/32, 4 1-х — 40-мм/56 автомата Flak-28 («Bofors»), 4 4-х — 20 мм/65 автомата Flakvierling С/38
Система управления огнем: 2 ПУАЗО «Flak-Kommandoger 136», РЛС << Wrzburg»
Я помню ...
Мясников Владимир Владимирович
![Арсенал-Коллекция 2015 № 07 (37) - img_128.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/5/7/8/1/5/9/578159/1495562016/img_128.jpg)
В. В. Мясников
Я родился 16 мая 1924 года в деревне Анкудиново Владимирской области в семье середняков. Кроме меня, в семье было два брата и сестры.
Во время войны моего отца призвали в армию, он участвовал в Сталинградской битве, а вскоре после нее погиб, в 1943 году.
17 июня 1941 года я окончил десятый класс. 22 июня мы с ребятами пошли на речку, а в 12 часов возвращались, и услышали про начало войны. Началась мобилизация, всех мужиков забрали в армию, в деревне одни старики после шестидесяти лет остались, да такие молодые люди, как я.
Трактора тоже в армию забрали, так что в 1941 году мы на лошадях пахали, сеяли, собирали урожай. Потом, ближе к осени, меня послали в район Ундола, сейчас это город Лакинск, на строительство оборонительных сооружений. Год я проработал в деревне, а 30 июля 1942 года меня призвали в армию. Пришел в Собиниский райвоенкомат, наша деревня тогда входила в Собининский район Ивановской области, откуда меня и еще одну девицу направили в областной центр, Иваново. В Иваново к нам присоединилась девушка из Юрьевца и нас троих направили в Московский военного гидрометеорологический институт, который к тому времени был эвакуирован в Ленинабад.
До Ленинабада мы добирались около двух недель. Причем, мы же неопытные были, так что никаких проездных документов не получили и, сперва, ехали на товарняках, а потом, на одной из остановок мне какой-то военный подсказал, что надо получить проездные документы. Я, как старший группы, пошел в военкомат, получил проездные документы, и дальше мы уже ехали в пассажирских поездах.
Когда прибыли в Ленинабад и доложили командованию института, то меня, сперва, не хотели принимать, я до войны был признан негодным к строевой службе. Посмотрели мои документы и говорят: «Нам годных к нестроевой службе не нужно, нам нужны годные к строевой службе». Но я настоял, так что меня отправили на медкомиссию, которая признала годным к строевой. Стал сдавать экзамены, в этот институт большой конкурс был - восемь человек на место. Но ничего, успешно сдал экзамены и был зачислен на метеорологический факультет института, а девиц на другой факультет зачислили.
После зачисления в институт нас обмундировали и направили проходить курс молодого бойца. Вместе с экзаменами это заняло около месяца, а потом пришел приказ институт расформировать. Старшие курсы института направить в артиллерийские училища, а набор на 1 курс метеорологического факультета — в Харьковское военное училище химической защиты, которое было эвакуировано под Ташкент, в местечко Сахипи. Там до войны размещался сельскохозяйственный институт, а во время войны в помещениях этого института находилось наше училище.
В мае 1944 года я окончил училище, и наш курс был направлен в Москву, в распоряжение начальника химических войск. Прибыли в Москву, нас сразу же во дворе построили и зачитали, кто куда едет. Я, Ткаченко, я с ним в одной роте учился, тринадцатой, и еще одного офицера из 14-й роты направили в распоряжение штаба 3-го Прибалтийского фронта, который направил нас в резерв 67-й армии, а оттуда командирами взводов в 8-й отдельный огнеметный батальон. Я и Ткаченко в одну роту попали, а парень с 14-й роты в другую.
— Какова была структура батальона?
— Батальон насчитывал примерно четыреста человек. Три огнеметные роты, техническая служба, она отвечала за снаряжение огнеметов, небольшая медслужба, финансист.
На вооружении батальона были фугасные огнеметы ФОГ-2 — это сварной баллон, высотой примерно полметра, в который заливается 25 литров огнесмеси. В верхней части баллона два отверстия, в один из которых вварен стакан, в который помещался пороховой патрон (200 грамм трубчатого пороха), а в другую сифонная труба, которая заканчивалась брандспойтом, под которым находилась зажигательная шашка. Было два способа подрыва: первый — электрический, когда от зажигательной шашки, и от порохового патрона к источнику тока или на подрывную машинку идут провода. Второй способ — устанавливался модернизированный упрощенный взрыватель, который инженеры применяли при установке мин. От него натягивалась проволока или шнур. В нужной момент проволкой или шнуром из взрывателя выдергивается чека и происходит поджиг. Внутри баллона колосник, это такая перфорированная решетка. Пороховая шашка создает давление внутри баллона, колосник его распределяет по всей поверхности, выдавливая огнесмесь, которая подходит к брандспойту и там поджигается. На выходе получается струя огня.
— А какова дальность поражения?
— Гарантированная — 80 метров, максимальная — 100 метров.
— Какова была тактика применения огнеметов?
— Огнеметные подразделения занимали рубежи перед противотанковой артиллерией, или на самостоятельных участках обороны. Огнеметная точка представляла из себя окоп в виде подковы, концы которой направлены в сторону противника. Перед каждым концом зарывалось по два огнемета, и еще в тылу ее один-два огнемета, таким образом 5-6 огнеметов в огнеметной точке. Готовили огнеметную позицию и вели в ней бой два человека. На специальной фанерке (карточке), на которой была составлена схема какой огнемет, какое направление, выводились провода, один провод уже подключен к батарее, а другой свободен. В зависимости от того, как цель подходит под направление стрельбы, подсоединяется провод нужного огнемета и происходит выстрел.