Арсенал-Коллекция 2016 № 02 (44) - Коллектив авторов (бесплатная библиотека электронных книг .TXT) 📗
Значительные потери наступающим пехотинцам наносил пулеметный огонь. Японцы, выдвинув в первую линию свои пулеметы, совместно с артиллерией подбили два русских пулемета. С криками «вперед» японцы продолжают наступление.
К 17-00 японцы перебежками продолжали движение вперед, оставляя значительное количество раненых и убитых. Осколком в грудь был ранен генерал Имабаши; офицеры Генерального штаба, капитан Гаяши и поручик Ясухара, бросились к нему, чтобы отвести в тыл. Едва они прошли 100 шагов, как над ними разорвался снаряд, поразивший обоих офицеров. В командование бригадой вступил полковник Мазда.
В полночь японцы овладели последней высотой перед русскими позициями. Скат высоты простреливался пулеметно-ружейным огнем, атакующие, невзирая на это бросаются по скату вниз и врываются в первую линию русских окопов. Русские отошли в редуты и немедленно открыли огонь по оставленным окопам из орудий.
В бою было израсходовано значительное количество патронов. Так как патронные двуколки не могли доставлять патроны в должном количестве из парка, находящегося у д. Сяочинэртунь, для этой цели были назначены лазаретные повозки, возвращавшиеся после перевозки раненых в эту деревню. Этой мерой потребность в патронах была удовлетворена полностью, кроме того 336 000 патронов было за сутки доставлено 220-му Юхновскому полку. Борисоглебскому полку за первый день боя было доставлено 890 000 патронов. (5, с. 44)
У японцев не было времени и возможности построить укрепления, и они вынуждены укрываться за крохотными бугорками, за которыми едва может спрятаться солдат. Было трудно удержаться на позиции, не то что идти вперед. Каждая голова, высунувшаяся из-за бугорка, подвергалась ожесточенному русскому обстрелу, (с. 38)
Попытка ночной атаки не удалась, русские в укреплениях были очень бдительны. Японские солдаты оставались в 100 шагах от русских позиций в течение трех суток. Были значительные трудности в пополнении боекомплекта и снабжении пищей. В первый день русский пресекали все эти попытки, вызывавшиеся на это дело добровольцы, гибли под огнем на скате. Японцы поступили затем следующим образом: «продовольствие и патроны увязывают круглыми свертками, ночью подносят к вершине последнего холма и скатывают их вниз к солдатам». Посылались исключительно сухари. Ночью под покровом темноты солдаты занимались укреплением занятой позиции, (с. 39) Атаки японцев вынудили генерала Соболева ввести в бой все свои резервы и к 8 часам вечера у него остались только две роты Кромского полка. На подкрепление Куропаткин выдвинул Самарский и Зарайский полки. Но вечером они были отозваны, в районе 6-го Сибирского корпуса остался только 4-й батальон Самарского полка. (7, с. 251)
Потери 218-го Борисоглебского полка 17 февраля составили: тяжело ранен зауряд-прапорщик Гвоздев, контужены штабс-капитан Осташкевич и зауряд-прапорщик Филиппов, убито 13 нижних чинов, 65 ранено и четверо контужено. (5, с. 44)
На следующий день японцы продолжали обстрел из орудий крупных калибров деревень Шахэпу, Безымянной и Шанланцзы. В ночь на 18 февраля и днем они несколько раз пытались перейти в атаки на деревни Шахэпу и Безымянную со стороны деревни Ламатунь. Японцы доходили до проволочных заграждений, пытались их разрушить, бросали ручные гранаты, но, не успев разрушить препятствий, были отбиты. (7, с. 254)
В полночь 19 февраля русские предприняли контратаку. В тишине приблизившись к позициям батальона Такакура, они были замечены часовым. На отклик «Кто идет?», раздалось по-японски «Свои, товарищи!»
У японцев были сомнения и, взяв ружья на изготовку, они всматривались в темноту, не решаясь открыть огонь. Вдруг из темноты с криками «Ура!» роты Борисоглебского полка бросились в штыки. Начался рукопашный бой, боясь попасть в своих, обе стороны не открывали ружейного огня. Штыками и прикладами русские сбили японцев с позиций. Майор Такакура размахивая саблей, ободрял солдат, но тщетно...
