У самого синего моря. Итальянский дневник - Осис Наталья (читать книги онлайн без сокращений txt) 📗
Жители Генуи искренне считают, что покупка маек «Ла Кост» и «Фред Перри» – это серьезная экономия семейного бюджета. Знаете почему? Потому что майки эти вечные – не линяют, на вытягиваются и не рвутся, так мне объяснял модный тридцатилетний интеллектуал, одетый в рубашку-поло, купленную ему на шестнадцатилетие.
Да что я все про мелочи какие-то говорю. Это же они, генуэзцы, снаряжали Крестовые походы и экспедиции по исследованию новых земель, они устроили у себя первые в мире банки в современном понимании этого слова, а потом еще и продавали – и очень выгодно – новейшие банковские технологии англичанам. Интересно еще и то, что обретенный в Крестовых походах флаг святого Георгия (касный крест на белом поле) они сумели использовать по максимуму: сначала назвали именем святого Георгия все самое важное у себя дома – первый банк, например, Палаццо Сан-Джорджо до сих пор стоит между Старым портом и Банковской площадью, потом отправились расширять границы республики под флагом святого Георгия, а потом еще и очень удачно сам флаг святого Георгия продали все тем же англичанам.
Последнее я услышала от англичанина и сначала даже проверять боялась, а ну как, думаю, врет легенда… ан нет, все так и было: в 1190 году Англия официально испросила у дожа Генуэзской республики для своих судов право ходить под генуэзским флагом – уж больно в Средиземном и Черном морях корсары шалили. А вот генуэзцев корсары не трогали – ушлые генуэзцы сумели и с пиратами договориться. По легенде, рассказанной мне англичанином, генуэзцев английский король, конечно, не о флаге просил, а просил свести как-то с пиратами, помочь договориться. Но генуэзцы решили, что им свои контакты сдавать невыгодно, и предложили англичанам ходить под своим флагом «за определенный годовой взнос». Другими словами, зачем платить пиратам, ходите под нашим флагом, платите нам за «крышу», то есть за флаг. Английский король поскрипел, конечно, зубами, но согласился. Заодно и Англия обрела свой флаг. Генуэзский.
![У самого синего моря. Итальянский дневник - de_albertis.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/6/2/8/7/6/162876/1365771777/de_albertis.png)
И в Крыму генуэзцы так прочно обосновались когда-то именно благодаря своему умению договариваться. Пока их вечные соперники венецианцы махали саблями и мечами, генуэзцы договорились с татарами о долгосрочной аренде побережья. Татары вообще-то не очень понимали, зачем нужно море – вода в нем соленая, кони такую воду пить не могут… но если уж кому охота оплатить на пару сотен лет вперед аренду ключевых точек Черноморского побережья – пусть платят, что мы, дураки, что ли, отказываться… Так что умение вовремя вложить капитал в прибыльное дело никак не противоречит идее сбережения и приумножения денег.
В разных мелочах это проявляется и сегодня – я, например, обожаю генуэзскую традицию к аперитивам в барах бесплатно выставлять закуски. В больших количествах причем. С точки зрения коммерции это очень выгодно. Вот в других регионах Италии выпьют люди по стаканчику, кинут в рот пригоршню сиротливых орешков и побегут ужинать. А у Генуе, да под закусочку, да с фокаччей, да с маслинами, да с бутербродиками, да с соусами, да с овощами и фруктами – как сядут за аперитивы в семь вечера, еще по одной, да еще по одной – так до одиннадцати и не встают. Вот и угадайте, какой бар больше заработает – тот, что выставил клиентам миниатюрную чашечку с арахисом, или тот, который невостребованную утром фокаччу красиво нарезал и подал вечерним клиентам? Тем более что и бежать генуэзцам некуда, да и неохота. Денег они своих еще пятьсот лет назад заработали, за покупками им тоже не надо – их свитерки или маечки, купленные двадцать лет назад, до сих пор имеют достойный вид. Так почему бы и не посидеть в свое удовольствие с друзьями, не выпить вина теплым вечером с друзьями? А если сегодня они заплатят за друзей, значит, завтра друзья заплатят за них.
Инвестиции моего мужа тоже оказались вполне долговременными (он обычно говорит, что еще и удачными, но тут уж не мне судить). Живу я себе среди необщительных скупердяев уже который год и даже не представляю, как это я раньше без них жила. Даже экономить научилась. По-генуэзски. Базилик – тот даже на дачу привезла. Теперь у меня заодно и мама будет учиться толочь в ступке дополнительные ингредиенты и поглядывать, насколько миллиметров подрастут листочки.
Развесистая клюква
Об экспорте национальной культуры
Почему-то получилось так, что все время я писала о практической стороне жизни в Италии, как бы о материальной культуре, хотя самым значительным моим открытием была культура нематериальная – и в первую очередь музыкальная. Я как-то раньше себе представляла итальянскую современную музыку как один гигантский, размазанный по всему Апеннинскому полуострову фестиваль Сан-Ремо, и то, что доносилось до меня по радио, неизменно это представление подтверждало. Видимо, мало кто силен в экспорте своей музыки – кроме англосаксов, разумеется. И то сказать, даже если мы вдруг учредим еще один национальный проект по экспорту какого-нибудь национального музыкального достояния, чего мы сможем добиться? А ничего, потому что все песни, в которых есть хоть какой-нибудь смысл, нуждаются в переводе. Марина Влади уже сколько лет работает с наследием своего гениального мужа – и очень, кстати, хорошо работает. В Италии вышел диск под названием Il Volo di Volodya(«Полет Володи») – просто замечательный альбом. Для его создания она пригласила лучших музыкантов и исполнителей, некоторые включили потом песни Высоцкого в свои альбомы и концерты. И переводы, что немаловажно, были сделаны прекрасно, и вообще все получилось отлично. Ну и что? Много ли итальянцев теперь знают Высоцкого? Нет, конечно. И очень жаль.
С оперой – ровно наоборот. Я бы сейчас многое отдала, чтобы понимать текст великих итальянских опер в той мере, в какой они излагаются в либретто. Но теперь все эти глупые, фальшивые, помпезные тексты просто ввинчиваются в мои мозги, совершенно отравляя удовольствие от музыки Беллини, Россини и Верди. Н-да, во многая знания многая печали.
Зато в моей жизни появились песни Васко Росси, Джорджо Габера, Паоло Конте, Ивано Фоссати и конечно же и особенно – Фабрицио Де Андре. Писать о них бессмысленно, их надо слушать и понимать, и с того момента, как я начала понимать, вы не поверите, мне даже как-то страшно стало, что могла бы и всю жизнь прожить и думать, что итальянская музыка – это бесконечная череда разных Тото Кутуньо.
![У самого синего моря. Итальянский дневник - cortile.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/6/2/8/7/6/162876/1365771777/cortile.png)
С литературой еще драматичнее. Я ведь серьезно рисковала никогда не познакомиться с книгами Итало Кальвино. В Италии это абсолютный must, что я выяснила очень быстро, и тут же обнаружила, что Кальвино переведен и издан в России, но тем не менее я на него никогда раньше не попадала. Итальянисты, конечно, мне попеняли за дикость, но как-то так снисходительно, с оттенком понимания. Тогда, чтобы окончательно уяснить, насколько важное место занимает Кальвино в итальянской литературе, я бросилась спрашивать об этом итальянцев. И немедленно убедилась, что очень важное. Но насколько, насколько? «Вот, например, Умберто Эко и Итало Кальвино – величины сопоставимые?» – наконец-то додумалась я до точки отсчета. Постановка вопроса была явно некорректной, тем более что мучила я своими вопросами не филологов, а рядовых читателей. Про то, что филологи думают, можно и в учебнике по литературе прочитать, а мне было интересно, какую градацию выстраивает для себя обычная читающая публика. Общий смысл их ответов можно было свести к одному: «Ну, когда Умберто Эко не станет (дай Бог, ему, конечно, долгой жизни), то, может, и действительно он станет сравним с Кальвино».
Чтобы убедительно проиллюстрировать мою мысль, нужны какие-нибудь статистические данные. У меня их нет, и я понимаю, что ссылки на знакомых и друзей несерьезны, но тем не менее у меня есть четкое ощущение, что культурные вехи при переносе с одной почвы на другую перестают быть вехами и не могут более служить четкими ориентирами на зыбком поле культуры и искусства.