Во время начала атаки одна из рот батальона Такакуры, вследствие огромных потерь имевшая численность 75 человек, принимала пищу. Застигнутая врасплох, она бежала, бросив раненых и убитых и побросав ранцы. Русские, овладев окопами, собрали ранцы в кучу и подожгли.
Японцам показалось, что русские бросали в костер раненых. Оставшиеся от роты 50 человек в ярости бросились в атаку. После короткой штыковой свалки их осталось 17, ранен командир роты капитан Окубо. В бой вступили остальные части. В батальоне Такакура осталось 4 офицера, в другом 3, полковник Маруяма ранен. За подкреплениями были направлены ординарцы. В 4 утра подкрепления подошли, (с. 40)
Введя в бой батальон майора Окада, японцам удалось гранатами выбить русских из окопа. Борисоглебцы, утомленные боем и не получившие подкрепления, отошли в редуты. (1, с. 41)
19 февраля в 5 часов утра японская артиллерия вновь обстреляла деревни Шахэпу и Безымянную, редут №9 и люнет №10. Вскоре перешла в атаку густыми цепями японская пехота, но около 6 часов была отражена огнем. После этого действия ограничились артиллерийской перестрелкой. В три часа дня японцы перешли в новую атаку, она была отбита при содействии артиллерии 17-го армейского корпуса. (7, с. 328)
Атаки вынудили ввести в бой практически весь резерв, к вечеру в нем оставались 1 '/2 батальона Кромского полка и батальон Самарского полка. В 8 часов вечера из передовых частей было по телефону сообщено, что позиции Борисоглебского полка атакованы превосходящими силами японцев. Японцы приблизились к искусственным препятствиям, но слаженным огнем они были отбиты и к 11 часам вечера перестрелка прекратилась. (7, с. 328)
19 февраля корпусный контролер Гусев направился на позиции Борисоглебского полка. Он отмечал, что огонь 28- см мортир был весьма кучен: «вправо от дороги огромная площадь земли была сплошь изрыта глубокими воронками отверстием 1'/г - 2 сажени, расстояние между воронками 3-4 сажени, но некоторые соприкасались друг с другом». Осматривая позиции, против Южной Безымянной и люнета № 11 он невооруженным взглядом видел груды тел японских солдат. Находившийся на наблюдательном пункте унтер-офицер пояснил: «особенно сильная атака началась в шестом часу утра и наши мортиры помогли отразить эти атаки. Груды трупов - это результат мортирных выстрелов». (3, с. 185)
![Арсенал-Коллекция 2016 № 02 (44) - _32.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/5/8/5/2/4/7/585247/1500985441/_32.jpg)
Общий ход Мукленского сражения
Проведя ряд безуспешных атак силами пехоты при поддержке артиллерии, японцы осознали, что позиции 6-го Сибирского корпуса сильно укреплены и даже огонь осадной артиллерии не способен сломить сопротивление русских. Им осталось уповать на успехи других японских армий. Поэтому дальнейшие действия в этом районе ограничились артиллерийским огнем. Задачей японской 10-й пехотной дивизии было недопущение отвода русскими войск с целью усилить другие участки.
Как было уже сказано выше, артиллерийский огонь японцев концентрировался на Путиловской сопке и Сопке с деревом. Несмотря на то, что укрепления получили сильные повреждения, потери русских в живой силе были незначительны. 21 февраля японской артиллерии удачным попаданием в снарядный погреб удалось вывести из строя два русских орудия и более десяти человек из состава расчетов, включая командира батареи. Других успехов в этот день не было, и к вечеру огонь с обеих сторон прекратился. (9, сс. 531-532)
Прошли еще одни сутки позиционного сражения. 22 февраля в тылу русских позиций стали подниматься густые клубы дыма. Предполагая, что русские собираются отступить, японцы подготовили новую ночную атаку. Стремясь сковать русских боем и не допустить их отвода для усиления других участков.
Их предположения были верными. В ночь с 22 на 23 февраля 3-я Маньчжурская армия получила приказ отойти к Мукдену, где занять новые позиции. Согласно воспоминаниям корпусного контролера Гусева, он разыскал несколько офицеров и нижних чинов и сказал, что ночью мы вероятно должны отступить за Хуньхэ. Послышались восклицания: